Главная страница
qrcode

Поламишев А._СОбытие - основа спектакля. Александр Поламишев Событие основа спектакля Отсканировано с книги А. М. Поламишева Событие основа спектакля. М., Сов. Россия


НазваниеАлександр Поламишев Событие основа спектакля Отсканировано с книги А. М. Поламишева Событие основа спектакля. М., Сов. Россия
АнкорПоламишев А. СОбытие - основа спектакля.doc
Дата20.09.2017
Размер0.59 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаПоламишев А._СОбытие - основа спектакля.doc
ТипПрограмма
#15602
страница5 из 12
Каталог
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

Глава V
ИСХОДНОЕ СОБЫТИЕ



С определения какого события следует начинать анализ? Станиславский советует анализировать значение фактов в той последовательности, в которой они идут у автора... Но ведь до того, как еще раскрылся занавес, что-то ведь уже случилось... Ни один миг жизни не находится вне какого-то уже случившегося события.

«Настоящая драма, хотя и выражается в форме известного события,— пишет Салтыков-Щедрин,— но это последнее служит для нее только поводом, дающим ей возможность разом покончить с теми противоречиями, которые питали ее задолго до события и которые таятся в самой жизни, издалека и исподволь подготовившей самое событие...»1

Иными словами, настоящий драматург, выводящий в центре своей драмы какое-то значительное для него событие, должен проследить истоки этого события — с чего все началось? А следом за драматургом это сделать должны и мы — режиссеры.

Но если появление события в пьесе можно проследить по изменению поведения действующих лиц, то как определить то событие, которое случилось еще до начала пьесы, так называемое «исходное событие»?

Попробуем действовать тем же самым путем, каким мы действовали до сих пор: сначала определим, каким событием, случившимся до начала пьесы, определяются поступки одного действующего лица; затем проверим, не это ли событие руководит поступками и другого действующего лица, и третьего, и четвертого, и т. д., то есть всех без исключения действующих лиц, занятых в начале пьесы до того момента, пока не случится какое-то новое событие, уже в самой пьесе.
ДЕЙСТВИЕ I
Городской бульвар на высоком берегу Волги с площадкой перед кофейной. Направо от актеров — вход в кофейную, налево деревья; в глубине низкая чугунная решетка, за ней вид на Волгу — на большое пространство: леса, села и прочее. На площадке столы и стулья: один стол на правой стороне, подле кофейной другой — на левой.
Явление 1

Гаврило стоит в дверях кофейной. Иван приводит в порядок мебель на площадке.

Иван. Никого народу-то нет на бульваре.

Гаврило. По праздникам всегда так. По старине живем: от поздней обедни все к пирогу да ко щам, а потом, после хлеба-соли — семь часов отдых!

Иван. Уж и семь! Часика три-четыре. Хорошее это заведение.

Гаврило. А вот около вечерен проснутся, попьют чайку до третьей тоски...

Иван. До тоски! Об чем тосковать-то?

Гаврило. Посиди за самоваром поплотнее, поглотай часа два кипятку, так узнаешь. После шестого пота первая-то тоска подступает... Расстанутся с чаем и выползут на бульвар раздышаться да разгуляться. Теперь чистая публика гуляет: вон Мокий Парменыч Кнуров проминает себя.

Иван. Он каждое утро бульвар-то меряет взад и вперед, точно по обещанию. И для чего это он так себя утруждает?

Гаврило. Для моциону.

Иван. А моцион-то для чего?

Гаврило. Для аппетиту. А аппетит нужен ему для обеду. Какие обеды-то у него? Разве без моциону такой обед съешь?

Иван. Отчего это он все молчит?

Гаврило. «Молчит»! Чудак ты... Как же ты хочешь, чтоб он разговаривал, коли у него миллионы? С кем ему разговаривать? Есть человека два-три в городе, с ними он разговаривает, а больше не с кем; ну, он и молчит. Он и живет здесь неподолгу от этого самого, да и не жил бы, кабы не дела. А разговаривать он ездит в Москву, в Петербург, за границу. Там ему просторнее.

