Главная страница
qrcode

Письма живого усопшего. Э. Баркер письма живого усопшего или послания с того света


НазваниеЭ. Баркер письма живого усопшего или послания с того света
АнкорПисьма живого усопшего.RTF
Дата13.01.2017
Размер0.83 Mb.
Формат файлаrtf
Имя файлаPisma_zhivogo_usopshego.rtf
ТипРеферат
#5041
страница1 из 16
Каталог
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16


Э. Баркер

ПИСЬМА ЖИВОГО УСОПШЕГО



или

ПОСЛАНИЯ С ТОГО СВЕТА



Введение

К книге, появившейся в текущем году под этим заглавием в Англии и принадлежащей перу довольно известной на Западе писательницы, приложено предисловие, в котором рассказаны все обстоятельства, вызвавшие обнародование этих писем. Автор книги сообщает прежде всего, что ни она, ни диктовавший эти письма "Х" никогда не принадлежали к спиритам, сама Э. Баркер со спиритической литературой была совсем незнакома и к вопросу о потусторонних переживаниях относилась с полным равнодушием, никогда в мыслях не останавливаясь на них. Во время своего детства она участвовала несколько раз в механическом писании с помощью планшетки, причем получались такие банальности, которые не вызывали в ней никакого интереса. Позднее, в присутствии одной медиумичной личности, она пробовала несколько раз автоматическое письмо, но не заинтересовалась им и не придала этим записям ни какого значения. Была много лет тому назад по настоянию друзей на спиритических сеансах, но осталась совершенно равнодушной к этой области психических исследований. За несколько месяцев до появления посмертных писем Х, ее попросили участвовать в механическом письме с помощью планшетки. Содержанием письма было предсказание пожара в доме, где она жила, которое с точностью и исполнилось. В этих мимолетных впечатлениях - если не считать ряда видений пророческого характера, которые автор называет "hypnagogiе visions" - такие бывали, наверное, у большинства образованных людей нашего времени, заключался весь спиритуалистический опыт автора книги. Это обстоятельство придает ей особое значение и интерес.

В первый раз повелительное побуждение взять карандаш и писать появилось у г-жи Баркер за год до издания этой книги, в Париже. Повинуясь импульсу, она начала писать механически, и получилось известие совершенно личного характера, очень интересное для нее, подписанное буквой "Х". Показав на другой день интересное сообщение своей приятельнице, она была очень удивлена. узнав от нее, что так называли друзья г-на **, которого г-жа Баркер знала хорошо. Но г-н ** был в это время в Америке, в числе живых, а сообщение шло из потустороннего мира. Вскоре затем пришло известие, что г-н ** умер в одном из западных Штатов С. Америки, за несколько дней до появления сообщения, подписанного "Х" *1. Далее я буду продолжать подлинными словами г-жи Э. Баркер.

"Вскоре после получения известия из Америки о смерти г-на **, я сидела вечером с подругой, которая сообщила мне, кого при жизни называли условным знаком "Х"; она стала просить меня попробовать - не придет ли новое сообщение от него, и я согласилась, больше для того, чтобы сделать ей удовольствие, чем из личного интереса. Тогда-то явилось первое сообщение, начинающееся словами: "Я здесь, не бойтесь ошибки..." Оно писалось с паузами и промежутками между отдельными фразами большими и неправильными буквами, но совершенно автоматически, как и в первый раз. Писала я с таким напряжением, что моя правая рука была почти парализована на другой день.

Несколько писем с подписью "Х" были мной автоматически записаны в течение следующих недель; но вместо того, чтобы увлечься этими сообщениями, я почувствовала скорее предубеждение против такого занятия, и только настояние, моего друга, которая видела в них желание "Х" вступить в сношение с земным миром, заставило меня преодолеть себя.

