Главная страница

Келли Макгонигал Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше Альпина Диджитал 2015


Скачать 1.18 Mb.
НазваниеКелли Макгонигал Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше Альпина Диджитал 2015
АнкорMakgonigal_K_-_Khoroshiy_stress_kak_sposob_stat_silnee_i_luchshe_-_2017.pdf
Дата28.05.2018
Размер1.18 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаMakgonigal_K_-_Khoroshiy_stress_kak_sposob_stat_silnee_i_luchshe
оригинальный pdf просмотр
ТипРеферат
#38843
страница11 из 18
Каталог
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   18
«Мы – часть сообщества и готовы ему служить»
Связь между заботой о людях и жизнестойкостью дает основания для поиска новых возможностей поддержки тех, кто пережил тяжелый стресс или травму. Лучшее, что можно сделать для таких людей, относимых к «группе риска», – это помочь им превратиться из жертв в супергероев и научить их помогать другим людям.
Одна из программ, основанных на этом подходе, – это EMS Corps в округе Аламеда,
штат Калифорния. Ее назначение – обучать молодых людей из неблагополучных семей профессии медсестер и медбратьев в службе скорой помощи. Многие из участников про- граммы – дети из очень бедных кварталов, 60 % которых не оканчивают старшую школу.
Некоторые из них были бездомными. Они привыкли, что местное сообщество воспринимает их как угрозу, считая частью преступной среды. Отсутствие возможностей, усугубляющееся пониманием того, что окружающие им не рады, легко подталкивает такую молодежь к пора- женчеству. Со временем некоторые из них действительно становятся на преступный путь.
Алекс Брискоу, директор Департамента здравоохранения округа Аламеда, относится к этим молодым людям иначе. «На самом деле эти подростки, которых несправедливо считают бесполезными для общества, – отнюдь не проблема, – говорит он. – Они – решение»
[148]
Программа EMS Corps с лозунгом «Мы – часть сообщества и готовы ему служить»
создана специально для того, чтобы изменить отношение общества к этим молодым людям,
а также их восприятие себя. Помимо обучения оказанию экстренной медицинской помощи,
они вносят вклад в улучшение общественного здоровья. К примеру, они бесплатно рас- пространяют памятки по автомобильной безопасности для родителей и ходят по домам,
предлагая гражданам измерить артериальное давление и давая советы по профилактике сердечно-сосудистых заболеваний. Образовательная программа EMS Corps направлена на

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
95
развитие у молодых людей мировосприятия, в основе которого – помощь окружающим. Ее смысл не только в том, чтобы научить их оказывать медицинскую помощь, но и в том, чтобы благодаря этой роли они развивали в себе отвагу, твердость характера и стремление к обще- ственному благу. Один из учеников объяснил это на групповом семинаре так: «Я осознал свой потенциал. Узнал, кто я на самом деле и кем могу стать». Выпускник программы 2013 г.,
рассуждая о том, как она повлияла на его жизнь, сказал: «Теперь у меня есть шанс стать супергероем в реальной жизни». Большинство выпускников по окончании программы доби- ваются в жизни значительных успехов; 75 % из них работают в службах экстренной помощи,
многие поступили в колледжи. Это впечатляющий результат для района, где уровень безра- ботицы среди молодежи составляет 70 %.
Исследования показывают, что, помогая людям из групп риска, мы можем также сни- зить отрицательное влияние бедности и хронического стресса на здоровье. В ходе одного из экспериментов среди учеников старших классов городской школы в Британской Колумбии,
Канада, в случайном порядке отбирались волонтеры, которые один час в неделю должны были помогать ученикам начальной школы
[149]
. Большинство этих старшеклассников про- исходили из бедных семей и принадлежали к этническим меньшинствам. Они помогали младшим ребятам с домашними заданиями, занимались с ними спортом, рисованием, есте- ственно-научными экспериментами или кулинарией. Через десять недель эксперимента у подростков, работавших в начальной школе, было отмечено улучшение состояния сер- дечно-сосудистой системы, в том числе снижение уровня холестерина и двух маркеров вос- палительных процессов – интерлейкина-6 и С-реактивного белка. В контрольной группе никаких изменений не наблюдалось.
Ученые также постарались выяснить, можно ли объяснить биологические изменения психологическими трансформациями. У подростков, сообщавших о наибольшем повыше- нии степени эмпатии и желания помочь другим, уровень холестерина и воспалительных про- цессов снизился больше всего. Волонтерство также повысило их самооценку, но степень этого повышения не коррелировала со степенью улучшения состояния здоровья. Защитный эффект волонтерской работы был связан с реакцией заботы и дружбы.
Программы, основанные на оказании помощи другим, становятся одним из главных методов борьбы с посттравматическим стрессовым расстройством. Например, организа- ция Warrior Canine Connection в Бруквилле, штат Мэриленд, привлекает бывших военных с
ПТСР для тренировки собак-помощников для других ветеранов. У бывших солдат возникает связь с их четвероногими подопечными, и в то же самое время они чувствуют причастность к высокой цели помощи своим товарищам. Ветераны, участвующие в программе, сообщают о снижении у них уровня депрессии, навязчивых воспоминаний и частоты употребления наркотических средств и алкоголя
[150]
Очень часто мы видим в обездоленных или пострадавших в результате каких-то тра- гических событий людей, которым нечего предложить окружающим. Но на самом деле, если эти люди постоянно чувствуют себя жертвами, им нет от этого никакой пользы. Им может помочь осознание своих сил и возможность приложить их к чему-то важному.
От хищников к защитникам
«Я взял его за руку, прочел молитву и сказал: "Эта боль и страдания
скоро закончатся". Я надел на него шляпу и накрыл его одеялами. Он
всегда любил спортивные программы, поэтому я переключил телевизор
на ESPN. Потом я поцеловал его в лоб и вышел»
[151]