Иван. А вот Василий Данилыч из-под горы идет. Вот тоже богатый человек, а разговорчив.

Гаврило. Василий Данилыч еще молод, малодушеством занимается, мало себя понимает, а в лета войдет, такой же идол будет.


Совершаются ли какие-нибудь поступки? Если совершаются, то вследствие какого события?

По ремарке автора Иван приводит в порядок мебель, а Гаврило стоит. Разговор идет о нравах горожан по воскресным дням: мы узнаем, что сегодня воскресенье и что сейчас около 12 часов дня («поздняя обедня» кончается примерно в это время) и что в это время почти никто не выходит на бульвар... Но что же все-таки происходит?

Никакого видимого конфликта между Гаврилой и Иваном как будто бы нет...

Что же играть актерам в этой сцене?

Создается даже впечатление, что Иван и Гаврило оба знают обо всем, что сообщают друг другу, то есть будто бы ведут диалог недруг с другом, а сообщают что-то публике...

Что же, такой прием возможен. Но если это стилистический прием, диктующий манеру общения с зрительным залом, то он должен был бы возникать по ходу пьесы неоднократно. Увы! — ни в одной другой части пьесы не появляется ощущение, что действующие лица говорят что-то для публики, а не действуют между собой...


Слева выходит Кнуров и, не обращая внимания на поклоны Гаврилы и Ивана, садится к столу, вынимает из кармана французскую газету и читает. Справа входит Вожеватов.
Явление II

Вожеватов (почтительно кланяясь). Мокий Парменыч, честь имею кланяться!

Кнуров. А! Василий Данилыч! (Подает руку.) Откуда?

Вожеватов. С пристани. (Садится.)

Кнуров. Встречали кого-нибудь?

Вожеватов. Встречал, да не встретил. Я вчера от Сергея Сергеича Паратова телеграмму получил. Я у него пароход покупаю.

Гаврило. Не «Ласточку» ли, Василий Данилыч?

Вожеватов. Да, «Ласточку». А что?

Гаврило. Резво бегает, сильный пароход.

Вожеватов. Да вот обманул Сергей Сергеич, не приехал.

Гаврило. Вы их с «Самолетом» ждали, а они, может, на своем приедут, на «Ласточке».






Очевидно, что прием прямого обращения в зал, равно как и диалог для зала не подразумевался автором... Может быть, если будут ясны мотивы поступков других действующих лиц, то мы сумеем затем понять и то, что делают Гаврило и Иван.

Мы уже знаем, что, когда Кнуров бывает в городе, то по воскресеньям, в это время дня он всегда прогуливается по бульвару. Вот Кнуров, очевидно нагулявшись, зашел в кафе. Он молча развернул французскую газету и сел читать. Произошло ли какое-нибудь событие? Возможно, что для Гаврилы и Ивана произошло маленькое событие — «пришел знатный посетитель»!

Но для Кнурова это не событие. Посмотрим далее. Входит Вожеватов, он сразу же сообщает, что ему не удалось пока встретить Паратова, который приезжает, чтобы продать ему, Вожеватову, пароход «Ласточку».

Из предыдущей части анализа мы уже знаем, что «возможный приезд Паратова» — событие, которое открыло Вожеватову довольно большое поле деятельности.

А что означает для Гаврилы и Ивана возможный «приезд Паратова»? Сообщение Вожеватова заметно меняет их поведение: и Иван, и Гаврило — оба сразу начинают следить за идущими по Волге пароходами, искать глазами «Ласточку», оживленно комментируют возможный приезд Паратова. Следовательно, не только для Вожеватова, но и для Ивана, и Гаврилы «возможный приезд Паратова» является событием.

