Главная страница

Морфологическая структура мозга до конца еще не изучена


Скачать 40.99 Mb.
НазваниеМорфологическая структура мозга до конца еще не изучена
Анкорcirkuljacija_krovi_v_mozgu.doc
Дата23.10.2016
Размер40.99 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаcirkuljacija_krovi_v_mozgu.doc
ТипДокументы
#39
страница6 из 28
Каталог

С этим файлом связано 42066 файл(ов). Среди них: и ещё 42056 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

43

мозжечку без особого порядка, все они объединяются между собой большим количеством анастомозов, благодаря чему поверхность мозжеч­ка, так же как и поверхность полушарий большого мозга, оказывается покрытой сплошной сетью венозных сосудов. Помимо подлинного анастомозирования между собой (сосудами крупного диаметра), поверх­ностные вены мозжечка анастомозируют с венами спинного и продолгова­того мозга, с венозной сетью варолиева моста и четверохолмия, а также с венами большого мозга.

Вены, собирающие кровь с верхней поверхности мозжечка, с боко­вой поверхности ножек мозга и четверохолмия, с варолиева моста, а так-



Рнс. 23. Схема оттока венозной крови с верхней поверхности мозжечка (по Балясову).

А — поперечный синус; Б — сагиттальный синус; С — прямой синус; D — каменистый синус; G — венозный сток; О — вена Галена; 2а и Зb', 2b"—клочковые вены; За и Зb — вены, впадающие в сток; 4а, 4bи 4Ь"—ве­ны мозжечкового намета.

же и с нижней поверхности мозжечка объединяются в так называемые клочковые вены, впадающие в верхний каменистый синус (рис. 23, 2а, 2b', 2b"}.

С верхней поверхности мозжечка кровь собирается также парной или непарной венами, вливающимися в задний участок поперечного синуса (рис. 23, 4b").

В венозный сток впадают 1—2 вены, собирающие кровь с нижней поверхности мозжечка. Обычно по ходу этих вен к ним присоединяется веточка, несущая кровь с верхней поверхности (рис. 23, За, Зb).

Венозная кровь с квадратной дольки мозжечка вместе с кровью от миндалины собирается в 1—4 коротких венозных стволика, впадающих в краевой синус дорзально и латерально от продолговатого мозга (рис. 24, 7). С двубрюшной дольки и клочка венозная кровь по непар­ной или парным венам впадает в нижний каменистый синус (рис. 24, 2а, 2b). Наконец, сигмовидный синус принимает в себя венозную кровь, с миндалин мозжечка, прилежащих частей продолговатого мозга и с квадратной доли.

44

Среди данных, полученных К. Д. Балясовым, обращает внимание отсутствие впадения мозжечковых вен в затылочный и поперечные сину­сы у взрослых, тогда как у младенцев указанные синусы принимают по одной, две и даже три вены.

Вены мозжечка не имеют определенного участка впадения в синус и могут вливаться в него в самых различных местах, причем впадение их может быть или непосредственным, или после предварительного про­хождения в толще мозжечкового намета.

Венозные синусы или пазухи, располагающиеся в дупликатуре твердой мозговой оболочки, служат резервуарами, воспринимающими кровь, поступающую в них по мозговым венам.



Рис. 24. Схема оттока венозной крови с нижней поверхности мозжечка (по Балясову).

Н — краевые синусы; G — сток; F — затылочный синус; 2а и

и 2в — вены, впадающие в нижний каменистый синус; 4b"—вена,

впадающая в прямой синус; 4а и 4b' — вены намета; 7 — вена

краепого синуса.

Представляя собой непосредственное продолжение вен мозга, веноз­ные синусы в то же время резко отличаются от них по своему строению. В то время как мозговые вены имеют тонкую податливую стенку, бла­годаря чему просвет их может меняться под действием целого ряда фак­торов и в первую очередь вследствие изменения кровяного давления, стенки венозных синусов, состоящие из соединительной ткани с примесью эластических волокон, чрезвычайно плотны и мало податливы (Н. Н. Бурденко, 1927; М. Д. Злотников, 1947). Благодаря последнему обстоятельству на разрезах стенки синусов зияют.

