Фенихель О. - Психоаналитическая теория неврозо... Руководство по клиническому психоанализу. Она по праву считается и классическим учебником, и классическим
 Скачать 4.1 Mb.
| Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |
| 617, 626). Возражения против полученных Фрейдом данных не представляются убедительными. Сексуальность клитора, несомненно, играет огромную роль в сексуальном возбуждении девочек. Правда, не только в клиторе сосредоточена генитальная сексуальность в фаллический период. Несколько авторов показали, что существует также ранняя влагалищная сексуальность(360,1079). Некоторые исследователи заходят настолько далеко, что причину выраженной эрогенности клитора усматривают в сверхкомпенсаторном замещении вытесненной влагалищной организации либидо (744,815,1161). Конечно, следует допустить, что генитальная возбудимость девочек не ограничивается клитором, несомненна высокая эрогенная чувствительность малых половых губ, вульвы и преддверия влагалища. (Однако стимуляция этих областей в данный период, как правило, приводит к клиторной разрядке.) Трудно судить о том, играет ли влагалище за пределами преддверия существенную роль в фаллической стадии. Обнаружение инородных тел во влагалище и даже уретре свидетельствует в пользу такого допущения (360). Тем не менее создается впечатление, что инфантильную сексуальность влагалища нельзя отграничить от эрогенности вульвы и половых губ. На самом деле не существует доказательств, позволяющих считать высокую сексуальность клитора реакцией на вытесненную влагалищную сексуальность (419,421). Возражение против утверждения о зависти женщин к пенису основывается на следующих доводах. Психоанализ таких женщин выявляет у них страх перед собственной женственностью и «бегство от женственности» (812), отсюда якобы и зависть к пенису. Эти клинические данные, безусловно, достоверны, но они не противоречат первичной зависти к пенису. В психоанализе компульсивных невротиков, например, сначала выявляется множество вытесненных анальных и садистских влечений, затем обнаруживается, что более глубокие уровни содержат бессознательные генитальные устремления, которые отвращаются регрессией к анально-садистским побуждениям. Но ведь тогда мы не говорим, что реактивная природа анально-са-дистских побуждений противоречит изначальности аналь-но-садистского периода в либидном развитии ребенка, а полагаем, что реактивные побуждения используют регрессивные пути. Сходным образом избежание своей женственности может сформировать у женщин вторичную зависть к пенису посредством реактивного усиления первичной зависти. Часто это подтверждается клинически (421, 899, 1007, 1313). Конечно, маленькая девочка, подобно мальчику, пока она не приобрела соответствующий опыт, считает, что все устроены на ее манер. Когда она вынуждена признать свою неправоту, возникает сильный дискомфорт. Часто задаются вопросом, чем вызвана реакция удивления: действительно ли только выводом об анатомическом различии между полами (617) или, скорее, социальным опытом, оставившим впечатление о неполноценности девочек (814, 1538)? Наверняка каждая девочка чувствует, что обладание пенисом непосредственно обеспечивает преимущество в мастурбации и мочеиспускании. В глазах девочки облада: тель пениса более независим и менее подвержен фрустрации (811). Такое чувство, вероятно, обусловлено концентрацией в это время всех сексуальных ощущений на клиторе, который воспринимается как «низший» орган в сравнении с пенисом. Зависть обычно конденсируется с идеей об отсутствии пениса как наказании, заслуженном или несправедливом. В этом отношении представление девочки об утрате пениса аналогично идее мальчика о воз- можности такой утраты. Девочке тоже свойственно анимистическое миропонимание в аспекте воздающего наказания. Тот факт, что девочка считает наказание свершившимся, тогда как мальчик боится возможного наказания, обусловливает заметные различия в дальнейшем развитии (612, 617). У старших девочек и взрослых женщин все усложняется. В нашей культуре существует много причин для зависти женщин мужчинам. Мужеподобные устремления любого рода могут добавиться к первичной зависти, особенно после неприятностей, фрустраций и вытеснения женских мотивов. Понимание мужской и женской сферы в разных культурах сильно варьируют. Культурные паттерны и конфликты вокруг них осложняют «психологические последствия анатомических различий» (617). Фромм сделал в этом отношении совершенно правильное заключение: «Определенные биологические различия приводят к различию характеров; такие различия сочетаются с различиями, прямо обусловленными социальными факторами; последние намного сильнее по своему влиянию и могут усиливать, уменьшать или реверсировать биологически укорененные различия» (655). Постулат Фрейда о фаллическом периоде у девочек находит достаточные основания, если под ним подразумевается физиологическое доминирование сексуальности клитора и психологический конфликт вокруг зависти к пенису. Постулат, однако, представляется проблематичным, когда допускается, что сексуальность клитора всегда выступает наряду с явно мужеподобными фантазиями и цель такой сексуальности проникнуть в полый орган, как правило, в тело матери, с бессознательным намерением зачать ребенка (1006). Эта позиция просто подразумевает, что девочки до наступления латентного периода являются своеобразными мальчиками. Наверняка в некоторых случаях пред-эдиповой фиксации на матери сопутствуют мужеподобные генитальные желания (626,628), но далеко не всегда. Мастурбация клитора, несомненно, может сопровождаться чисто женскими фантазиями. Правда, маленькие девочки систематически испытывают побуждение «войти в тело матери », тем не менее такие действия обычно мыслятся вне активности клитора и часто имеют основание в фантазиях