А для Кнурова сообщение о приезде Паратова является ли важным событием, то есть меняет ли его поведение? Абсолютно не Меняет. Он даже не участвует поначалу в разговоре. Событием для Кнурова становится сообщение Вожеватова о том, что «Лариса выходит замуж за Карандышева»! После этого сообщения Кнуров начинает тотчас же расспрашивать Вожеватова обо всех подробностях: и почему Лариса согласилась на этот брак, и откуда взялся «этот Карандышев», и нельзя ли с Ларисой «прокатиться в Париж», не будучи ее мужем?.. Новое же сообщение Вожеватова о том, что Лариса была «безумно влюблена» год назад в Паратова который сегодня приезжает,— это сообщение открывает перед Кнуровым совершенно иные перспективы в его отношениях с семьей Огудаловых.

«Паратов приезжает накануне свадьбы Ларисы!» — вот для Кнурова решающее, важнейшее событие, возникшее в начале I акта.

Входят Карандышев, Огудалова и Лариса (см. действие II, явление III). Знают ли Лариса и Огудалова о возможном приезде Паратова? Судя по их поведению — не знают. А Карандышев? Может быть, сцена ревности по поводу бывшего возлюбленного Ларисы Паратова, устроенная Карандышевым, когда они с Ларисой позже остаются одни, свидетельствует о том, что Карандышев уже знает о готовящейся продаже «Ласточки»? Тогда не понятно, что удерживает Карандышева сразу же (то есть в этой же сцене I акта)сообщить Ларисе о материальном крахе Паратова? Ведь это было бы Карандышеву чрезвычайно выгодно сделать еще до приезда Паратова в город. Очевидно, что Карандышев узнает и о приезде Паратова, и о целях приезда позже, то есть после появления Паратова в городе.

Итак, ни Карандышев, ни Лариса, ни Огудалова пока еще не знают о возможном приезде Паратова. Чем же они заняты? По всей вероятности, предстоящей свадьбой и всем, что с этим связано. Сегодня, например, обед, который «Карандышев устраивает в честь Ларисы». Очевидно, Карандышеву очень бы хотелось, чтобы такие люди, как Кнуров и Вожеватов, были сегодня у него на обеде... В таком случае, для Карандышева, Ларисы и Огудаловой событие, определяющее их поступки,— «сегодня обед в честь Ларисы»!

Получается такая картина:

1. В начале первого акта вообще нет никакого события. И Гаврило, и Иван, и Кнуров существуют как бы вне какого-то определенного события.

2. Затем появляется событие — «возможный приезд Паратова». Это событие задевает всех: Гаврилу и Ивана приезд Паратова радует, как возможный повод для обогащения; Вожеватова и Кнурова факт приезда Паратова волнует прежде всего потому, что Паратов приезжает накануне свадьбы Ларисы с Карандышевым.

3. Новое событие — «обед у Карандышева в честь Ларисы!» Для Карандышева, Ларисы, Огудаловой — это событие.

А событие ли это, например, для Кнурова? Почему он принимает приглашение Карандышева? Ведь только что, перед самым приходом Карандышева, вот что Кнуров говорил Вожеватову:
«Кнуров. ...Вам, например, частое посещение этого семейства (Огудаловых.— А. П.) не дешево обходится.

Вожеватов. Не разорюсь, Мокий Парменыч. Что ж делать! За удовольствия платить надо, они даром не достаются, а бывать у них в доме — большое удовольствие!

Кнуров. Действительно, удовольствие. Это вы правду говорите.

Вожеватов. А сами почти никогда не бываете.

Кнуров. Да неловко... Много у них всякого сброду бывает, потом встречаются, кланяются, разговаривать лезут. Вот, например, Карандышев. Ну, что за знакомство для меня!..»1
И после такой характеристики Кнуров все-таки соглашается прийти к Карандышеву в дом! Почему? Только потому, что попросила Огудалова? Но ведь, очевидно, Огудалова и прежде приглашала Кнурова, причем не в дом Карандышева, а к себе, и тем не менее Кнуров часто не принимал ее приглашения, избегая встреч с людьми, подобными Карандышеву...

