Главная страница

Лучшие известия из биографии Ибн Теймийи


Скачать 0.61 Mb.
НазваниеЛучшие известия из биографии Ибн Теймийи
АнкорBiografiya_ibn_Teimiyi.pdf
Дата10.05.2018
Размер0.61 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаBiografiya_ibn_Teimiyi.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#40061
страница2 из 4
Каталог

С этим файлом связано 42066 файл(ов). Среди них: и ещё 42056 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4
"Кому Аллах не даровал света, тому не будет света".
Сура ан-Нур 40 аят.
И именно поэтому я сосредоточил всё своё внимание, на то, чтоб написать об
Основах Религии, это и явилось причиной того, что я собрал все их
подобным убеждениям. См. "аль-Милал ван-Нихаль" (1/103) Аш-Шахрастани и "Макалят аль-
Исламийин" (стр. 221, 491, 518, 521, и 564). Аль-Ашари.
28
Последователи аль-Касима бин Рауанда. Они верят что Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, назначил аль-Аббаса бин Абдуль-Мутталиба своим приемником, и что мусульмане все вышли из Ислама, когда помешали аль-Аббасу стать лидером. Их последующее убеждение было то, что право руководства принадлежит только тем, кто произошел от аль-
Аббаса, и что Махди будет из его семьи.
29
Они были последователи Абдуллаха бин Саида бин Кулляба аль-Каттани, одного из мутукаллима, который жил во времена аль-Мамуна, и умер в 240 году хиджры. Он подтверждал семь Атрибутов Аллаха: Знания, Власть, Волю, Жизнь, Слух, Зрение и Речь, и отрицал остальные. Один из его последователей был Абу аль-Хасан аль-Ашари, который позже отказался от этих убеждений в пользу убеждений Ахмада бин Хамбаля, тогда как в настоящее время Ашариты походят на прежних куллябитов. См. "Лисна аль-Мизан" (3/290).
14

утверждения и ответил им тем, чем наделил меня Аллах из Шариатских и
логических аргументов".
Во всем, что он написал, он выявлял правду отделяя её ото лжи, Аллах помогал ему распознавать их нововведения, ошибочные мнения, измышления, и с доказательствами из текстов и логическими обоснованиями опровергать их.
Он это делал до тех пор, пока не отвечал на каждое их сомнение с такой ясностью, что каждый, у кого есть разум, мог понять и согласиться с тем, что он прав.
Хвала Аллаху, который благословил нас и дал нам шанс видеть и быть знакомым с ним. Аллах сделал его доводом - "Худжатом" для людей его эпохи, многие из которых, к сожалению, были заняты мирскими удовольствиями, вместо того, чтоб думать о Вечности, и нет силы и мощи ни у кого, кроме
Аллаха.
Как бы то ни было, Аллах – Великий и Могущий обещал сохранить Свою
Религию до конца времен, и чтоб она преобладала над другими религиями.
Поэтому, хвала Аллаху, Господу миров.
15