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
96
Данные слова принадлежат не родственнику больного и не сиделке в хосписе. Это рас- сказ узника тюрьмы штата Пенсильвания, который заботился о своем умиравшем товарище по заключению, – одна из многих историй, которые собрала исследователь из Университета
Пенсильвании Сьюзан Леб, изучающая феномен заботы об умирающих в местах лишения свободы
[152]
Спросите у людей, где в последнюю очередь стоит ожидать проявлений инстинкта заботы и дружбы, и тюремная система наверняка займет одно из первых мест в списке.
Тюрьма – это всегда выживание. Многие заключенные с детства находились в жестких усло- виях, которые развили в них стремление к самозащите, а вовсе не альтруизм. Они не полу- чали должной заботы и не имели ролевых моделей для того, чтобы научиться состраданию.
И тем не менее место сопереживанию есть даже в тюрьмах, если заключенные имеют возможность заботиться о ком-то, что и зафиксировала Леб в ходе своей работы. Она бесе- довала с заключенными-мужчинами в возрасте от 35 до 74 лет, которые заботились о своих умирающих товарищах. Большинство из них были готовы прийти на помощь 24 часа в сутки,
выполняя все необходимые действия – от уборки до смены памперсов. Они оказывали эмо- циональную поддержку, беседуя с умирающими, молясь за них, держа за руку и помогая под- готовиться к посещению родственниками. Они также защищали их от возможного жесто- кого обращения со стороны других заключенных и выступали посредниками в общении с надзирателями. Таким образом, заключенные обеспечивали умирающим товарищам ком- форт в последние дни их жизни.
Причины подобного поведения исполнены благородства. Заключенные, заботившиеся об умирающих, хотели делать что-то полезное и значимое. Они понимали, что в какой-то момент могут оказаться в таком же положении. Для одного из них толчком послужили слова сиделки в тюремной больнице, сказанные умирающему заключенному: «Готовься к встрече с Сатаной!» Ему захотелось сделать так, чтобы с умирающими обращались достойно вне зависимости от того, что они совершили в своей жизни.
Заключенные не получают за свою работу никакой платы или дополнительных приви- легий. Вы можете подумать, что это снижает их заинтересованность, но на самом деле все как раз наоборот. Не имея внешних стимулов, они воспринимают свои поступки как истинно бескорыстные. Один из них написал в анонимной анкете, что для него было важно «отда- вать кому-то свое время, не испытывая нужды в похвалах или сертификатах. Любить кого- то просто потому, что это правильно»
[153]
. Когда волонтеров спрашивали, что, на их взгляд,
людям нужно знать о тюремном хосписе и их добровольной работе, чаще всего они отве- чали: «Они должны знать, что мы помогаем потому, что искренне хотим делать добро»
[154]
Многие говорят, что забота об умирающих дает им возможность показать свою истинную сущность. Один из них сказал: «Я был хищником. А теперь я защитник». Другой сказал:
«Я нашел в себе нечто такое, что считал навсегда потерянным. Теперь я больше не отброс общества. У меня есть что дать людям».
Работа в хосписе также меняет восприятие заключенными их собственного положе- ния. Они наблюдают за проявлениями сострадания друг у друга и за тем, как это состра- дание принимается, и перестают воспринимать тюремную систему как совершенно антигу- манную. Получается, что система меняется благодаря их собственному вкладу.
Сьюзан Леб рассказывала мне: «Когда люди слышат о волонтерстве в тюрьме, они говорят: "Здесь это никогда не сработает. Это бесполезно"». Мне тоже приходилось слышать подобные слова, причем не от тюремной администрации, а от людей, которые считают, что их коллеги, ученики или другие сообщества никогда не будут о ком-то заботиться. Тем не менее реакцию заботы и дружбы можно наблюдать не только в сферах, которые традиционно ассоциируются у нас с состраданием. Люди в самых разных обстоятельствах с радостью хватаются за возможность помочь кому-то.