Совершенно очевидно, что, если бы не «приезд Паратова», Кнуров не пошел бы в дом Карандышева. Очевидно, все то, что произошло затем на обеде у Карандышева (с участием Паратова!), созревало как возможный вариант в голове у Кнурова. Ведь не случайно, после того как Кнуров узнал всю ситуацию («приезд Паратова накануне свадьбы Ларисы»), вот как они с Вожеватовым резюмируют и ситуацию, и возможную участь Карандышева.
«Вожеватов. ...Ему бы жениться поскорей, да уехать в свое именьишко, пока разговоры утихнут, так и Огудаловым хотелось... А он таскает Ларису на бульвар... Голову так поднял высоко, что того и гляди наткнется на кого-нибудь...

Кнуров. Как мужик русский: мало радости, что пьян, надо поломаться, чтоб все видели; поломается, поколотят его раз, два... Ну, он и доволен, и идет спать...

Вожеватов. Да, кажется, и Карандышеву не миновать...»1
Похоже, что Кнуров и Вожеватов чуть ли ни обладают даром предвидения: тщеславие Карандышева, обед, который он устроил в честь своего торжества, и погубили его!.. Гибель эта произошла не без деятельного участия и Кнурова, и Вожеватова...

Очевидно, обед, на который их пригласил Карандышев, и Кнурову, и Вожеватову представился возможной ареной для осуществления их планов.

Если бы Карандышев не устраивал обед, то, возможно, сам Кнуров или Вожеватов, в связи с приездом Паратова, устроили бы обед и всех пригласили... Во всяком случае, Кнуров и Вожеватов искали бы, очевидно, предлога для того, чтобы Паратову были созданы условия для его сближения с Ларисой.

Таким образом, приглашение Карандышевым их на обед не является для них событием, а лишь удобным предлагаемым обстоятельством в связи с большим событием — «приезд Паратова».

Следовательно, получается какая-то странная картина: в начале пьесы вообще ничего не происходит, затем одна группа живет одним событием — «приезд Паратова!»; появляется еще группа лиц, которая ничего не знает об этом событии и живет совершенно другим событием — «обед в честь Ларисы!». Почему же так написал автор?

Может быть, его интересовала детективно-мелодраматическая сторона истории: вот, дескать, Лариса выходит замуж, ничего не зная о приезде Паратова, но приезжает любимый злодей Паратов и с помощью еще двух злодеев — Вожеватова и Кнурова — все разрушает?.. Что же, может быть, и такая история могла волновать Островского. Смущают все-таки некоторые обстоятельства.

  1. Чем занят Кнуров до того, как узнает о всей ситуации (Паратов — Лариса — Карандышев) ?

  2. Чем заняты Гаврило и Иван до того, как они узнают о приезде Паратова?

Правда, кто-нибудь может возразить: «Но это же просто экспозиция автора, чтобы ввести зрителей в курс дела, во все обстоятельства пьесы!»

Возможно, что для какой-то части теоретиков этот кусок пьесы так и будет называться «экспозицией». Но для практиков театра подобный термин ничего не говорит. Режиссеру и актерам надо знать, что играть. Актеры не могут ни одной секунды сценической жизни не действовать. А действие рождается только вследствие какого-то определенного факта — события!

Вот пример, который приводит М. О. Кнебель в своей новой книге «Поэзия педагогики»:

«...Однажды Станиславский замучил и учащихся, и педагогов (это было в оперно-драматической студии, которой он руководил), заставляя нас назвать первое событие «Горя от ума». После длительных дебатов мы назвали «приезд Чацкого».

— Это очень важное событие,— сказал Станиславский,— может быть, самое важное. Но чем прикажете жить актерам до неожиданного приезда Чацкого? Каждый миг сценического действия таит в себе какое-то событие — вот и вскройте его.