Его поклонение
Что касается его поклонения, то мало мы слышали чтоб, кто-то был ему в этом равным. Он проводил всё своё время поглощённый поклонением, и он не позволял никому и ничему, будь то семья или имущество, отвлекать его от
Аллаха.
По ночам он уходил от всех, уединяясь со своим Господом, оттачивая до совершенства чтение Священного Корана, читая смиренно и повторяя различные виды дневных и ночных поклонений.
Когда же ночь заканчивалась, он присоединялся к людям для совершения утренней молитвы "аль-Фаджр", выполняя дополнительную молитву перед тем, как встретиться с ними. Когда же начинал совершать молитву, то сердце каждого охватывал страх и смирение, от того, как он произносил первый такбир
- "Аллаху Акбар".
Когда он начинал молитву, его конечности тряслись, двигая его влево и вправо.
Когда он читал Коран, он удлинял своё чтение так, как это достоверно было передано о чтении Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Его земные и поясные поклоны и как он выпрямлялся, были самыми совершенными из того, что когда-либо передавалось касательно обязательной молитвы.
Он иногда облегчал свое сидение в первом "ташаххуде" и произносил первый салам вслух так, чтоб все присутствующие могли слышать.
Когда он заканчивал свою молитву, он и все присутствующие восхваляли
Аллаха так, как это было передано: «О Аллах, Ты – Мир и от Тебя Мир.
Благословен Ты, О обладатель Славы и Величия» и затем он поворачивался к собравшимся, повторял переданный "тахлиль"
30
, также 33 раза "тасбих"
31
,
"тахмид"
32
и "такбир"
33
, и заканчивал сотню "тахлилем", как это было передано. И собравшиеся делали также, как поступал он.
После этого он обращался к Аллаху за себя и мусульман различными молитвами, и чаще всего он читал: «О Аллах! Окажи помощь нам, а не против
нас. Замышляй для нас, а не против нас. Направь нас руководством Своим и
сделай руководство легким для нас. О Аллах, сделай нас благодарными Тебе,
зависящими от Тебя и поминающими Тебя, любящими Тебя, боящимися Тебя и
покорными Тебе. О наш Господь! Прими наше покаяние, смой наши грехи и
укрепи слова наши в устах наших. Направь наши сердца, и удали всю злобу из
нашей груди». Он начинал и заканчивал свое обращение мольбой за Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, а затем продолжал совершать "зикр".
Было общеизвестно, что он никогда и ни с кем без необходимости не разговаривал после утренней молитвы. Он оставался в состоянии "зикра"
Аллаху, произнося его не громко, так чтоб слышно было самому себе. И только
30
Слова «Ля иляха илля Ллах».
31
Слова «СубханАллах».
32
Слова «Альхамдулиллях».
33
Слова «Аллах Акбар».
16
тот кто сидел рядом с ним мог услышать его "зикр", во время которого он постоянно обращал свои глаза к небу. Шейх оставался в таком положении до тех пор, пока солнце не поднималось и пока не подходило время, в которое запрещается молиться.
Во время моего пребывания в Дамаске, я проводил некоторые из дней и большинство ночей вместе с ним. Он приближал меня так, чтоб я сидел рядом с ним. Я слушал, что он читает и повторяет из "зикров", и я замечал, что он снова и снова повторял суру "аль-Фатиха", и проводил все свое время от рассвета до восхода солнца, делая это.
Я размышлял над тем, почему он читает именно это суру Корана, выделяя её из других? И вдруг мне стало ясно, а Аллах знает лучше, что он, читая её, видимо желал совместить то, что пришло в хадисах и что упоминали Ученые, о том, что желательней; предпочтение чтения "зикров" пришедших из Сунны над чтением
Корана, или наоборот? Он же, по-видимому, считал, что повторяя суру "аль-
Фатиха"
34
, он сочетает оба мнения и получает пользу от обоих действий, и это было по причине его больших познаний и глубокой проницательности.
После этого он совершал молитву "ад-Духа" и если желал послушать Хадис в другом месте, то отправлялся туда вместе с теми, кто оказывался рядом с ним в тот момент. И часто бывало, что обладающие знанием при встрече с ним целовал его руку, и даже самый занятой из торговцев мог оставить свои дела и подойти поприветствовать его, ища этим благодати – "бараката"
35
. И вместе с тем, он каждому из них уделял должное внимание, приветствовал и т.п.
Если по дороге он видел что-то порицаемое, то устранял это
36
, а если он слышал, что в каком-то месте идут похороны, он устремлялся туда, чтоб совершить молитву или извиниться, если пропустил. Иногда после того, как заканчивал слушать Хадисы, он посещал могилы усопших и молился за них.
После этого он возвращался в свою мечеть, где оставался, чтоб давать людям фетвы или помогать им в нуждах и это длилось, пока не наступало время коллективной полуденной молитвы "аз-Зухр". Затем проводил остаток дня в тех же делах и заботах.
Его занятия могли посещать обычные люди: стар и млад, бедняк и богач, раб и свободный, мужчины и женщины. И он покорял каждого, кто проходил мимо него, и у каждого было ощущение, что Ибн Теймийя обращался с ними лучше, чем с кем-либо ещё.
34
Т.к. в этой Суре собраны и Хвала Аллаху и мольба к Нему, Свят Он и Велик. От редактора.
35
Т.е. они искали благодати от его хорошей компании и знаний, а не в том смысле, что он по своей сути являлся источником благодати. Благодати от его мольбы за них, благодати от
Аллаха, потому что именно Он Единственный Податель благодати. От редактора.
36
Он и несколько его товарищей однажды отправились, чтоб разрушить винные лавки. Они разбили всю посуду, разлили вино и делали увещевания некоторым выпивающим, которые там находились. Также однажды он разрушил столб в мечети Дамаска, от которого люди обычно искали благоволения. См. ‘аль-Бидайа ва ан-Нихайа’ (13/34 и 14/122-123).
17