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
97
Из всех исследований и историй можно сделать один вывод: стремление помогать –
часть человеческой сущности. Сострадание – это не роскошь, которую могут позволить себе только те, у кого нет собственных проблем в жизни, и не удел святых и мучеников. Забота создает жизнестойкость и дает надежду даже в самых неожиданных местах.
Когда вы одиноки в своих страданиях
Несколько лет назад я шла домой из магазина и кто-то окликнул меня по имени. Повер- нувшись, я увидела аспирантку из Стэнфорда, в группе которой преподавала. Я не слиш- ком хорошо ее знала, потому что обычно она держалась особняком, поэтому подумала, что все ограничится простым приветствием. Однако девушка вдруг расплакалась. Пораженная,
я обняла ее и спросила, что случилось. «Я просто очень одинока, – ответила она. А потом сказала мне то, что буквально поразило меня в самое сердце: – А вы всегда выглядите такой счастливой! Не знаю, как вы это делаете».
Эта девушка знала меня только в одном качестве – преподавателя. В этой роли мои собственные переживания не так очевидны. Но конечно же, я тоже знала, что такое одино- чество. И когда сама училась в университете, я временами плакала, потому что хотела быть более счастливой, но не знала, как этого добиться. На самом деле очень хорошо помню мой первый День благодарения в Стэнфорде: я была так занята работой, что за три месяца в кампусе не успела обзавестись друзьями. В сам День благодарения кампус почти опустел,
поэтому я пошла прогуляться по городу. Но все кафе были закрыты, негде было даже выпить кофе и перекусить. Когда я наконец вернулась в кампус, было уже темно. Проходя мимо зда- ния студенческого союза, я увидела людей, сидящих за праздничным столом. Очень хорошо помню, как смотрела в то окно и мне казалось, будто я – единственный человек, который в этот день чувствует себя одиноким. Сейчас, оглядываясь назад, я, конечно же, понимаю,
что это было не так, но иногда, когда рядом с вами нет людей, которые всегда готовы вас поддержать, очень легко поддаться ощущению, что никто не страдает так, как вы.
Это чувство одиночества в своих страданиях – один из самых значительных барьеров для преобразования стресса. Когда мы чувствуем изоляцию и отсутствие связи с людьми,
нам сложнее предпринимать какие-то действия или видеть плюсы в ситуации. Этот же самый барьер не дает нам обратиться к людям, чтобы получить помощь от них или самим предложить ее им. На самом деле это странно, потому что стресс – это, вероятно, самое уни- версальное ощущение на земле. Ни один человек не проживает жизнь без болезней, разоча- рований, гнева или потерь. Детали могут быть различны, но в целом стресс – это общечело- веческий опыт. Главная сложность в том, чтобы не забывать об этом в минуты собственных страданий.
Мышление, ведущее к изоляции или
ощущению причастности к миру
Посмотрите на четыре утверждения ниже и подумайте, какое из них больше соответ- ствует вашему взгляду на жизнь
[155]
• Когда мне плохо, я обычно думаю, что большинству других людей везет больше, чем мне.
• В трудных обстоятельствах мне обычно кажется, что другие люди справились бы с ними лучше.
• Когда у меня плохое настроение, я напоминаю себе, что множество людей во всем мире чувствуют себя так же.

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
98
• Когда у меня что-то идет не так, я воспринимаю трудности как часть жизни, через которую проходят все.
Эти утверждения взяты из опросника, по которому психологи определяют принадлеж-
ность к человечеству – то, в какой степени вы видите в своих трудностях неотъемлемую часть общего человеческого жребия. Первые два отражают менталитет изоляции, а вторые –
способность почувствовать связь с людьми даже в самые тяжелые моменты. Важно, что два этих образа мышления имеют совершенно различные последствия. Люди, чувствую- щие себя одинокими в стрессовые моменты, чаще оказываются подвержены депрессии и склонны к стратегии избегания, отрицанию, отказу от своих целей и стремлению уклониться от стрессовых ситуаций
[156]
. Они реже говорят окружающим о своих чувствах и реже полу- чают поддержку, в которой на самом деле нуждаются. А это только лишний раз убеждает их в том, что они один на один со своими трудностями.
Напротив, те, кто осознают, что страдания – это общий жребий, оказываются в жизни счастливее, устойчивее и получают от нее большее удовлетворение. Они более откровенно говорят о своих трудностях и поэтому получают поддержку от окружающих
[157]
. Они также склонны находить в этих трудностях смысл и меньше подвержены нервному истощению
[158]
Но, несмотря на все преимущества осознания принадлежности к человечеству, люди очень часто недооценивают чужой стресс и переоценивают чужое счастье
[159]
. Это справедливо по отношению не только к действительно чужим людям, но и к соседям, коллегам и даже порой к друзьям и родным, которых мы хорошо знаем. В книге «Осознанность или тревога»
2
пси- хологи Сьюзан Орсильо и Лизабет Ремер так описывают это фундаментальное заблуждение:
«Мы часто судим о том, что у нас внутри, по тому, что у других людей снаружи. Часто мы оказываемся поражены, узнав о том, что коллегу преследуют мысли о самоубийстве, сосед спивается, а дома у милой парочки, которую мы иногда встречаем в магазине, процветает насилие. Когда мы пересекаемся с людьми в обыденной обстановке, они могут казаться нам спокойными и счастливыми. Но внешняя видимость не всегда отражает страсти, скрытые внутри»
[160]
Так как страдания других людей не всегда очевидны для нас, то нередко, глядя на мир,
мы заключаем, что, кроме нас, в нем никто не страдает
[161]
Исследования показывают, что современные формы коммуникации подкрепляют это неверное убеждение, подталкивая нас к тому, чтобы выставлять на всеобщее обозрение позитивную картину своей жизни. Люди предпочитают размещать в соцсетях хорошие ново- сти, счастливые фото и рассказы о приятных моментах. И хотя многие сознают собствен- ную тенденцию к этому, они все равно недооценивают ту же склонность в окружающих
[162]
Поэтому, просматривая странички своих друзей и родных, вы задумываетесь, почему же ваша жизнь настолько хаотичнее, скучнее или труднее, чем у них. Это неверное понима- ние ведет к усилению чувства изолированности и снижению удовлетворенности жизнью.
Согласно научным данным, длительное пребывание в социальных сетях, в том числе в
Facebook, может усиливать ощущение одиночества и неудовлетворенности
[163]
Так как же обрести чувство принадлежности к человечеству, если вам кажется, что вы одиноки в своих проблемах? Именно этому я посвятила свое исследование методик воз- действия на мышления и обнаружила: чтобы не чувствовать себя одиноким в стрессовые моменты, человеку нужно две вещи. Во-первых, сопереживать страданиям других людей. И
во-вторых, следует откровенно говорить о своих страданиях.
2
Орсильо С., Ремер Л. Осознанность или тревога. Перестань беспокоиться и верни себе свою жизнь. – М.: Гуманитар- ный центр, 2016.