Неподатливость стенок синусов, обеспечивающая свободное прохож­дение крови по ним, обусловливает особую роль их в механизме крово­обращения внутри черепа. Вместе с тем неспадающиеся стенки представ­ляют собой чрезвычайно неблагоприятный момент в случаях различного рода травм черепа, сопровождающихся нарушением целости сосудистой системы. Туго натянутые листки твердой мозговой оболочки, являющие­ся стенками венозных синусов и образующие одно целое с впадающими в них венами, создают большие хирургические затруднения при попыт­ках возместить дефект их стенок (Н. Н. Бурденко, 1927).

45

Подобно венам, синусы мозга обнаруживают большое разнообра­зие вариаций. Прежде всего это относится к величине просвета синуса. Известно, что для детей в первые годы жизни характерны более широкие синусы, чем это имеет место у взрослых. Нормальные свои размеры ве­нозные синусы приобретают лишь с появлением и развитием диплоэ-тических вен (М. Б. Копылов, 1948).

В литературе описаны случаи, когда просвет синусов был весьма незначителен [А. Раубер, 1919; Ф. И. Валькер, 1922]. В отдельных,



Рис. 25. Схема венозных синусов твердой мозговой оболочки

(ло Шенкину).

1 - верхний продольный синус; 2 — вена Галена; 3 — нижний продольный синус 4 — вены Троларда; 5 — внутренняя мозгоьая вена; 6 — основная вена; 7— интеркавернозный синус; 8 — пещеристый синус; 9 — крыловид­ное сплетение; 10 — основное сплетение; 11—нижний каменистый синус; 12—-верхний каменистый синус; 13 — общая лицевая вена; 14 — внутрен­няя яремная вена; 15— наружная яремная вена; 16 — правый поперечный синус; 17 — затылочный синус; 18—Torcular herophili; 19 — вена Лаббе;

20 — прямой синус.

правда, очень редких случаях наблюдается отсутствие верхнего продольного синуса. Вариации отмечаются также и в отноше­нии расположения отдельных синусов. В подавляющем большинстве-случаев верхний продольный синус (sinus longitudinalis superior; рис. 25), являющийся наиболее мощной из венозных пазух, представляет собой непарное образование, располагающееся по средней линии в верхнем крас серповидного отростка. Верхний продольный синус идет от слепого отверстия (foramen coecum) дугообразно назад и у внутрен-

46

ней затылочной бугристости (protuberantia occipitalis intema) впадает в заднюю часть поперечного синуса (sinus transversus), отклоняясь при, этом вправо или влево.

Такое смещение верхнего продольного синуса в ту или другую сто-

рону имеет место приблизительно в 50% всех случаев. Наиболее часто местом впадения его является правый поперечный синус, причем к ле­вому отходит небольшой канал. Наблюдается также деление синуса на

правую и левую ветви, продолжающиеся затем в соответствующие попе-речные синусы. В отдельных случаях можно отметить вторичное слияние правой и левой ветви синуса, в дальнейшем вновь распадающихся и сливающихся в поперечные синусы (Н. Н. Бурденко, 1927). В. Н. Шев-куненко описал редкий случай удвоения верхнего продольного синуса, причем каждая из пазух непосредственно продолжалась в поперечный^ синус своей стороны.

На поперечном разрезе верхний продольный синус имеет трехгран-ный просвет, постепенно увеличивающийся спереди назад. Особенностью уса является наличие лакун, представляющих собой расширение ду-пликатуры твердой мозговой оболочки, расположенных по краю синуса и соединяющихся с ней рядом небольших отверстий (рис. 17).

Лакуны отличаются большой вариабильностью как в отношении по­ложения, так и в отношении величины. Иногда они настолько выражены, что ведут к значительному рассасыванию костей черепа, располо­женных над ними. Помимо сообщения с продольным синусом, лакуны

соединяются с боков с менингеальными венами и с верхней стороны с диплоэтическими венами. Внутренняя нижняя стенка лакун бугриста-вследствие проникновения в нее пахионовых грануляций, представляю­щих собой разрастания паутинной оболочки.

Как уже указывалось, верхний продольный синус имеет связь со средней мозговой веной посредством вены Троларда. Второй анастомоз находится между его передним концом и венами полости носа.

Поперечные синусы, являющиеся на той или другой стороне продол­жением описанного выше синуса, собирают почти всю венозную кровь черепной полости, благодаря тому, что в них непосредственно или через, другие синусы сливается кровь из всех остальных венозных синусов.

