Главная страница
qrcode

Док.3 Серебряная вода. Метод Таранова. Л. Таранов, И. Филиппова серебряная вода


НазваниеЛ. Таранов, И. Филиппова серебряная вода
АнкорДок.3 Серебряная вода. Метод Таранова.pdf
Дата22.04.2019
Размер1.02 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаDok_3_Serebryanaya_voda_Metod_Taranova.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#46186
страница1 из 10
Каталог
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10
1
2
Л. Таранов, И. Филиппова
СЕРЕБРЯНАЯ ВОДА:
МЕТОД ТАРАНОВА
ОГЛАВЛЕНИЕ
ПРЕДИСЛОВИЕ
5
Глава 1.
ОДНАЖДЫ Я ВЫНУЖДЕН БЫЛ СТАТЬ ЦЕЛИТЕЛЕМ
7
Как это было
9
Первые неудачи и разочарования
11
Борьба за жизнь и истину: появилась надежда
14
Меланома поддалась и в этом случае
21
Я спас своего внука
25
«Я Вас не узнаю…»
27
Предоставили спокойно доживать
29
«Как здорово помогла химиотерапия!»
34
«Жираф большой — ему видней…»
39
Самое лучшее — ранняя диагностика
41
Глава 2. ПОЧЕМУ СЕРЕБРО ЛЕЧИТ
43
Легенды и быль о серебре
44
Механизм лечебного действия серебряной воды
53
Не всякое серебро полезно для здоровья
54
Глава 3.
3
ПРИМЕНЕНИЕ СЕРЕБРЯНОЙ ВОДЫ: ПРИМЕРЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ
59
На пути к пятой операции
62
Спас от инвалидности
63
Преднизолон оказался не нужен
64
Когда медицина бессильна помочь…
71
Стригущий лишай — очень простое лечение
73
Серебряные тампоны — лучшее средство
75
Пародонтоз тоже отступает
78
Серебряная вода против сепсиса
80
К счастью, ни пятен, ни шрамов не осталось
83
Серебряная вода при желудочно-кишечных забо-леваниях
85
Серебряная вода помогает при гастритах и язве
87
При отравлении — пейте серебряную воду!
92
Серебряная вода — природный антибиотик
95
Серебряная вода и профилактика заболеваний у детей
98
Серебряная вода и женские заболевания
100
Доброкачественные опухоли тоже излечиваются
101
Шиитаке — «эликсир жизни»
104
Противоопухолевое действие грибов шиитаке
107
Мейтаке — гриб японских гейш
112
Рекомендации по применению серебр. воды «35-аргентум плюс» 118
Наружное применение серебряной воды
120
Применение питьевых серебряных растворов
122
4
Приготовление и хранение растворов серебряной воды
124
Глава 4.
СЕРЕБРЯНАЯ ВОДА И ИОНОФОРЕЗ — ПРОТИВ МНОГИХ ЗАБОЛЕВАНИЙ 126
Диабет
127
Диабетическая ангиопатия
130
Остеомиелит
133
Гангрена
137
Респираторные заболевания
144
Артрозы, заболевания позвоночника
144
Болезни желудочного-кишечного тракта, почек и печени
148
Кожные заболевания
149
Женские проблемы
150
Приложение 1.
КАК ЛЕЧИТ РАК ОФИЦИАЛЬНАЯ МЕДИЦИНА
151
Приложение 2.
РАСТЕНИЯ ПРОТИВ ВСЕХ ВИДОВ ОПУХОЛЕЙ
175
Приложение 3.
ЛЕКАРСТВЕННЫЕ ТРАВЫ И СБОРЫ, ПРЕДНАЗНАЧЕННЫЕ ДЛЯ ЛЕЧЕНИЯ
ОПРЕДЕЛЕННЫХ ЗЛОКАЧЕСТВЕННЫХ ОПУХОЛЕЙ
191
И ОЧЕНЬ ГРУСТНОЕ ПОСЛЕСЛОВИЕ
213
5
Предисловие
В 1987 году девятым изданием вышла книга академика Л. А. Кульского «Серебряная вода», в которой даны рекомендации по применению электролитической серебряной воды. В книге собраны и прокомментированы рецепты многих крупнейших ученых с мировой известностью, работающих в области биологии, медицины, физики, химии, санитарии и т. д. Несмотря на чрезвычайную ценность материала, изложенного в книге Кульского, автор данного текста берет на себя смелость утверждать, что способы практического применения электролитической серебряной воды с лечебной целью освещены в книге далеко не полностью.