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
99
Как сделать невидимое видимым
В своей работе я использую упражнение, которое называю «Сделать невидимое види- мым». Я прошу всех, находящихся в классе, записать на листке бумаги какую-либо про- блему, с которой они пытаются справиться в настоящий момент, но влияние которой никак
нельзя распознать по внешним признакам.
Затем я собираю листки и кладу их в сумку. Каждый из учащихся достает наугад один из листков и зачитывает написанное вслух, представляя, что это написал он сам. «Мне сейчас настолько больно, что я с трудом могу находиться в этой комнате». «Моя единственная дочь умерла десять лет назад». «Я переживаю из-за того, что я здесь чужой и что, если я открою рот, все это сразу поймут». «Я пытаюсь побороть свое пристрастие к алкоголю, и мне каждый день хочется выпить».
Это упражнение оказывает огромный эффект на разных уровнях. Во-первых,
поскольку листки анонимны, невозможно догадаться, кто что написал. И когда человек читает написанное на случайно выбранном листке, окружающие легко могут представить,
что он действительно говорит о себе. Во-вторых, оно делает видимыми страдания, которые ранее были скрыты. Они существуют, но из-за того, что никто не говорит о них вслух, рас- познать их невозможно. Из-за этого каждый человек чувствует себя одиноким, но, когда они озвучиваются, то становятся напоминанием о принадлежности к человечеству. Когда я ощу- щаю одиночество, то стараюсь вспомнить тот трепет, который возникает во мне, когда ранее невидимая человеческая боль становится видимой.
Чтобы почувствовать преимущества этого упражнения, вам вовсе не обязательно про- делывать его формально. Находясь среди людей, вы можете просто подумать о том, что скрыто за их невозмутимым обликом. Я недавно слышала проповедь пастора Карен Оливето в церкви Glide Memorial в Сан-Франциско, в которой она дала тот же самый совет. «Нет человека, которому было бы легко жить, – напомнила она прихожанам. – Если вы мечтаете о том, чтобы ваша жизнь была такой же, как у человека, сидящего рядом с вами на скамье,
значит, вы ничего не знаете о его жизни. Потому что на самом деле этот человек может нести такую ношу, которую вам даже сложно себе вообразить. У каждого есть своя тайная сердеч- ная боль, каждого терзают собственные демоны, каждый так завален обязанностями, что любая мелочь может сломать ему хребет».
Чтобы не забывать об этом, я часто повторяю себе одну фразу: «Этот человек знает, что такое страдания, не хуже, чем я». Неважно, кем именно является «этот человек». Вы можете выбрать любого на улице, зайти в любой дом или офис, и, на кого бы ни упал ваш взгляд, это будет правдой. Как и у меня, у этого человека были и есть какие-то жизненные проблемы.
Как и я, он знаком с болью. Как и я, он хочет быть полезен этому миру, но при этом знает,
что такое провал. Не нужно спрашивать у всех этих людей, правы ли вы. Если они – люди,
значит, вы правы. Вам просто нужно заставить себя увидеть это.
Бессонная ночь перед операцией
Одна из моих студенток, Синтия, легла в больницу на операцию. Ночью накануне она не могла заснуть. Несмотря на то что операция была несложной и все считали, что она должна пройти хорошо, для нее требовался общий наркоз. Синтию пугали все вещи, кото- рые она не способна контролировать. У нее были дети, и ей в голову постоянно лезли самые мрачные мысли. Так как заснуть она не могла, а тревога ничему не помогала, она решила попытаться подумать о своей принадлежности человечеству.
Вначале она подумала о самой операции и о своем страхе перед тем, что она никак не сможет контролировать происходящее. Затем она вспомнила о других людях, которые