Оба поперечных синуса, имеющие на разрезе треугольную форму с основанием, сильно выпуклым наружу, проходят по заднему краю моз-

жечкового намета от внутренней затылочной бугристости до пирамидки

височной кости, где они загибаются вниз и носят название сигмовидных (sinus sigmoideus).

Сигмовидные синусы доходят до яремного отверстия (foramen jugu-lare) и, пройдя его, переходят во внутренние яремные вены (v. jugula-ris interna).

В большинстве случаев правый поперечный синус имеет просвет бо-лее широкий, чем соответствующий синус противоположной стороны, что, как мы уже видели, совпадает с более часто наблюдающимся слиянием верхнего продольного синуса с правым поперечным синусом. Место слия--верхнего продольного синуса с поперечным, располагающееся на внутренней затылочной бугристости, в 20—25% всех случаев (М. Д. Злот-ников, 1947) образует так называемый венозный сток (sinuum confluens). В 8% (по А. Рауберу, в 4 случаях из 50) в синусный сток вливается также прямой и затылочный синус.

Прямой синус (sinus fectus; рис. 25, 20) располагается по месту. соединения большого серповидного отростка (falx cerebri) с мозжечко-вым наметом. Благодаря тому что в начальный отдел его впадает вена

47

Галена (рис. 25, 2) и нижний продольный синус (рис. 25, 3), прямой синус по существу является продолжением нижнего продольного синуса.

Наблюдения говорят, что прямой синус чаще впадает в левый по­перечный синус, чем в правый. Таким образом, левый поперечный синус является как бы продолжением прямого синуса, тогда как соответствую­щий синус правой стороны представляет собой непосредственное про­должение верхнего продольного синуса (Бейли, 1934).

Круглый на разрезе нижний продольный синус (sinus longitudinalis inferior) располагается по нижнему краю большого серповидного отроет -ка и, как уже говорилось, вливается в прямой синус.

От поперечного синуса вблизи синусного стока берет начало заты-лочный синус (sinus occipitalis; рис. 25, 17), затем разделяющийся на две так называемые краевые ветви (sinus rnarginalis), которые идут к большому затылочному отверстию, обходят его и сливаются в сигмовид­ный синус.

Ряд венозных синусов располагается на основании черепа. Вдоль малого крыла основной кости проходит парная основно-теменная пазуха (sinus sphenoparietalis). В большинстве случаев этот синус представля­ет собой достаточно мощный канал, но часто бывает выражен плохо. Так, из 300 случаев, собранных М. Б. Копыловым, борозда, являющаяся отпечатком прохождения описываемого синуса, была выражена на рент­генограммах в 194 случаях. Поскольку основно-теменной синус по своему расположению является коммуникационным путем между пазухами свода черепа и пазухами его основания, расширение его верхнего или нижнего конца М. Б. Копылов (1948) склонен рассматривать как путь, по кото­рому возможно перемещение крови как в сторону верхнего продольного синуса, так и в сторону венозных сплетений дна средней черепной ямы.

Основно-теменной синус собирает кровь из сильвиевой борозды, глазницы и мозговых оболочек и отводит ее в передний конец пещеристой пазухи или в глазничную вену.

Парная пещеристая пазуха, или sinus cavernosus (рис. 25, 8), располагается на основании черепа сбоку от турецкого седла. Описывае­мый синус получил название на основании характерного строения его, являющегося результатом наличия большого количества соединительно­тканных перегородок, разделяющих полость синуса на ряд отдельных сообщающихся между собой полостей, наподобие пещеристого тела. Боко­вые отделы синуса соединяются между собой двумя поперечными анасто­мозами, благодаря чему вокруг турецкого седла формируется замкнутое кольцо венозных резервуаров. Помимо изливающегося в него основно-теменного синуса, пещеристый синус получает кровь из верхней глазнич­ной вены, а также находится в соединении с крыловидным венозным сплетением и с верхним и нижним каменистым синусом (sinus petrosus superior et inferior; рис. 25, 11, 12). Верхний и нижний каменистые си­нусы представляют собой каналы, по которым венозная кровь из пеще­ристого синуса оттекает во внутреннюю яремную вену.

Верхние каменистые синусы берут начало в заднем отделе пеще­ристой пазухи, проходят по верхнему краю пирамидки височной кости и впадают в сигмовидный синус.