Используя свой, более чем пятнадцатилетний опыт работы с серебряной водой, я решил описать практические случаи ее применения, воспользовавшись любезной помощью опытного журналиста Ирины Александровны Филипповой.
Эффективность ионофореза серебром впрямую зависит от концентрации, продолжительности
6 обработки, индивидуального отклика организма пациента и от многих других факторов. В повседневной практике медицинских учреждений при проведении физиотерапии, например, в качестве электрода используется свинец. Как известно, этот металл токсичен. Поэтому процедуры с использованием свинца ограничены по времени — не более 10 минут. Но в случаях тяжелых заболеваний такие короткие обработки бесполезны.
Чтобы избежать данного ограничения и не наносить вреда от проникающего влияния свинца, в качестве электрода при ионофорезе мы используем нейтральный графит. Это дает возможность увеличивать время процедуры по показаниям. При этом мы отслеживаем «отклик» тканей органов на воздействие серебром и можем назначать оптимальные дозы и концентрацию раствора.
Не претендуя на полноту освещения вопроса, автор надеется, что описанные им случаи могут стать некоторым дополнением к сведениям, изложенным в книге академика Кульского. Автор с благодарностью примет критические замечания и советы. Если читатель найдет пользу для себя в этом материале,
7 хотя бы крайне малую, то автор сочтет, что цель достигнута и тем будет счастлив.
Глава 1
ОДНАЖДЫ Я ВЫНУЖДЕН БЫЛ СТАТЬ ЦЕЛИТЕЛЕМ
Как это нередко бывает, жизнь требует от нас незамедлительного решения проблем, подчас кажущихся непреодолимыми. Так было и со мной.
Более двадцати лет назад серьезное заболевание заставило меня искать быстрый и эффективный способ выздоровления. Речь, пожалуй, шла о жизни и смерти.
Поиски натолкнули меня на труды Кульского о серебре. А я, в силу своей профессиональной деятельности, имел дело с электричеством. Возможно, поэтому я сразу воспринял материалы по серебряному электролиту, и это определило мою дальнейшую судьбу. С тех пор я накопил огромный опыт лечения многих тяжелых заболеваний с помощью ионофореза серебряной водой. Мною была разработана и апробирована методика терапии злокачественных новообразований, эффективность которой подтвердила независимая экспертиза. Эта же
8 методика дает серьезные положительные результаты в лечении язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки, гастритов, эрозий, при заживлении ожогов и в лечении антибиотикоустойчивых инфекций: тяжелых пневмоний, остеомиелитов, сальпингитов, пиелонефритов и даже диабета!
Традиционная медицина для лечения перечисленных заболеваний использует тысячи форм разнообразных, в том числе супердорогих препаратов, которые всегда имеют целый список противопоказаний и возможных осложнений. Также широко применяется дорогостоящая и травмирующая хирургия.
Моя же методика ионофореза серебром, напротив, — безвредна и дает реальные шансы больным в тех случаях, когда традиционная медицина оказывается бессильной.
При воздействии на крупные опухоли происходит прекращение роста злокачественных клеток и постепенный их регресс. Здесь очень продуктивным был бы союз с хирургами, которые могут удалить большой первичный очаг, а мы довели бы процесс до
9 конца с помощью методики ионофореза серебром.
Это очень перспективное направление медицинской науки, активно нами разрабатываемое.
КАК ЭТО БЫЛО
К весне 1983 года я владел уже определенным опытом целителя, но о работе со злокачественными новообразованиями и не помышлял. Но Богу было угодно, чтобы я занялся вопросами подобного рода. И подарил он мне злокачественный очаг, наверное, для того, чтобы я не мог уклониться от освоения методов лечения подобных новообразований.