"Х" не был обыкновенным человеком. Он был очень известным юристом, глубоко изучившим философию, автором многих книг, человеком, высокие идеалы и чистый энтузиазм которого являлись вдохновением для всех, знавших его. Ему было 70 лет. Жил он очень далеко от меня, и я виделась с ним лишь через долгие промежутки. Насколько я вспоминаю, мы с ним никогда не говорили о посмертном сознании.

Постепенно, по мере того, как преодолевалось моё предубеждение против автоматического писания, я начала чувствовать интерес к тому, что "Х" сообщал относительно потусторонней жизни Я ничего не читала по этому поводу, не читала даже и всем известные "Письма Джулии", и поэтому у меня не было предвзятых идей.

С течением времени болезненное ощущение в руке прекратилось, и самый почерк улучшился, хотя очень ясным он не был никогда.

В первое время письма писались в присутствии моего друга; но позднее "Х" появлялся только, когда я была одна. Это было то в Па­риже, то в Лондоне, так как я постоянно переезжала из одного города в другой. Иногда он появлялся несколько раз в неделю; иногда же проходил целый месяц, и я не чувствовала его присутствия. Я никогда не звала его и очень мало думала о нем в промежутках между его по­явлениями, так как и мое время, и мысли, и перо были заняты совсем другими задачами.

Записывая эти сообщения, я была по большей части в полубессоз­нательном состоянии, так что перед прочтением написанного у меня было лишь смутное представление о его содержании. А несколько раз я была так близка к полной потере сознания, что кладя карандаш, я не имела ни малейшего представления о том, что писала.

Когда речь зашла впервые об издании этих писем, мысль эта была для меня неприятна. Написав несколько книг, более или менее извест­ных, я не была чужда некоторого тщеславия в смысле литературной ре­путации, и мне вовсе не хотелось прослыть за фантазерку. По настоя­нию моего друга я согласилась написать предисловие в книге, в кото­ром было бы сказано, что письма были написаны в моем присутствии. Это обещание удовлетворило моего друга, но не меня.

Внутри меня шла такая работа. Если я издам эти письма, думала я, совсем без предисловии, они будут приняты за художественную ли­тературу, и все важное, заключающееся в них, потеряет всю свою цен­ность в смысле указания на посмертное состояние человека. Если же я напишу, что они сообщались посредством автоматического письма в мо­ем присутствии, непременно возникает вопрос, чьей же рукой делались эти сообщения, и я буду принуждена уклоняться от правды. Если же я откровенно признаюсь, что сообщения записывались моей рукой и сооб­щу факты, как они происходили, тогда возможны будут только две ги­потезы: или, что письма эти - подлинные сообщения развоплощенного человека; или же, что они измышления моего собственного подсозна­ния. Но последняя гипотеза не объясняет первого письма "Х", появив­шегося раньше, чем я узнала о его смерти, если только не допустить, что подсознанию каждого человека и з в е с т н о в с ё. Но в та­ком случае, почему мое подсознание выбрало этот путь длительной мистификации моего бодрствующего сознания и притом без всякого предварительного в н у ш е н и я с моей или с чьей бы то ни было стороны? Ведь ни я и никто из окружающих меня не знали о смерти "Х".

Чтобы кто-нибудь мог обвинить меня в преднамеренном обмане и сочинительстве в таком серьезном деле, этого я не допускала и те­перь считаю невероятным, ввиду полной возможности для меня иметь иной, законный исход для моего воображения в произведениях поэзии и романа.

Около трех четвертей всех писем было уже написано, когда я окончательно решила этот вопрос. Я решила или совсем не издавать их, или же обнародовать с предисловием, в котором будут откровенно изложены все обстоятельства возникновения этих писем.

Когда же издание было решено, возник вопрос: печатать ли их целиком или делать сокращения? Я решила не выпускать ничего, кроме указаний на личные дела самого "Х", на мои и на моих друзей. Я ни­чего не прибавляла и только изредка, когда построения такие, кото­рые составляют совершенную противоположность моим собственным представлениям о том же вопросе. Я их сохранила, как они были напи­саны. Некоторые из его философских положений были совершенно новы для меня; иногда я улавливала всю их глубину только после прошест­вия нескольких месяцев.