Затем в конце дня, он совершал вечернюю молитву "аль-Магриб" и дополнительные молитвы, насколько облегчал ему это Аллах. Затем я или кто- нибудь еще, читали ему его книги, он же дополнял это все интереснейшими пользами, а так же остроумными и поучительными историями, пока не наступало время молитвы "аль-Иша", после которой продолжали начатое, изучая различные области знаний. Уроки продолжались, пока не проходила большая часть ночи.
И все свое время дня или ночи Шейх Ибн Теймийя не прекращал поминать
Аллаха, поминая Его Единство и просил у Него прощения. Он постоянно поднимал свой взор к небу и не прекращал делать это, словно он видел что-то там, что приковывало его взор.
Таковым было его обычное состояние, за все время моего присутствия рядом с ним.
Субхана-Ллах! как скоротечны были те дни! Ах если б это длилось дольше!
Клянусь Аллахом, по сей дней не было в моей жизни моментов более любимых, чем то время, что я провел рядом с ним! И я никогда не пребывал в лучшем положении, чем в те времена, и все это было только лишь по причине
"бараката" Шейха, да будет доволен им Аллах.
Каждую неделю он навещал больных, особенно тех, что находились в больнице.
И многие из тех, чье доверие не вызывает сомнения, говорили мне, что все свою жизнь Шейх провел так, как я видел и описал выше.
Так скажите же мне, какое поклонение и джихад может быть лучше этого!?
18

Его набожность
37
Шейх аль-Ислам Ибн Теймийя, да будет доволен им Аллах, был примером высшего проявления набожности, поскольку Аллах сделал так, что он всю свою жизнь провел в таком состоянии. Он никогда не поддерживал отношения с людьми для совершения покупок, продаж или сделок; в интересах торговли или сотрудничества; для решения вопросов земледелия или имущественных вопросов. Он не искал богатства, и не принимал подарков и предложений от правителей
38
, руководителей или богатых торговцев. Он никогда не копил деньги, не запасался едой и одеждой.
Только одна вещь по настоящему занимала его в жизни, и только одну вещь он оставил после своей смерти – это было Знание в следование за господином посланников и печатью всех пророков, Пророком Мухаммадом, да благословит его Аллах и приветствует, который сказал: "Поистине, ученые – наследники
Пророков, и Пророки не оставили после себя динара или дирхама. Напротив,
они оставили знание, и кто возьмет его – тот преуспеет".
39
Он воодушевлял разумных людей вокруг него - в самой приятной и лаконичной манере, выбирать путь Пророков, следовать по их стопам, даже если следование более легкому пути, не отказываясь от "мубаха",
40
формально было возможным.
Однако по настоящему умен тот, чей разум указывает на выбор наивысшей доли.
Посмотрите же, как Аллах помогал Имаму избегать всего ненужного в жизни. Он был охвачен своей любовью к Аллаху, и как результат ему были дарованы превосходство и все добродетели, которые не были дарованы ученым, пекущимся об этом мире, которые выбрали его, стремились и гнались за ним.
Когда они выбирали прелести этого мира, то закрывали для себя путь руководства, и как результат, запутались. Они уподобились ночным собирателям дров, которые не разбирают, что едят и не придают значения что носят.
Они даже не помышляют, какие плоды принесут их злые и унизительные помыслы и цели. Они соревнуются из-за них, завидуют друг другу. Тела их наполнены, а сердца их пусты. Они чрезмерно заботятся о внешнем виде, в то время как их сердца чернеют и разлагаются. Им никогда не будет чего-то достаточно, и это довело их до того, что они стали врагами тому, кто отрицает и ненавидит подобный образ жизни.
37
Арабское слово (عرو), означает оставление тех мирских дел, которые возможно могут принести вред в будущей жизни, или минимум отвлечь от более полезных дел. В русском языке это можно выразить словом набожность. От редактора.
38
В его биографиях упоминается, что если правители посылали ему деньги и имущество, то он сразу же все раздавал для нуждающихся, ничего ни оставляя себе. От редактора.
39
Это часть хадиса, который приводит Имам Ахмад в "Муснаде", а так же Имам Муслим и авторы 4-х "Сводов Хадисов".
40
То, что в Шариате оставлено на выбор для человека, совершать это или оставить. Это не относится к запретному (хараму), нежелательному (макруху), дозволенному (халалу), желательному (мандубу).
19