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
100
так же переживают из-за каких-то медицинских вмешательств. О тех, кому завтра предстоит очередной курс химиотерапии. О тех, кто ждет результатов анализов. О тех, кто даже не знает, сможет ли получить лечение. О людях без медицинской страховки, о тех, кто ждет очереди на трансплантацию или пытается попасть в программу клинических испытаний.
Она подумала о той тревоге, которую испытывает каждый из них, и о том, что на самом деле бесчисленное множество людей находятся в таком же положении, как она. Она ощутила связь с ними всеми. И осознание этой общности принесло ей успокоение.
Потом Синтия начала размышлять о том, как ее беспокойство не дает ей заснуть. Она подумала, сколько еще людей не спит сейчас из-за страха и дурных мыслей. Сколько людей должны встать завтра утром и делать то, чего им совсем не хотелось бы делать. Это может быть все, что угодно, – не обязательно операция. Экзамены. Сложный разговор. Похороны любимого человека. То, что она лежала здесь одна без сна, на самом деле объединяло ее со множеством людей. Синтию поразило осознание того, сколько отваги во всех этих людях,
и через это она ощутила отвагу и в себе. Она выбрала фразу «Пусть все мы осознаем, что сильны» в качестве пожелания всем, в том числе и себе самой. На следующее утро, встав с постели, она чувствовала себя одной из многих, частью сообщества людей, решившихся встретить все трудности этого дня.
Преобразование стресса: от изоляции к
чувству принадлежности к человечеству
Если вам кажется, что вы одиноки в своих страданиях, постарайтесь осознать факт вашей принадлежности к огромному сообществу людей.
Вначале позвольте себе прочувствовать любые эмоции, которые сопровождают вашу ситуацию. Признайте все болезненные чувства, которые кроются у вас в душе и теле: тревогу, физическую боль, гнев, разочарование,
сомнения в себе или печаль.
Затем подумайте о том, что источник ваших страданий на самом деле часть общечеловеческого опыта. Так же, как и вы сейчас, бесчисленное множество других людей на планете испытывают боль, сожаления, скорбь,
несправедливость, гнев или страх. Полезно вспомнить о конкретных ситуациях, которые, возможно, не совсем совпадают с вашей, но связаны с болью или стрессом. Дайте себе почувствовать естественное сопереживание к людям – понимание того, что они могут ощущать в этих ситуациях.
Мне нравится завершать подобные размышления какой-то одной фразой, которая отражает чувство общего опыта. Одна из моих любимых –
«Пусть все мы осознаем наши силы». Вот еще несколько примеров, которые выбирают мои ученики. «Пусть все мы обретем мир». «Пусть мы найдем поддержку в наших страданиях». «Пусть каждый узнает, что он не одинок».
Так вы сможете обрести немного надежды и отваги, которые дает чувство общности.
Создайте сообщество поддержки
Леннон Флауэрс был 21 год, когда ее мать умерла от рака легких. Эта потеря изменила все в ее жизни, и, когда девушка окончила колледж и переехала в Калифорнию, она даже не могла говорить об этом. Все, кто знал ее мать, были далеко. Если Флауэрс упоминала в раз- говоре с кем-то о смерти своей матери, она получала две возможные реакции. Многие люди