Опухоль возникла посередине лба над левой бровью. Она, увеличиваясь в размерах, приобретала все более темный цвет. После обращения к онкологу и проведенных анализов выяснилось, что опухоль злокачественная, а диагноз: меланома лба. Зная методы лечения рака официальной медициной, не скрою, я ощутил панический ужас. И я принял решение самостоятельно бороться за свое здоровье.
Перечитано было огромное количество литературы.
Находились отрывки каких-то соображений, но
10 законченного метода не было, а опухоль росла… Через три месяца она достигла размера половины грецкого ореха, а из верхней ее части вышел метастаз нитевидной формы. Он обогнул опухоль, направился в сторону переносицы и уже достиг ее.
Напряженнейший поиск привел меня ко вполне законченной идее, но ее предстояло еще опробовать.
Я стал обрабатывать опухоль ионофорезом с применением серебряной воды заданной концентрации. Также я добавил в раствор активированные соки лекарственных растений противоопухолевого действия. Результат первой же процедуры оказался поразительным: через день опухоль уменьшилась более чем вдвое. А после второй обработки опухоль съежилась до размера кедрового орешка. После третьей обработки, воодушевленный и успокоенный, я уже был уверен, что верный путь найден, и решил подождать и посмотреть, что будет дальше. С тех пор прошло шестнадцать лет. За это время я не делал себе ни одной обработки. Опухоль исчезла! Правда, в том месте остался едва заметный след в виде темного пятнышка 5 мм в диаметре. След этот никак себя не
11 проявляет, не вызывает дискомфорта, даже косметического, а является, как говорят строители, лишь «архитектурным излишеством». Работа была проведена без применения токсичных веществ (что практикуется в официальной онкологии), вполне щадящими средствами. Так был сделан первый шаг в борьбе с коварным недугом.
ПЕРВЫЕ НЕУДАЧИ И РАЗОЧАРОВАНИЯ
Я не афишировал этого обстоятельства, но слухи расползлись, и ко мне стали обращаться родственники больных. Многие из них прошли все возможные виды обработок, находились в состоянии тяжелейшей кахексии (полного истощения) и страдали от нечеловеческих болей. Единственное, о чем просили меня их родственники — это облегчить их страдания и помочь им, как они выражались, «по-человечески умереть»… Надо сказать, мне практически сразу же удавалось снимать боли: ведь после обработки уменьшался общий объем опухоли, значительно улучшалось общее состояние. Порою казалось, что даже исцеление очень близко. Но все же сил у
12 изнуренного недугом больного не хватало, и наступал летальный исход.
Однажды я работал с очередным больным, страдавшим раком желудка IV стадии с метастазами в печени. Пальпируя больного, я обнаружил огромную опухоль, размещенную по большой кривизне желудка и перекрывающую пищевод. Человек этот страдал не только от сильнейших болей, но и от дисфагии
(непроходимость пищи через пищевод). Пищу он мог принимать лишь жидкую и очень маленькими глотками. После нескольких обработок серебряной водой проходимость пищевода стала быстро восстанавливаться, боли в печени утихли. Появилась надежда, что больной выйдет из состояния тяжелой кахексии (полного истощения). Через месяц после начала терапии, пальпируя больного, я обнаружил, что опухоль уменьшилась более чем в два раза.
Положительный результат казался очень близким.
Но несколько дней спустя, когда я уже собирался выезжать к пациенту, раздался телефонный звонок: супруга больного сообщила, что он скончался.
Родственников больного очень удивило, что он совершенно не страдал от болей. Сообщение о
13 кончине больного было для меня неожиданностью: ведь он вроде бы сносно себя чувствовал.
Задумавшись над тем, что же произошло, я пришел к выводу, что у больного в IV стадии уже нет резервов и запаса сил, чтобы вывести из организма весь объем опухоли. Именно это подтверждал весь мой опыт работы с такими тяжелыми больными.