Когда они увидели этого Имама, ученым Будущей жизни, видели, что он отказывался от их привычек накапливать блага этого мира, избегал сомнительного и отказывающимся от дозволенных вещей "мубаха", не говоря уже о запретном "хараме" – они поняли, что его образ жизни, подрывает их авторитет и ставит их в неудобное положение.
Здесь и охватила их ревность и неприязнь к тому, что он воплощал такие высокие духовные качества, в то время как в них не было ничего, кроме "дьявольского". Тут они и сговорились уничтожить его любыми силами, забывая, что они были лисами, в то время как он был Львом.
Аллах постоянно защищал его от них, как Он всегда это делает с Его любимыми рабами. Он защищал его всю его жизнь, и распространил его знания после его смерти по всей земле.
20

Его аскетизм
41
Если говорить об его отрешенности от этого мира и мирских удовольствий, то Аллах сделал это символом его жизни с юношеских лет.
Один заслуживающий доверия человек рассказал мне, что Шейх-учитель, который обучал Ибн Теймийю Корану, рассказывал: “Его отец обратился ко
мне, когда он был еще маленьким мальчиком: “Я бы хотел, чтобы вы
пообещали ему, что если он не будет прекращать читать и изучать Коран, я
буду давать ему сорок дирхамов каждый месяц”. И он дал мне эти 40 дирхамов
говоря: “Дайте их ему. Он молод, и может быть, это его обрадует, и
увеличить старание в запоминании и изучении Корана. Скажите, что вы
будете ему давать их каждый месяц”. Однако Ибн Теймийя отказался принять
их, сказав: “О учитель, я обещал Аллаху, что никогда не буду брать плату за
Коран”. И он действительно никогда не брал их. Я подумал про себя, что такое
не может исходить от ребенка, если только Аллах не хранит и не помогает
ему”.
Правду говорил его учитель, именно защита и помощь Аллаха для него с детства, привели его ко всем благам в его жизни. Все, кто хоть раз встречался с ним, особенно те, кто сопровождали его продолжительный период времени - соглашались, что они никогда не видели никого подобного ему в отрешенности от всего мирского (аскетизме). В сердцах каждого, кто слышал о его качествах, он стал известен этим повсеместно.
В действительности, если бы вы спросили обычного человека, который не был близко знаком с Шейхом - кто тот человек, который олицетворяет истинный аскетизм в наши времена и является сильнейшим в отречении от излишнего в этой мире и самым приверженным в стремлении к Будущей жизни, то он бы ответил - я не знаю никого, подобного Ибн Теймийи, да помилует его Аллах.
Он стал известен этим только по причине его искренности и по настоящему глубокому аскетизму. Много ли ученых мы видели, которые были также удовлетворены малой долей в мирском, как был доволен он?
Никогда никто не слышал, что он хотел красивую жену или обаятельную рабыню, желал хорошо построенный дом, послушных слуг, роскошные сады, верховое животное, элегантную одежду, или место лидера, и никогда он не откладывал динар или дирхам, и не видели, чтоб он устремлялся заполучить что-то из “мубаха”. Все это происходило, не смотря на тот факт, что Короли,
Правители и известные торговцы - все они подчинялись ему, прислушивались к его словам, стремились приблизиться к нему насколько возможно, открыто восхваляли его, и каждый был готов взять на себя все его финансовые нужды.
И если сравнить, то где будет он и те, кто приписывает себя к знающим, в то время как таковыми не являются, те, которые были искушены шайтаном и натравленными им на Шейха, причиняя вред словом и делом? Разве не ясно, что они смотрели на свои качества и его, на свои достоинства и его. Они видели
41
Зухд.
21
свою зависть в состязании за мирское и его полный отказ от этого, свое стремление получить как можно больше от этого бренного мира, и его стремление освободиться от него. Они были свидетелями своей рабской зависимости от правителей и постоянного нахождения у их дверей, к нему же правители прислушивались, он не был запуган их авторитетом и властью, легко говорил им правду в глаза, был невозмутим и крепок духом перед ними. Это на самом деле так, клянусь Аллахом!
Однако погубило их бритьё, но не волосы они сбрили, а свою религию. Любовь к этому бренному миру заняла все их мысли, любовь к "миру-воришке", крадущему разум, а не имущество. И привело их это к тому, что они отвернулись от каждого, кто приходил просить от них мирского, а дружить стали только с теми, кто мог помочь им приумножить его”.
22