Если у кого-нибудь возникнет вопрос, ч т о думаю я сама об этих письмах, считаю ли я их подлинными сообщениями из невидимого мира, я отвечу утвердительно. В выпущенных местах, касающихся моей

личной жизни, было много намеков и указаний на обстоятельства, ко­торые мне лично были неизвестны, и все, которые мне удалось прове­рить, оказалось безошибочны. Если предположить излюбленную телепа­тическую теорию современных психологов, то чья же телепатия прояви­лась в этих письмах? Друг, о которой я упоминала, не могла этого сделать, так как содержание писем было и для нее такой же неожидан­ностью, как и для меня.

Но я все же считаю необходимым упомянуть, что не имею никаких претензий на научное значение этой книги, так как для этого требо­вались бы научно обставленные доказательства. Исключая первого письма, подписанного "Х" и сообщенного мне прежде, чем я узнала, что г-н ** умер, все остальные были написаны вне "научно-испыта­тельных условий", как их понимает ученый психолог нашего времени. Как доказательство существования души после телесной смерти, содер­жание этих писем должно быть или принято, или отвергнуто каждым, сообразно его личным особенностям, внутреннему опыту и собственной интуиции.

Должна прибавить, что если б не мое полное доверие к источнику этих писем, и не такое же доверие моих друзей ко мне, книга эта совсем не могла бы возникнуть. Ибо сомнение, в невидимом авторе или в видимом посреднике парализовало бы обоих в такой мере, что их ра­бота не могла бы осуществиться.

Что касается лично меня, то эти письма содействовали оконча­тельному уничтожению во мне всякого страха смерти, они укрепили мою веру в бессмертие и они же превратили для моего сознания потусто­роннее существование в такое же жизненное и реальное, как и наша жизнь на земле. Если они дадут хотя бы одному читателю такое же ра­достное чувство бессмертия, какое они дали мне, то я буду вполне вознаграждена за свой труд.

Тем же, которые склонны порицать меня за обнародование этой книги, я могу сказать только одно: я всегда стремилась отдать миру все, самое лучшее во мне, а эти письма, - думается мне, - может быть самое лучшее из всего, что я могу отдать".

П и с ь м о 1.

ВОЗВРАЩЕНИЕ

Я здесь! Не бойтесь ошибки!

Это я говорил с вами, и теперь говорю снова я.

У меня были удивительные переживания. Многое из забытого я на­чинаю вспоминать. Все случившееся вело ко благу: оно было неизбеж­но.

Я уже могу различать вас, хотя не очень ясно,

Я не видел здесь тьмы. Здешний свет удивительный, гораздо уди­вительнее, чем солнечный свет юга.

Нет, я еще не очень ясно разбираю дорогу в окрестностях Пари­жа; все мне кажется иным. И если я вижу вас, то это, по всей веро­ятности, благодаря вашей собственной жизненной силе.

П и с ь м о 2.

НЕ ГОВОРИТЕ НИКОМУ

Я нахожусь как раз против вас в пространстве, то есть я прямо перед вами, опираюсь на что-то, вероятно кушетку или диван.

Мне легче приходить к вам после сумерек.

Уходя отсюда, я подумал, что возможно будет говорить с людьми с помощью вашей руки.

Я чувствую себя сильнее. Бояться нечего - это только перемена состояния.

Я не могу еще сказать вам, как долго я был в безмолвии. Кажет­ся, не очень долго.

Это и подписал "Х". Учитель помог мне завязать связь.

Лучше до времени не говорите никому, исключая **, что я прихо­дил, так как я не желал бы помехи для моих появлений во всякое вре­мя, когда и куда захочу.

Дайте мне от времени до времени пользоваться вашей рукой: я не злоупотреблю ей.

Я хочу остаться здесь, пока не буду в состоянии вернуться бо­лее сильным. Ждите меня, но не теперь.