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
101
находили повод испариться. У остальных на лице появлялась гримаса жалости, и неизменно звучали одни и те же слова: «Мне очень жаль». Обе эти реакции вызывали у Флауэрс чувство изоляции. Поэтому она научилась держать свою историю в себе, несмотря на то что из-за этого ей казалось, что она скрывает важную часть себя.
Прошло несколько лет, и Флауэрс занялась поисками квартиры вместе с Карлой Фер- нандес, женщиной, с которой она вместе работала и дружила уже много месяцев. Как-то случайно выяснилось, что Фернандес потеряла отца. Это стало очень важной точкой связи между двумя подругами; однако Флауэрс и Фернандес настолько привыкли молчать о своей боли, что им потребовались месяцы на то, чтобы признаться друг другу в чувстве потери.
Это был момент откровения для обеих женщин, которые чувствовали себя одинокими в скорби, но боялись поделиться своими историями. Фернандес решила устроить встречу для всех знакомых молодых женщин, которые потеряли родителей. Она пригласила четырех,
и все согласились прийти. Фернандес приготовила паэлью по семейному рецепту в память о своем отце-испанце. Они собрались за столом на террасе и проговорили до двух часов ночи.
Это была первая из тех встреч, которые потом получили название «Встречи за ужи- ном» (Dinner Party). Сейчас такие встречи проводятся по всем Соединенным Штатам, и орга- низуют их люди, потерявшие кого-то из близких, чтобы поговорить о жизни после пережи- той потери. Флауэрс и Фернандес основали «Встречи за ужином», чтобы помочь людям,
которые чувствуют себя одинокими из-за потери близких, обрести общество понимающих собеседников
[164]
. Через свой сайт они осуществляют связь между теми, кто готов принять встречи у себя дома, и потенциальными гостями, а также дают хозяину вечера необходимые рекомендации о том, как создать обстановку поддержки для откровенного разговора.
Каждый ужин – это собрание группы числом до десяти человек, многие из которых встречаются на нем впервые. Каждый гость может принести с собой какое-нибудь блюдо,
чтобы дать толчок рассказу о любимом человеке, которого он потерял: любимую лазанью сестры, торт, который жена каждый год пекла на годовщину свадьбы, суп, который готовил вам отец, когда вы болели. Хозяин вечера аккуратно направляет разговор, давая возможность каждому гостю высказать то, что у него на душе. Здесь бывают и смех, и слезы, и молчание.
В конце ужина каждый из гостей высказывается о том, что ценного для себя он получил от общения в этот вечер.
Недавно группа начала организовывать ужины, на которых те, кто пережил потерю,
встречаются с теми, кто хочет узнать, как лучше поддержать их. На этих собраниях гости делятся рассказами о том, как кто-то действительно помог им в трудную минуту. «Люди спрашивали меня о жизни моего отца, а не о его смерти». «Мы вместе вспоминали моего мужа и не боялись произносить вслух его имя». «Люди не бросили меня». Все эти истории,
записанные на встречах и доступные онлайн, становятся полезным источником информации для тех, кто хотел бы помочь, но не знает как.
Самой Флауэрс создание общества «Встречи за ужином» помогло совершенно неожи- данным образом. «Потеря может парализовать, – сказала она мне. – Людям очень важно чувствовать свою ценность для других. Для меня было огромным шагом вперед, когда я,
раньше ощущавшая свою потерянность в мире, благодаря встречам обрела цель».
Люди, которые хотят поддержки и заботы, часто думают, будто кто-то должен прийти и предложить им это. Но вы поможете себе сами, если научитесь видеть в себе источник нужной поддержки. Флауэрс и Фернандес чувствовали себя одинокими из-за своих потерь.
Они мечтали о том, чтобы легче было говорить о боли и чтобы другие люди откровенно рассказывали о своем опыте. Поэтому они сами начали разговор и создали открытые сооб- щества для себя и других.

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
102
Сознательно дать старт тому, чего вы сами хотите, – лучший способ создать сообще- ство поддержки. Исследования показывают, что, когда вы намеренно переключаетесь на помощь окружающим, в конечном итоге получаете эту поддержку сами. Когда вы предпри- нимаете усилия, чтобы выразить свою благодарность, вас начинают больше ценить. Когда,
не думая о себе, стараетесь помочь другим ощутить общность, вы становитесь важным и уважаемым членом сообщества.
Одна из моих учениц, Ариэль, рассказала мне о том, как она обрела сообщество под- держки, найдя в себе смелость открыто поговорить о своих проблемах. За 12 лет до этого ее 13-летняя дочь сказала ей, что она – мальчик. Это заявление произвело эффект разорвав- шейся бомбы на ее ощущение реальности. Ариэль и ее мужу понадобилось несколько меся- цев только на то, чтобы осознать, что происходит. Некоторое время они пытались справиться с этим сами. Но после того, как они решили поддержать решение дочери сменить пол, они поняли, что им нужна информация о подобных проблемах.
Вступив в сообщество родителей детей-транссексуалов, Ариэль начала получать при- глашения на публичные выступления. Вскоре она сама стала оказывать поддержку другим родителям. Это прекрасный пример того, как личный кризис можно превратить в возмож- ность создания связей. Но больше всего меня поразило то, что Ариэль рассказала мне о неожиданном результате ее готовности выйти со своей историей на публику. Вскоре роди- тели со всего города стали делиться семейным опытом, о котором раньше предпочитали молчать из чувства стыда и изоляции. «Люди стали выкладывать самые разные неудобные секреты и рассказывали о том, как им удалось пережить эти ситуации, – сказала мне Ари- эль. – Отвага, если честно, заразительна!» (Еще один счастливый постскриптум: Ариэль теперь с гордостью рассказывает о том, что ее сын учится на медбрата.)
Когда вы чувствуете себя одиноким в своем стрессе или страданиях, подумайте о том,
что вам нужно больше всего. Если существует нечто, что вы хотели бы испытать, или некое сообщество, к которому хотели бы присоединиться, подумайте, можете ли вы стать отправ- ной точкой его создания? Люди, которые находят в себе смелость быть уязвимыми – искать возможности помогать другим и использовать свои страдания как повод для создания свя- зей, – в конечном итоге сами получают гораздо больше общения и поддержки. Подобно
Флауэрс, которая основала «Встречи за ужином», и моей ученице Ариэль, которая дала дру- гим людям возможность открыто признаться в их трудностях, они сами получают то, что дают другим: поддержку в своих проблемах и доброжелательное окружение
[165]
Рука на плече
Я стояла на тротуаре Гурон-авеню в Кембридже, штат Массачусетс, глядя, как бегуны пересекают финишную черту. Было солнечное и ветреное апрельское утро.
На другой стороне улицы стояла кучка подростков в темно-синих майках с надписью
Sole Train. Каждый раз, когда бегун в такой же майке приближался к финишу, они разража- лись приветственными криками: «Давай-давай!» Подростки, завершавшие пробег, остава- лись на финише, чтобы поддержать своих товарищей. Самые быстрые из них пробежали пять миль за 35 минут 22 секунды. После часа дня появилась одна из последних участниц,
изо всех сил старавшаяся дойти до финиша. Рядом с ней бежали двое в синих футболках,
поддерживая ее за плечи. Я узнала двух бегунов из команды Sole Train, которые прибежали одними из первых. Они вернулись на дистанцию, чтобы помочь членам команды, испыты- вающим трудности. Когда она наконец пересекли черту, толпа на тротуаре разразилась кри- ками, как будто эта девушка стала победителем в гонке.
Я смотрела на бегунов, и меня переполняла радость. Мне захотелось стать частью этого сообщества, а не просто наблюдателем. Sole Train – это спортивная и образовательная про-