Его альтруизм
42
, простота и скромность
Несмотря на его крайнюю отрешенность и отстранение от всего мирского и обладание лишь малой долей от этого, он, да будет доволен им Аллах, никогда не пренебрегал даже самой малой вещью, и использовал все возможности, чтоб пожертвовать этим в пользу других.
Он постоянно раздавал милостыню, доходило даже до того, что если у него нечего было отдать, он снимал с себя часть одежды и отдавал её бедняку.
Иногда он брал одну или две булки хлеба, из итак скудной части своей провизии и прятал их в рукавах, а когда мы приходили к нему чтоб послушать хадис, то замечали, как он пытался незаметно для нас дать их беднякам. Если бедняк приходил к нему и стоял с ним какое-то время, то он усаживал его и давал ему большую часть своей пищи, проявляя высочайшую степень альтруизма.
Праведный Шейх Зайну-дин Али аль-Васати
43
, который находился с Шейхом продолжительное время, рассказал мне: "Обычно мы получали пищу в начале
дня, и она состояла из куска хлеба, которая весила около половины иракского
ратля
44
. Так, он отламывал кусочек своей рукой, и мы ели его вместе. Он
отнимал руку от хлеба до того, как это делал я, и не брал оставшуюся часть,
пока я не наедался. Мне хватало этой пищи до самого вечера, и я понимал, что
это было из-за "бараката" Шейха. Затем мы оставались до последней ночной
молитвы. Шейх завершал все свои дневные занятия, помогая людям, и затем
мы ужинали. Он ел несколько кусочков со мной, и оставлял мне закончить
оставшееся. Я просил его кушать больше, но он отказывался, что огорчало
меня и заставляло переживать за то, что он так мало кушал.
Таковым было мое пребывание рядом с Шейхом. Я никогда не чувствовал себя
более довольным и удовлетворенным, чем в те времена, и никогда я не был
более отрешенным от мирского, чем в те времена".
Многие другие люди описывали его заботу о бедных и нуждающихся, за которую он прославился, равно как и его помощь, нуждающимся ученым и чтецам Корана. В действительности, он протягивал руку помощи каждому, кому способен был оказать хоть какое-либо добро, словом, делом, ходатайством…
И я никогда не слышал, что кто-либо был более скромным и простым, чем он.
Он был скромен и прост в отношениях со стариками и молодыми, с уважаемыми и униженными, с набожными богачами и бедняками. Он предпочитал сближаться с набожными бедняками и обращался с ними уважительно, просто, говорил им приятные слова, которые другие используют при общении с богачами. Он даже прислуживал им сам, носил их вещи, чтоб приблизиться, таким образом, к своему Высочайшему Господу.
42
Нравственный принцип, предписывающий бескорыстные действия, направленные на благо и удовлетворение интересов другого человека (других людей). Как правило, используется для обозначения способности приносить свою выгоду в жертву ради общего блага. Термин
альтруизм введён в противоположность эгоизму.
43
Шейх Зайну-дин Али ибн аль-Хасан ибн Ахмад аль-Васати аш-Шафии. Родился 654 году, был известен своим аскетизмом, совершил Хадж 60 раз, неоднократно посещал Дамаск, после чего отправлялся в Хадж.
44
Ратль – это мера веса, равная примерно одному фунту.
23