Нижние каменистые синусы, идущие по блуменбахову скату назад и вниз, впадают во внутренние яремные вены соответствующей сторо­ны. В задней черепной ямке затылочное отверстие окружено венозным кольцом, подобно венозным кольцам позвоночного канала. Это непар­ное сплетение, носящее название основного, соединяется спереди с

48

пещеристым, а по бокам с нижними каменистыми синусами. Помимо описанных связей, основное сплетение сообщается также с венозными сплетениями позвоночного канала и через затылочный синус с попереч­ной пазухой.

Отток венозной крови из синусов, заложенных в толще твердой моз­говой оболочки, осуществляется в основном парными внутренними ярем­ными венами. Каждая из них выходит из полости черепа через яремное отверстие, образуя в нем расширение, носящее название bulbus v. jugu-laris.

По выходе из яремного отверстия на уровне нижней челюсти каж­дая внутренняя яремная вена соединяется с лицевой веной своей стороны и получает название общей яремной вены (v. jugularis communis).

Однако яремные вены не являются единственным путем для оттока венозной крови из полости черепа. Перечисленные венозные синусы сое­диняются с диплоэтическими венами и с наружными венами головы по­средством диплоэтических каналов, носящих название выпускников, или эмиссариев. Так, передняя часть верхнего продольного синуса сообщает­ся с наружными венами головы посредством лобно-глазничного выпуск­ника. Тот же синус в теменной области сообщается с венами покровов головы через теменной выпускник. В затылочной области выпускники осуществляют связь поперечного синуса вблизи от венозного стока с затылочными венами покровов головы.

Эмиссарий находится также у места соединения верхнего камени­стого синуса с поперечным и т. д. Помимо перечисленных больших и постоянных выпускников, различают ряд более мелких и менее посто­янных.

Нужно отметить, что сообщение резервуаров венозной крови, рас­полагающихся внутри черепа, с наружными венами имеет место также и на основании черепа, где связующие вены проходят через все от-зерстия основания черепа.

Выпускники большей частью располагаются в местах перекреста швов костей черепа, представляющих собой заросшие участки роднич­ков, или в участках соединения частей той или другой кости, происхо­дившего в эмбриональной жизни. Роль выпускников как вспомогатель­ных путей оттока венозной крови с особой отчетливостью выступает при повышенном внутричерепном давлении, когда выпускники становят­ся резко выраженными.

Г л а в а II

РАЗВИТИЕ АРТЕРИАЛЬНОЙ СЕТИ В МЯГКОЙ МОЗГОВОЙ ОБОЛОЧКЕ ПОЛУШАРИЙ ГОЛОВНОГО МОЗГА

Источником кровоснабжения мозгового вещества является артери­альная сеть мягкой мозговой оболочки. От сосудов этой сети отходят так называемые радиальные артерии, погружающиеся в мозг и доста­вляющие нервной ткани кислород и питательные вещества.

Известно, что нарушение нормального кровообращения в мозгу при закупорке одной из артерий, питающих мозговое вещество, в большин­стве случаев сопровождается размягчением нервной ткани в бассейне выключенного сосуда. Размер и форма некротического участка мозга указывают на то, что мозговые артерии известным образом обособлены друг от друга и вместе со снабжаемой ими областью представляют собой функциональное целое.

Настоятельное требование клиники, дать анатомическое объяснение мозгового инфаркта, и явилось поводом для изучения тонкого строения артериальной сети мягкой мозговой оболочки и мозгового вещества.

В настоящей главе мы рассмотрим существующие литературные данные и фактический материал, полученный в нашей лаборатории, о строении только артериальной сети мягкой мозговой оболочки.

Одной из первых попыток в этом направлении надо считать работу Дюре, предпринявшего в 1874 г. систематическое исследование строения сосудистой сети мозга на довольно большом материале. Этот материал состоял из налитых желатиной, окрашенной кармином, мозгов плодов, начиная с 3 месяцев внутриутробной жизни, и мозгов взрослого чело­века.

Исследуя мягкую мозговую оболочку плодов человека первой поло­вины беременности, Дюре отметил сетеобразную структуру располагаю щихся в ней артерий. По мере развития плода сетеобразность все боль­ше утрачивается и артерии разобщаются, приобретая характер свободно оканчивающихся в мягкой мозговой оболочке «кустиков», или, как их назвал Дюре, «арборизаций».