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
103
грамма для бостонской молодежи, которую поддерживает фонд Trinity Boston Foundation
[166]
Меня познакомила с этой группой Натали Ставас, врач, которая спасала жизни после теракта на Бостонском марафоне. Когда я пришла на этот забег, я еще мало что знала о программе,
но она очень быстро стала одним из моих любимых примеров создания культуры заботы и дружбы, которая поддерживает стойкость в центре трудностей.
Джесс Лефлер, директор Sole Train, основала эту программу в 2009 г. До этого она работала консультантом и арт-терапевтом с молодежью из групп риска в Trinity Boston
Foundation. Идея Sole Train пришла к ней, когда она бежала Чикагский марафон в 2007 г. Сто- яла такая жара, что половина участников сошли с дистанции. Полицейские кричали бегу- нам: «Вы должны остановиться!» Но Лефлер была упорна. Было очень трудно, но она хотела испытать собственные возможности. На бегу она думала о ребятах, с которыми работала.
Они жили в бедных кварталах, и у них в жизни было мало перспектив. Она начала размыш- лять о том, как они могут воспринять подобный опыт – подготовку к марафону и соверше- ние того, чего раньше они не могли себе представить.
Спустя полтора года она пригласила нескольких подростков тренироваться вместе для полумарафона. С тех пор ее случайная фантазия превратилась в полноценную про- грамму с примерно 150 юными участниками (которых называют «молодые души»), набран- ными из местных школ и общественных центров, и 40 взрослыми наставниками («старыми душами»), которые добровольно работают на программу и тренируются вместе с подрост- ками. Девиз программы – «Разрушим невозможное». Лефлер видела, сколько вещей пред- ставляются невозможными для молодежи, с которой она работала, – от избавления от наси- лия до поступления в колледж. «Вы достигаете того, что всегда казалось невозможным, и перед вами открывается весь мир», – сказала она мне.
Больше всего в Sole Train потрясает подход к тому, как ребята достигают невозмож- ного. Все здесь держится на общности и взаимной поддержке. Цель каждого бегуна – не просто завершить забег, но и помочь каждому члену Sole Train дойти до финиша. (В тот день,
когда я присутствовала на забеге, подростки уговаривали бежать даже меня, невзирая на то что видели меня первый раз в жизни и я не была одета соответствующим образом.) «Если вы хотите чего-то добиться, подняться на новую ступень, – ставьте перед собой цели, – говорит
Лефлер. – Но ни в коем случае не за счет других». Соревнование для этих ребят – не главная цель; процесс тренировок превращается здесь в движение к цели, выходящей за пределы личных достижений.
Я видела, как такой образ мышления работает на практике, когда перед забегом спортс- мены Sole Train собрались в круг. Один из подростков проводил в группе разминку, вклю- чавшую упражнения йоги. Когда наступило время выходить на дистанцию, они собрались в более тесный круг, обняв друг друга за плечи. Лефлер дала им несколько советов по поводу предстоящего забега. После этого каждый из ребят по очереди высказался о том, что он хочет дать команде и что хотел бы получить от нее. «Я хочу передать всем свое упорство, – сказал один. – А мне нужно, чтобы кто-то бежал всю дорогу рядом со мной». Другая девушка ска- зала, что готова громко и радостно поддерживать всех и хочет, чтобы кто-то веселый помо- гал ей добежать, если она устанет. Еще один отметил, что у него есть скорость и ему было бы приятно быть тем, которого будут стремиться обогнать.
Молодые люди поддерживают друг друга и своих взрослых наставников, «старые души». Многие из этих наставников раньше никогда не участвовали в соревнованиях по бегу и находятся не в такой хорошей форме, как молодежь. Во время тренировок или соревно- ваний им нужно не меньше поддержки, чем юным участникам. Один из наставников, Нейт
Харрис, говорит, что в Sole Train все учат всех и это очень важная составляющая программы.
Юристы и врачи бегут рядом с подростками. На дистанции, одетые в майки и шорты, все они – просто люди, старающиеся дойти до финиша. Лефлер говорит, что эта часть про-