Люди, которые приходили задавать ему вопросы, никогда не видели его уставшим. Напротив, он встречал людей приветливым лицом и оставался с ними до тех пор, пока человек сам не решал уйти. И так он обращался и со стариком и молодым, мужчиной и женщиной, свободным человеком или рабом, ученым или мирянином, жителем города или бедуином.
Он не ставил их в неловкое положение, не смущал и не торопил их. Напротив, он с мягкостью и простотой отвечал на их вопросы, объяснял до тех пор, пока они не понимали ответ, что является правильным, а что нет.
Шейх проявлял простоту и скромность, и не важно находились люди рядом или отсутствовали, стояли они или сидели, шел ли он по улице, или присутствовал на собрании.
Он также был чрезмерно великодушен и скромен передо мной, когда я находился у него, что даже не обращался ко мне по имени. Вместо этого он давал мне самые лучшие прозвища. Особенно он был великодушен и с уважением относился ко мне перед моими товарищами. Он всегда, на любых своих собраниях усаживал меня рядом с собой, оказывая мне почет и уважение.
Он всегда находился рядом со мной, когда я читал Сахих аль-Бухари, несмотря на тот факт, что я намеревался прочитать его наедине. Я считал, что не достоин, читать перед людьми, и также я хотел с большей выгодой использовать свободное время, т.к. боялся что учитель, который читал его со мной, должен будет уехать, поскольку он был одним из нескольких передатчиков Сахиха аль-
Бухари, который слышал его от товарищей Абу аль-Уакта ас-Саджзи
45
И потом, когда Шейх узнал об этом, он попросил меня читать это перед большой группой людей – мужчин женщин и детей, а после сказал: "Это
следует делать только так, чтоб все мусульмане получали выгоду", и он проводил все свое время со мной, так, что я достиг желаемого и даже более всего лишь за двадцать занятий с ним.
Мы встречались каждый день, кроме Пятницы, и он был со мной на каждом занятии, держа при этом в руках свою копию, которая была сделана с оригинала рукописи Хафиза ибн Насира, и использовал, чтоб проверять меня, поскольку копия Шейха была более верной.
Его прекрасные манеры были следствием его крайней скромности. Когда мы выходили из дома чтоб читать, он сам нес книги и никому не позволял нести их, я извинялся перед ним за это из страха казаться человеком с плохими манерами.
А он говорил: "Ничего страшного я понесу. Понесу, даже если мне придется их
нести на своей голове. Ведь я же в ней ношу слова посланника Аллаха, да
благословит его Аллах и приветствует!?".
Когда я читал хадисы перед аудиторией, он сидел на полу, рядом с креслом и избегал мест в центре собрания. Из-за этого я чувствовал крайний стыд, сидя с ним, и был поражен его простотой и скромностью, а так же тем, как сильно он
45
Он был Абу аль-Уакт ‘Абд аль-Аууаль бин ‘Иса бин Шу’айб ас-Саджзи ас-Суфи. Его иснад передачи Сахиха аль-Бухари был наивысшим в его время. Умер он в Багдаде в 552 г.х. См.
"Щазарат аз-захаб" (4/166).
24
почитал меня перед всеми, в такой манере, какой я не заслуживал. И не было никаких причин, чтоб он вел себя подобным образом, кроме того, что я читал слова посланника Аллаха,да благословит его Аллах и приветствует, которые он считал священными и достойными величайшего почета из чьих уст бы они не выходили.
Эта степень скромности и щедрости было его естественным состоянием, и он вел себя подобным образом с любым, кто общался и находился рядом с ним.
Каждый, кто встречался с ним, описывал его крайнюю степень скромности и простоты, также как это описал я и даже больше.
Преславен Тот, кто даровал ему это, и пусть Он наградит Шейха за все добро, что он сделал.
25