Одновременно со все более усиливающимся разъединением ранее непрерывной сети и обособлением отдельных артерий и их ветвей друг от друга в артериальной сети мягкой мозговой оболочки происходят процессы роста артерий. Это находит свое выражение в увеличении дли­ны и мощности артерий и их ветвей, причем число тех и других остается неизменным и соответствует тому количеству, которое имеется на самых ранних стадиях развития.

50

Но, несмотря на то, что в артериальной сети имеет место обособле­ние артерий, существуют все же подлинные анастомозы между перифе­рическими ветвями основных артерий мозга в зоне смежного кровоснаб­жения. Анастомозы представляют собой сосуды диаметром в 200—250 м, соединяющие ветви средней мозговой артерии с передней, ветви послед-ней с ветвями задней, а ветви задней с ветвями средней. Однако число анастомозов весьма незначительно.

Как будет видно из дальнейшего, Дюре описал ход развития и ха­рактер сформированной артериальной сети мягкой мозговой оболочки у взрослого человека во многих отношениях совершенно правильно. Оши­бочные же заключения этого исследователя явились результатом того: что в поле его зрения оказалась артериальная сеть лишь наружной поверхности извилин. Дюре не проследил строения ее в глубине борозд, где между артериями и их ветвями у взрослого человека сохраняется большое количество анастомозов различного размера, создающих подлин­ные сетеобразные структуры.

Сетеобразные структуры отчетливо обнаруживаются в зонах смеж­ного кровоснабжения, которые у взрослого человека располагаются глав­ным образом в глубинах борозд, а не на наружной поверхности извилин, как это думал Дюре.

Это же обстоятельство явилось причиной разногласий между Дюре и его современником Гюбнером (Heubner, 1874).

В противоположность Дюре Гюбнер изучал строение артериальной сети мягкой мозговой оболочки в глубине борозд и установил суще­ствование многочисленных анастомозов между периферическими ветвями основных мозговых артерий.

В литературе, посвященной вопросам строения артериальной сети мягкой мозговой оболочки, описание характера строения артериальной сети очень часто сводилось к указанию на сетеобразность структур именно в смежных зонах кровоснабжения. Анастомозами же назывались главным образом анастомозы между периферическими ветвями основных мозговых артерий в тех же зонах смежного кровоснабжения.

Так, например, М. А. Тихомиров (1880) пишет о сетеобразном рас­пределении артериальных сосудов мягкой мозговой оболочки, но при этом указывает лишь на анастомозы между ветвями основных артерий мозга только в зонах смежного кровоснабжения. С подобным же явле­нием мы встречаемся в работе Бифора (Beevor, 1908) и др.

Ограничение всего вопроса рассмотрением отдельной его части яви­лось результатом того, что заключение о существовании анастомозов между артериями мягкой мозговой оболочки возникло на основании са­мого способа изучения их.

Действительно при введении различных масс и красок в стволы ос­новных мозговых артерий или в наиболее крупные их ветви постоянно наблюдается перемещение инъицированных веществ в широких пре­делах. Инъекционная масса заполняет не только указанные сосуды в области распределения ветвей инъицируемой артерии, но появляется и в крупных артериальных стволах и их ветвях, принадлежащих другой основной артерии мозга. Заполнение этих стволов происхо­дит значительно быстрее, чем незначительных по размеру артерий, рас­полагающихся в бассейне заполняемого сосуда. Передвижение красящих веществ из области одной мозговой артерии в другую указывает на существование в смежной зоне непосредственных анастомозов, сосудов значительного диаметра, представляющих для тока жидкости меньшее сопротивление, чем мелкие по калибру артерии в зоне распределения

51

ветвей инъицируемой артерии. Иначе говоря, передвижение инъекцион­ных масс само по себе может служить косвенным доказательством существования непрерывной сосудистой структуры в мягкой мозговой оболочке.

Однако найти прямые доказательства этого значительно труднее. Как мы увидим ниже, анастомозирование между артериями мягкой моз­говой оболочки много сложнее, чем это можно представить себе на осно­вании наблюдения непосредственного перехода ветвей одной мозговой артерии в ветви другой в зонах смежного кровоснабжения.

Кроме того, основная масса анастомозов у взрослого человека со­средоточивается в глубине борозд, благодаря чему истинное пред­ставление о распределении артериальных сосудов в мягкой мозговой оболочке может быть получено только после изучения наружных и вну­тренних поверхностей мозговых извилин.