Все делается для меня теперь легче, чем в первое время. Мой вес уменьшился. Я мог бы еще остаться в теле, но не стоило делать усилий.

Я видел Учителя. Он близко. Его отношение ко мне приносит мно­го утешения.

Но теперь мне лучше уйти. Доброй ночи!

П и с ь м о 3.

БЕРЕГИТЕ ДВЕРЬ

Вы должны принять некоторые предосторожности, чтобы оградить себя от тех, что теснятся вокруг меня.

Вы должны ограждать себя днем и ночью зароком. Ничто не может проникнуть через эту стену - ничто, что вы запретите своей душе принимать к себе.

Не позволяйте этим ларвам астрального мира высасывать из себя силы. Нет, меня они не беспокоят, ибо я уже привык к мысли о них. Вам совершенно не следует бояться, если вы защитите себя.

П и с ь м о 4.

ОБЛАКО НА ЗЕРКАЛЕ

(После того, как фраза была наполовину написана, писание вне­запно прервалось и возобновилось только через некоторое время).

Когда вы отвечаете на мой призыв, вытрите до чиста ваш ум, как вытирает ребенок свою аспидную доску, готовясь записать новую зада­чу учителя. Малейшая ваша личная мысль или фантазия будет как бы облаком на зеркале, затуманившим отражение.

Вы можете получать таким путем письма, если ваш ум не будет при этом работать независимо, не будет ставить вопросов во время писания.

На этот раз я был прерван не собравшимися вокруг существами, но вашим собственным любопытством - как кончится начатая фраза. Вы стали внезапно активной, вместо того, чтобы остаться пассивной, вроде того, как если бы воспринимающий телеграфный аппарат начал посылать свое собственное сообщение.

Я узнал здесь причину многих психических явлений, которые преж­де поражали меня, и я намереваюсь защитить вас, насколько возможно, от перекрещивающихся токов, вредных для нашей работы.

Один раз вечером, когда я явился к вам, вы не впустили меня. Хорошо ли это было?

Но я не упрекаю вас. Я буду приходить снова и снова, пока мое дело не будет сделано.

Вскоре я приду к вам во сне, и покажу вам много интересного.

П и с ь м о 5.

ОБЕЩАНИЕ НЕВЫСКАЗАННЫХ ВЕЩЕЙ

Через некоторое время я передам вам знание, которое приобрел с тех пор, как я здесь. Я вижу теперь прошлое как бы через открытое окно. Я вижу дорогу, по которой я пришел, и могу начертить дорогу, по которой намереваюсь идти в будущем.

Все кажется мне теперь легким. Я мог бы делать вдвое больше, чем делаю - до того сильным чувствую я себя.

До сих пор я еще не основался нигде и передвигаюсь с места на место, куда меня влечет; я мечтал об этом всегда, когда был в теле, но никогда не мог осуществить этой мечты.

Не бойтесь смерти; но живите на земле как можно дольше.

Несмотря на все, что я здесь приобрел, я жалею иногда, что кончи­лась моя причастность к миру. Но сожаления теряют свой вес в потус­тороннем мире так же, как и тела наши.

И я расскажу вам о вещах, которые не были еще высказаны ни­когда.

П и с ь м о 6.

МАГИЯ ВОЛИ

Вы еще не вполне схватили тайну воли. Она может сделать из вас все, что вы захотите, в пределах вашего размера энергии: ибо в той единице силы, которая называется человеком, все находится или в состоянии активном, или в состоянии потенциальном.

Различия между живописцем и музыкантом, между поэтом и романис­том не есть различие качественное; ибо каждый человек заключает в себе всё, исключая количества, и, таким образом, каждый имеет воз­можность развивать себя по любой линии, избранной его волей. Выбор мог совершиться очень давно. Нужно много времени, часто много жиз­ней, чтобы достигнуть определенного искусства или способности к особому роду творчества, преобладающей над всеми другими способнос­тями. Сосредоточенье есть ключ к силе, здесь, как и везде.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16

перейти в каталог файлов


связь с админом