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
104
граммы – уравнивание молодежи из группы риска с лидерами сообщества – самое значимое терапевтическое вмешательство, которое она когда-либо видела.
Верность подхода, принятого в Sole Train, – стимулирование личных возможностей через чувства причастности сообществу – подтверждается исследованиями. Студенты, кото- рые ощущают, что всегда могут рассчитывать на поддержку и являются частью чего-то боль- шего, чаще верят в то, что могут развить свои способности благодаря усердному труду. В
свою очередь, это помогает им поддерживать заинтересованность в достижении сложных целей и не сдаваться. Для многих юных участников программа Sole Train служит доказатель- ством их собственных возможностей. Одна из девушек развешивает номера со всех забе- гов, в которых она участвовала, над кроватью, чтобы каждый день, просыпаясь, видеть их и получать заряд бодрости и веры в себя.
После того как все участники завершили пятимильный забег, Лефлер собрала всех вме- сте для заключительного круга. Они снова обняли друг друга за плечи и стали делиться чув- ствами. «У меня болят ноги, но мне нравится то, что я ощущаю сейчас», – отметил один из подростков. «Я счастлив, что дошел до финиша, – что мы дошли», – сказал другой. Один из взрослых бегунов признался: «Мне очень повезло находиться среди таких замечательных людей». Все комментарии, которые можно было услышать в этом кругу, отражали мента- литет общности. В заключение Лефлер поблагодарила всю команду. «Надеюсь, теперь вы увидели, на что способны, – сказала она, – и какие возможности дает каждому поддержка такой замечательной команды».
Больше всего в то утро меня поразило полное отсутствие цинизма в этих подростках.
Они всем сердцем отдавались ритуалам укрепления общности. Также я не могла не заме- тить, насколько они напоминают мне моих лучших студентов из Стэнфорда. В них были стремление к лидерству, доброта и самодисциплина. Они уверенно общались со взрослыми наставниками. Мне хотелось провести с ними побольше времени и лучше узнать каждого.
Поразительно, но многие из бегунов Sole Train – ученики бостонской школы «послед- ней надежды», где 90 % учащихся имеют диагноз посттравматического стрессового рас- стройства. До вступления в Sole Train мало кто из них приходил на занятия трезвым. А
сейчас они встречаются для пробежки в семь утра. В обстановке, где их сильные стороны признаются и ценятся, они получили возможность раскрыться и достичь успеха.
Мысли напоследок
Однажды вечером, перед лекцией, я нашла на своей кафедре газету. Один из студентов принес мне статью под названием «Стресс заразен», опубликованную в одном из местных изданий. В статье говорилось, что стресс «не менее заразен, чем любая инфекция», и его вли- яние сравнивалось с пассивным курением
[167]
. Один эксперт сообщал об исследовании, кото- рое показало, что у людей возникает стрессовая реакция, когда они наблюдают за чужими страданиями. «Просто удивительно, как легко передается стресс», – говорил он. Другой спе- циалист убеждал людей не быть «переносчиками стресса». Потом я нашла в Интернете еще одну статью, где упоминалось о том же самом исследовании. Статья называлась «Убивает ли вас пассивный стресс?».
Меня поразило, как эти статьи создают ощущение неизбежной угрозы: вы можете
«подхватить» стресс где угодно в любой момент.
Когда я зачитала отрывок из статьи моим ученикам и спросила их, какой из этого сле- дует практический вывод, первый ответ был: «Нужно изолироваться от всех». Потом: «Если вы испытываете стресс, держите его в себе. Не делитесь ни с кем своими переживаниями».
В общем, все уловили основную идею: нужно держаться подальше от тех, кто испытывает

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
105
страдания. Нельзя допустить «заражения». И не стоит быть обузой для других, делясь с ними своими переживаниями.
Из всех историй на тему «стресс убивает», с которыми я сталкивалась в СМИ, эта огор- чила меня больше других. Потому что, если следовать стратегиям, которые мои студенты извлекли из нее, вы окажетесь отделены от двух крайне важных источников силы: знания,
что вы не одиноки в своих страданиях, и возможности помогать другим.
Социальной природы стресса не стоит бояться. Принимая подход заботы и дружбы, вы можете получить преимущества даже от «заразного» стресса. Как мы видели, забота порож- дает стойкость в любом случае: если ваш альтруизм является реакцией на ваши страдания или естественным ответом на чужую боль. Сочувствие в качестве стрессовой реакции на страдания другого человека может мотивировать к помощи, что, в свою очередь, улучшает ваше собственное состояние
[168]
. Более того, мы не должны бояться показывать окружаю- щим наши трудности – особенно если нуждаемся в поддержке. Способность быть откровен- ными – это подарок, потому что спасает людей от одиночества и дает возможность испытать преимущества заботы и дружбы.

К. Макгонигал. «Хороший стресс как способ стать сильнее и лучше»
106
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   18

перейти в каталог файлов
связь с админом