К сожалению, мы не имели возможности детально познакомиться с диссертационными работами по интересующему нас вопросу, выполненны­ми в лаборатории Л. Я. Пинеса. Но краткие сообщения о результатах ис следований А. С. Ионтова, Б. Т. Шапиро и А. Хидроглуяна (1938—1940), появившиеся в печати, указывают, что метод препаровки позволил уста­новить наличие анастомозов только в зонах смежного кровоснабжения, да и то в самом общем виде. Собственно же строение артериальной сети в мягкой мозговой оболочке в указанных работах отражения не полу­чило.

Точно так же в монографии Б. К. Гиндце (1947), посвященной описа­нию артериальной системы головного мозга человека и животных, во­прос о строении сосудистой сети в мягкой мозговой оболочке и об анасто­мозах между располагающимися в ней артериями совершенно не затронут. При препаровке у данного исследователя погибли все анасто­мозы, связывающие артерии между собой. Сетеобразное распределение исчезло, и каждая из артерий оказалась «конечной».

Анастомозы между ветвями основных мозговых артерий описыва­лись неоднократно, описываются они и в работах последнего времени. Так, на их существование указывала С. С. Брюсова (1938); писал о на­личии зон перекрытия в кровоснабжении основных артерий мозга Б. К. Огнев (1946) и др.

В литературе давно создалось и прочно укоренилось представление о сетеобразном расположении артерий в мягкой мозговой оболочке. Но вместе с тем до настоящего времени еще нет ни одной работы, из кото­рой можно было бы получить детальные сведения о строении этой сети, проследить ее характер на поверхности извилин и в глубине борозд, убедиться, за счет чего же осуществляется сетеобразность. Нет никаких более или менее определенных данных относительно размера, характера и положения анастомозов не только на всей поверхности полушарий го­ловного мозга, но и в зонах смежного кровоснабжения.

В то же время изучение сосудистой сети мягкой мозговой оболочки с помощью капилляроскопа через «окно», герметически ввинченное в че­реп, при жизни животного, а также рассмотрение поверхности мозга взрослого человека, сосудистая сеть которого заполнена окрашенной массой, позволяют убедиться, что понятие сетеобразности достаточно спорно.

Действительно, наблюдение за циркуляцией крови в сосудах мяг­кой мозговой оболочки у ненаркотизированного взрослого животного да­ет возможность констатировать, что часть артерий оказывается как бы выключенной из общей сети.

52

Такого рода артерии различного размера, являясь ветвью более крупного сосуда, идут на некотором расстоянии по мягкой мозговой оболочке и слепо оканчиваются в ней, не вступая ни в какие связи с рядом расположенными сосудами.

Ток крови, дойдя до такого слепого конца, исчезает, уходя вглубь мозгового вещества. Это говорит о том, что артерия в месте своего слепого окончания в мягкой мозговой оболочке изгибается и уходит в мозг в виде теперь уже радиальной артерии.

Указанные наблюдения отчасти совпадают с данными, сообщенными в свое время Будуен и Тиксье (Boudouin, Tixer, 1912). Эти ав­торы указывали, что артерии мягкой мозговой оболочки оканчиваются арборизациями, которые имеют вид маленьких «кустиков», расположен­ных друг возле друга. Большинство арборизаций не анастомозирует ме­жду собой и является слепо оканчивающимися сосудами. Данные, полу­ченные на живом объекте, вместе с тем свидетельствуют о том, что Пфайфер (Pfeifer, 1928), отрицавший возможность слепого окончания артерий в мягкой мозговой оболочке и относивший обнаружение их за счет несовершенной инъекции, был неправ.

Изучение циркуляции крови по сосудам мягкой мозговой оболочки через «окно», ввинченное в череп, по необходимости ограничивается на­ружной поверхностью извилин и не дает никакого представления о ха­рактере распределения артерий по бортам и дну борозд. Поэтому отсутствие анастомозов или незначительное количество их на наружной поверхности еще ничего не говорит о соотношениях в глубине борозд. Как мы увидим ниже, вполне возможно ожидать по бортам и дну борозд в основных и смежных зонах распределения ветвей основных мозговых артерий иной характер артериальной сети, тем более что 2/з мозговой поверхности взрослого человека оказываются сосредоточенны­ми в глубине борозд.

Выяснение общего характера строения артериальной сети мягкой мозговой оболочки и особенно данные относительно количества, вели­чины и местоположения анастомозов играют очень большую роль в установлении механизма коллатерального кровообращения в мозгу.