Его внешний вид
46
и одеяния
Его внешний вид и одеяния всегда были умеренными. Он не носил экстравагантных одежд, которые могли бы привлечь внимание или в которых он бы выглядел как-то особенно. Напротив, вся его одежда и внешний вид были как у обычных людей, и он не предпочитал одну одежду другой. Он одевал то, что ему было доступно, и ел то, что было доступно, и "базаза"
47
скромность веры были очевидны на нём.
Никто никогда не видел, чтоб Шейх привлекал к себе внимание своим тюрбаном, своей одеждой, своей походкой, или тем как он стоял или сидел. Он никогда не наряжался, встречая кого-то, даже если они приезжали к нему из других земель.
Меня поразило то, что еще до того, как я познакомился с ним, мне приснился сон, в котором он и я сидели, и ели одну и ту же пищу в особой манере. И когда мы все-таки встретились, я увидел, что он ел ту самую пищу, и в той же манере, как я видел это во сне. Он усадил меня и мы ели так же, как это мне приснилось!
Я слышал от многих, что они никогда не видели и не слышали, чтоб Шейх просил еду – обед или ужин, и не важно как долго он был занят благими делами и распространением знания. Иногда ему подносили еду, к которой он не притрагивался достаточно долгое время, а когда он её замечал, то мог отведать от неё совсем небольшое количество.
Шейх никогда не упоминал о наслаждениях и прелестях этого мира, никогда не говорил и не просил их. Напротив, все его мысли и разговоры были заняты будущей жизнью и тем, что могло бы приблизить его к Всевышнему Аллаху.
Именно таким он был, и так выглядел. Мы никогда не слышали, чтоб он просил особенный вид одежды. Его родные приносили ему одежду, когда они знали, что ему надо сменить то, что он носил. Иногда он ходил в одной и той же одежде так долго, что она становилась пыльной, но он не просил никого, чтоб ему её постирали, наоборот члены его семьи спрашивали его, нужно ли ему постирать их.
Его брат
48
был одним из тех, кто заботился о его мирских нуждах, и он рассказывал мне: "Таким он был в еде, питье, одежде и всём, без чего нельзя
обойтись в этом бренном мире".
46
В "Сияр А’лям ан-Нубаля" 17/504, Имам аз-Захаби говорит: "Шейх был белокожий, его
волосы и борода были черными, седины у него было совсем немного. Волосы его спускались до
мочек ушей. Его глаза были подобны двум говорящим языкам. Был среднего роста, широкоплеч,
голос его был громкий, и он был очень красноречив, быстро читал…".
47
Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «"базаза" (скромность, изношенность, ветхость)- от веры». Передал Ибн Маджа (4118) и Абу Дауд (4161), и аль-Албани подтвердил достоверность в ‘ас-Сильсиля ас-Сахиха’ (341)
48
Абу Фарадж, Зайну-дин, Абдурахман ибн Абдул-Халим ибн Теймийя, родной брат Шейхуль-
Ислама. Он был так же уважаемым ученым, зарабатывал торговлей. Многие свидетельствовали
26

Я не видел, чтоб кто-нибудь уважал и почитал Шейха больше, чем его брат. В его присутствии он сидел так, словно на его голове была птица
49
, он уважал и почитал его, как люди уважают и почитают правителя. Нас это впечатлило, и мы сказали ему: "Обычно семья человека не обращается с ним подобно тому,
как обращаются посторонние. Обычно отношения менее формальные, а мы
видим, что вы с Шейхом, словно вы его ученик, и относитесь к нему со всем
уважением и почтением". Он ответил нам: "Я знаю о нём то, что не знает
больше никто, и поэтому я обязан обращаться с ним так, как вы это видите".
Когда же мы спросили о том, что он видел особенного
50
, он отказался отвечать нам, поскольку знал, насколько Шейху это было ненавистно. о его праведности, религиозности и благочестии. Читайте о нем в "Дурар аль-Камина" Ибн
Хаджара Аскалани, в "Бидая ва Нихая" Ибн Касира и др. От редактора.
49
Абу Бакр ибн аль-Мабари сказал: "Существует два толкования выражения "сидеть, словно на голове у него были птицы".
1   2   3   4

перейти в каталог файлов
связь с админом