Невольно возникла мечта: «вот если бы поработать в сотрудничестве с хирургом-онкологом — он удалил бы основную опухоль, а я — метастазы, и даже бесперспективный больной был бы полностью реабилитирован». Осуществись эта моя мечта, и, вероятно, могло бы возникнуть новое направление в онкологии. Я бы назвал его «реабилитация обреченных». Ведь существует масса больных, хотя и в
IV стадии, но еще операбельных. Вот их-то и можно было бы вернуть к нормальной жизни, применив совместные методы лечения. А сейчас таких больных, даже операбельных, считают бесперспективными и операцию не проводят.
14
БОРЬБА ЗА ЖИЗНЬ И ИСТИНУ: ПОЯВИЛАСЬ НАДЕЖДА
Много лет я вынашивал мечту о реабилитации обреченных, но хирурги-онкологи не только не соглашались работать со мной, они не воспринимали саму мысль о возможности лечения рака ионофорезом серебра. Фактов, подтверждающих правильность этой идеи, у меня не было, и даже самому себе я не мог доказать, что мысль верна.
В августе 1993 года ко мне обратилась дочь онкологической больной с просьбой о помощи и рассказала следующее. Ранней весной ее мать перенесла микроинсульт. Позднее, при детальном обследовании, у ее матери был обнаружен рак желудка IV стадии. Никто из хирургов-онкологов не брался оперировать больную. Но в конце июня дочери все же удалось уговорить знакомого профессора.
Закончив операцию, расстроенный хирург произнес:
«Это самая неудачная операция в моей жизни, летальный исход — не позднее октября…» Такое заключение профессор вынужден был сделать потому, что во многих органах оставались метастазы: в печени, в поджелудочной железе, матке и в паховом лимфатическом узле.
15
После операции больную поместили в реанимацию, поставили капельницу. Медсестра допустила оплошность, в результате в вену пошел воздух, и у пациентки началась эмболия. Больную долго коробило, после чего она потеряла сознание.
Обычно подобная ситуация кончается летальным исходом, и именно такого финала все ждали… Но на третьи сутки больная пришла в сознание. При осмотре у нее были обнаружены пролежни. Начали лечить новую болячку. В результате месячной терапии лечащий врач сообщил, что летальный исход наступит не в октябре, как предсказывал профессор, а значительно раньше — и не от метастазов, а от пролежней. Именно после этого заключения дочь больной и обратилась ко мне за помощью.
Пациентка лежала в Первой городской больнице.
Сиделками у нее были профессиональные хирургические медсестры, которых наняла дочь. Она прекрасно водила машину, и мы договорились, что она будет возить меня с дачи, где я тогда жил, — к матери на проведение ежедневных процедур. Работа над таким большим пролежнем меня как специалиста, конечно, интересовала, но в первую очередь меня
16 волновали оставшиеся метастазы. Сложилась как раз такая ситуация, о какой я мечтал несколько лет: основную опухоль удалил хирург, остались лишь многочисленные метастазы, от которых я и взялся избавить больную. Появилась возможность доказать, что идея реабилитации обреченных — реальна. Но в данном случае пролежень был так велик, что действительно представлял угрозу для жизни больной.
Поэтому лечение пришлось начать именно с него.
По дороге в больницу дочь пациентки сказала мне:
«Лечащий врач считает, что заживление уже началось». Но при первом же осмотре тяжкая картина открылась мне: огромный очаг поражения, набитый тампонами, издавал зловоние. Края раны были рыхлыми и расплывающимися, в диаметре — около
18 см. На мой вопрос к медсестрам: «какова глубина поражения?» — одна, сложив вместе два кулачка, сказала: «они войдут», другая уточнила: «пол-литровая банка войдет»… Пришлось огорчить дочь больной тем, что заживлением здесь и не пахнет.
Не могу сказать, что первая встреча с персоналом больницы была радушной. Косые взгляды и саркастические усмешки то и дело появлялись на
17 лицах медсестер. Кроме персонала, там находились еще и сестры милосердия от церкви. Их поведение по отношению ко мне оказалось вообще недоброжелательным. Как только я начал обработку пролежней, дверь палаты приоткрылась, и пожилая сестра милосердия вызвала дочь больной в коридор для беседы. Вернувшись, женщина рассказала мне, что сестру интересовало, не экстрасенс ли я. «А то смотри, ведь мама православная», — напомнила она.