Один из учащихся стал говорить о том, что начало «Горя от ума» — это экспозиция, в которой Грибоедов хочет рассказать зрителям о быте фамусовской Москвы.

— А как прикажете сыграть это? — спросил, смеясь, Станиславский.— «Экспозиция»! Ну, а какое дело актерам до этого литературного термина? Актер должен знать, что он делает в каждую секунду, а вы ему предлагаете играть «экспозицию». Вне конкретного действия — нет театра, нет подлинной сценической жизни. Ищите событие в самой пьесе, в ее ткани, забудьте такое слово, как «экспозиция»!»1

Далее Мария Осиповна рассказывает, как после подробного анализа поступков действующих лиц и предлагаемых обстоятельств удалось, наконец, определить первое событие пьесы: «ночное свидание Софьи с Молчалиным затянулось до утра!».

Как видим, это событие не столь глобальное; на первый взгляд оно незначительное, даже какое-то бытовое: «ну, свидание, ну и что? Подумаешь, как важно, что до утра засиделись»?

Оказывается, что это обстоятельство очень важно для всех действующих лиц.

«Подумаем (сказал Станиславский.— А. П.), велик ли риск для Софьи, Молчалина и Лизы? Очень велик.

Молчалин может лишиться места, которым он очень дорожит, Лиза крепостная и ее могут отправить на конюшню и выпороть. Софью ожидает гнев Фамусова, может быть, ее отдадут насильно замуж за кого-то, а может быть, как это и получилось в конце пьесы, отправят «к тетке в глушь, в Саратов...».

Прошу всех называть последовательность действий, возникающих из вами уже определенного события...

...Лиза проснулась, видит, что рассвело, просит влюбленных расходиться, торопит. Переводит часы, чтобы обратить их внимание на опасность... Бой часов, смешанный со звуками флейты и фортепьяно (вспомним, что Софья с Молчалиным наслаждались музыкой.— А. П.), разбудил хозяина дома. Фамусов застает Лизу... Наш ум входит Софья... Молчалин и Софья не успевают разойтись, их настигает Фамусов. Скандал...

...Вот, сколько действий вобрало в себя одно событие — «ночное свидание Софьи с Молчалиным»2.

Не будем сейчас подробно разбирать, какое значение имеет это исходное событие для развития всей грибоедовской комедии. Чтобы понять закономерность такого, казалось бы, простенького исходного события — «ночное свидание затянулось до утра», вспомним, что кончается пьеса тоже таким обыкновенным событием: «вечернее свидание обнаружено всеми...».

Итак, исходное событие «Горя от ума», вскрытое Станиславским, охватывает всех действующих лиц, занятых в куске пьесы, ограниченным появлением нового события — «приезд Чацкого!». Следовательно, и для исходного события существуют те же закономерности, что и для любого другого события, то есть оно обязательно должно быть событием для всех действующих лиц, занятых в начале пьесы? Но как же тогда нам быть с началом пьесы «Бесприданница», где разные действующие лица живут разными «ведущими предлагаемыми обстоятельствами»?3 Может быть, все-таки правило обязательности события для всех действующих лиц имеет исключения? Или, во всяком случае, это правило не ко всем пьесам подходит? Ведь в реальной жизни очень часто встречается ситуация, когда какое-то происшедшее событие, чрезвычайно взволновавшее определенную группу лиц, другую группу лиц оставило совершенна равнодушными...

«...(кто-то) может сказать, что он видел такую сцену... Нужды нет: сцена тем не менее остается психологически неверною... У действительности — свои законы, у искусства — свои... Художник... должен писать не с события, а с отражения его в своей творческой фантазии, то есть должен создать правдоподобия, которые бы оправдывали события в его художественном произведении»1.
  1. 1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

    перейти в каталог файлов


связь с админом