В свое время сотрудница нашей лаборатории Е. Н. Космарская (1948) выяснила условия, определяющие переключение бассейна закры­той мозговой артерии на кровоснабжение по коллатералям. Полученные ею данные касались лишь анатомических путей коллатерального крово­обращения, установленных при изучении внутримозговой сосудисто-капил­лярной сети.

Для того чтобы представить себе общую картину перемещения кро-зи по коллатералям в случае нарушения ее нормальной циркуляции, не­обходимо было дополнить полученные результаты выяснением анатоми­ческих путей, существующих в артериальной сети мягкой мозговой обо-лочки.

Поскольку исследование Е. Н. Космарской было выполнено на со­баках, перед нами возник вопрос установить у этих же животных воз­можные анатомические пути для коллатерального кровоснабжения в мягкой мозговой оболочке. Эта часть работы, выполненная Е. В. Ка-пустиной, привела к результатам, которые для корреляции их с данными, полученными ею же при изучении строения артериальной сети мягкой мозговой оболочки взрослого человека, потребовали дополнительных исследований.

Задача, поставленная перед Е. В. Капустиной, была расширена рас­смотрением последовательных стадий формирования артериальной сети

53

мягкой мозговой оболочки на различных этапах онтогенетического раз­вития плода человека. В настоящем разделе нашего изложения мы пред­ставляем результаты первого этапа работы Е. В. Капустиной, проведен­ной на большом материале, включавшем плоды человека, начиная с 5 месяцев внутриутробной жизни, плоды 6-го, 7-го, 8-го лунных месяцев и взрослого человека.

Таким образом, последовательному изучению были подвергнуты все стадии развития плода человека при переходе от гладкой поверхности полушарий головного мозга к поверхности с вполне развитыми борозда­ми и извилинами. Сравнение строения артериальной сети мягкой мозго­вой оболочки на каждом из упомянутых этапов онтогенетического раз­вития со строением ее у взрослого человека позволяло в наиболее отчет­ливой форме представить все тс изменения, которые претерпевает арте­риальная сеть по мере роста и формирования плода.

Для исследования Е. В. Капустина использовала инъекции артери­альной сети мозга тушью, окрашенной желатиной и пластмассой (поли-метилметакрилатом). Различная дисперсность частиц этих масс обеспе­чивала постоянную проверку одних и тех же данных, полученных в раз­личных опытах, и не оставляла места для произвольных толкований. Кроме того, разработанный Е. В. Капустиной метод растворения веще­ства мозга и получения слепков артериальной сети, позволял изучать артериальную сеть мягкой мозговой оболочки не только с наружной поверхности, но и со стороны мозгового вещества. Изучение такого рода коррозионных препаратов дало целый ряд дополнительных сведений к данным, полученным при исследовании артериальной сети на препара­тах мозгов, налитых тушью и желатиной. В частности, особенно эффек­тивным оказалось прослеживание на коррозионных препаратах крупных анастомозов, соединяющих периферические ветви основных мозговых артерий между собой.

При изложении основных данных по анатомии мозгового кровооб­ращения мы видели, что к 5—6 месяцам внутриутробной жизни на осно­вании мозга эмбриона человека уже существует вполне оформленный виллизиев круг. Основные артерии мозга—передняя, средняя и задняя— хорошо выражены в виде самостоятельных крупных стволов с развет­влениями.

От ствола передней мозговой артерии, расположенного на медиаль­ной поверхности полушария над мозолистым телом, отходят первичные ветви, имеющие калибр, равный 90—200 м Большая часть первичных ветвей передней мозговой артерии, несколько отклоняясь кзади, идет в восходящем направлении (рис. 26, а).

Достигнув внутреннего края полушария, первичные ветви передней мозговой артерии с отходящими от них боковыми разветвлениями пере­гибаются через него и идут в нисходящем направлении по наружной поверхности полушария.

В области будущей средней лобной извилины, а также в областях прецентральной, центральной и постцентральной извилин, территориаль­но как бы продолжающих среднюю лобную извилину кзади, первичные ветви и их разветвления диаметром 90—163 м соединяются анастомозами с артериями такого же размера, но являющимися ветвями средней моз­говой артерии.

Соединение анастомозами крупных ветвей обеих артерий осущест­вляется кзади в области, расположенной между будущими верхней и нижней теменными извилинами.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

перейти в каталог файлов
связь с админом