Несколько минут спустя дверь опять распахнулась, и, вызывающе вышагивая, появилась уже другая — молодая сестра милосердия. Она остановилась напротив меня и, подбоченившись, спросила: «Что, эксперимент проводим над больной?». Я ответил, что больная не кролик, чтобы над нею экспериментировать, что идет нормальный рабочий процесс лечения. «Ну и на что Вы рассчитываете?» — последовал вопрос. «Естественно, на исцеление», — ответил я. «Ну и каков процент вероятности?» — продолжала сестра. «Сто процентов», — ответил я.
«Ну, а как насчет метастазов?» — спросила сестра. Я сказал, что метастазы будут обезврежены. «Ха-ха-ха.
Это уже интересно! Ну, что же, посмотрим…» — услышал я в ответ…
18
Так прошел первый день осуществления моей мечты о совместной работе и сотрудничестве с официальной клиникой. И случилось это 10 августа
1993 года.
При следующем посещении моей больной я встретил совершенно другое к себе отношение. Я был удивлен чуткостью и вниманием, и никаких косых взглядов и саркастических ухмылок! Сначала я ничего не мог понять. При осмотре больной все стало ясно: даже после первой обработки все в корне изменилось.
Края раны уплотнились и округлились. Рана будто говорила: «Я заживаю!». Стало ясно, что персонал поверил мне, поэтому изменилось и их отношение ко мне.
Я подозвал дочь больной и спросил, видит ли она разницу между предыдущим состоянием и нынешним.
Она согласилась, что вот теперь видно — рана действительно начала заживать. К 20 августа состояние пролежня улучшилось настолько, что, не прекращая работы над ним, я решил наконец заняться метастазами. В этот день людей прямо-таки прорвало с откровениями: и сын больной, и медсестры признавались, что не верили, что у меня что-нибудь
19 получится. Старшая из медсестер сказала дочери пациентки: «Я двадцать четыре года работаю в хирургии, но чтобы такая рана так быстро зарастала, не видела ни разу».
Дочь больной оказалась очень любознательной. Ее до мельчайших подробностей интересовало, как пойдет процесс обезвреживания метастазов. Я подробно все рассказал. Внимательно меня выслушав, она сказала: «Вы очень понятно все объяснили, и я
Вам верю, но в сознании это не укладывается».
Работа над метастазами заняла 40 календарных дней — процедуры проводились через день.
Метастазы исчезли к 3 октября. Но пролежень окончательно закрылся только 26 декабря, то есть через 4,5 месяца после начала лечения. Когда я сообщил дочери больной, что работа над метастазами завершена, она попросила сделать рентгеновский снимок, по результатам которого специалисты дали заключение: «обнаружено затемнение непонятного происхождения». Но на этом дочь не успокоилась и пригласила знакомого экстрасенса продиагностировать маму. О том, что я работал с ней, не было сказано ни слова. После осмотра больной
20 экстрасенс рассказал, что он увидел: «Больная была оперирована по поводу рака желудка IV стадии, метастазы оставлены в печени, поджелудочной железе, но, что странно, они высушены и нежизнеспособны». Вот этим его сообщением я был просто шокирован. Ведь об этом знал только я. Даже рентгенологи не могли правильно сформулировать клиническую картину.
Продолжив, он сообщил дочери, что у больной очень плохое состояние сосудов мозга, и что из-за этого летальный исход может наступить в любой момент. При этом он добавил, что у пациентки очень сильный Ангел-хранитель, и благодаря ему она может еще протянуть в таком состоянии в лучшем случае до марта (1994 года). А разговор этот состоялся в октябре
1993 года. Надо сказать, он ошибся на 4 дня. Больная скончалась 4 апреля 1994 года от эмболии мозга.
Несмотря на печальный конец этой истории, работа с пациенткой состоялась, и ее результаты позволили доказать, что мысль о реабилитации онкологических больных в IV стадии, в случае их операбельности — верна. Правда, доказал я это тогда только себе.
21
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

перейти в каталог файлов


связь с админом