самого раннего периода жизни. Подобные фантазии строятся в понятиях проникновения в тело матери с помощью зубов и съедания содержимого ее тела (958). Эти орально- садистские фантазии порой вводят в заблуждение, некоторые авторы пишут о ранней фаллической фазе, якобы предшествующей фаллической стадии по Фрейду (761). В бессознательном девочек и в самом деле часто возникают фантазии о совместном с матерью ребенке, однако в такого рода фантазиях мать обычно выступает производителем, а девочка вынашивает ребенка (421). Значение фаллического периода для женского пола ассоциируется с тем фактом, что женские гениталии имеют две ведущие эрогенные зоны: клитор и влагалище. В инфантильный генитальный период на передний план выступает клитор, в зрелом возрасте — влагалище. Переход от клитора как ведущей зоны к влагалищу определенно происходит во время полового созревания или впоследствии, хотя предваряется этот переход сдвигом к пассивности, когда девочки освобождаются от фиксации на матери и обращаются к отцу. Перемены предполагают новые нарушения в развитии, когда слишком сильная фиксация на сексуальности клитора или отвращающий страх перед сексуальностью влагалища, или то и другое препятствуют утверждению первичности влагалища. Эти осложнения имеют аналог у мужского пола. Странно, что в психоаналитической литературе обращается мало внимания на бисексуальную природу мужского генитального аппарата (216,1243), тоже обладающего двумя центрами сексуальности. Если у пассивных мужчин, отличающихся преобладанием пассивно-анальных и уретральных тенденций над фаллической активностью, спросить о локализации наиболее сильных ощущений, они равновероятно ответят: у основания пениса, в промежности, в прямой кишке. Фактически они указывают на место, недоступное извне и равноудаленное от основания пениса, промежности и прямой кишки. Эта область находится в простатической части уретры и соответствует семенным пузырькам. Многое из того, что у мужчин приписывается анальной и уретральной сексуальности, в действительности составляет пузырьковую сексуальность (798, 942). Пузырьковая сексуальность, тем не менее, играет меньшую роль в жизни мужчин, чем клитор в жизни женщин. Утверждается, что мальчик завидует способности женщины вынашивать детей столь же сильно, как девочка наличию пениса (162). Выдвинутые доводы, однако, неубедительны. Действительно, дети могут иметь страстное желание родить ребенка, которое обречено на фрустра- цию. Подобное разочарование постигает и девочек и мальчиков, ведь маленькая девочка тоже не способна к деторождению. Но мальчик способен к реальному наслаждению пенисом. Архаические типы объектных отношений Второй подход к изучению развития инфантильной сек-:уальности состоит в анализе изменения объектных отношений. Поскольку два аспекта развития сексуальности переплетаются, эта тема уже затрагивалась. Вообще развитие происходит от безобъектного состояния к нацеленности на инкорпорацию (сначала тотальную, впоследствии парциальную), затем преследуются другие амбивалентные цели, в которых объект просто средство удовлетворения, наконец возникает способность к реальной любви. Безобъектное состояние — это просто первичный нарциссизм, когда сексуальные цели полностью аутоэротич-ны. Самые первые типы объектных отношений уже обсуждались в связи с развитием эго. То, что было названо идентификацией, с позиции инстинктов тождественно инкорпорации. Первое позитивно-инстинктивное поведение в отношении желанного объекта состоит в приближении к нему и, наконец, в заглатывании (позднее ограничивающимся взятием в рот). Первое негативно-инстинктивное поведение в отношении отталкивающего объекта состоит в от-а,алении и выплевывании (позднее конденсирующимся с устранением объекта по паттерну дефекации). Первая инкорпорация связана с реальной деструкцией объекта, наподобие того, как исчезает образ объекта, когда достигается удовлетворение. В этом общий корень ненависти и любви. Впоследствии объект сохраняется, по крайней мере, в целях повторного использования при возобновлении потребности. Несомненно, оральный модус — общая модель инкорпорации, схожие цели можно вообразить во всех эрогенных зонах. Особо упоминалась интроекция через кожу (1050) и органы зрения (430). Описана респираторная (420) и слуховая интроекция (838). Личность объекта инкорпорации имеет, по-видимому, совсем несущественное значение. Как индивидуальность объект безразличен, °н должен доставить удовлетворение и может исчезнуть. Образ матери обладает этим потенциалом, тогда как образ незнакомца не обнадеживает удовлетворением и увеличивает напряжение (73). Объектное отношение можно назвать амбивалентным, если побуждения разрушить и сохранить объект сосуществуют. Первая агрессивная реакция представляет собой желание выплюнуть. Впоследствии агрессивные реакции репрезентируются также интроекцией. Абрахам показал, каким образом разрешаются конфликты амбивалентного отношения благодаря нацеленности на парциальную инкорпорацию (26). Часть объекта становится постоянным достоянием инкорпорации, в то время как другая часть сохраняется во внешнем мире. Ранние отношения к объектам осложняются за счет того, что непосредственные эротические цели не четко отграничиваются от нарциссической цели участвовать во всемогуществе. Интересы объектов начинают учитываться в анальный период (26). Но на первых порах отношение к объектам еще амбивалентное и пронизано нарциссически-ми целями. Чтобы добиться необходимого удовлетворения, на объект оказывается влияние всеми доступными средствами. Если результат положителен, объект вновь сливается с эго. Некоторые невротичные особы остаются фиксированными на этой фазе, они руководствуются пассивными целями и не способны активно относиться к любимому объекту. Поведение такого рода тоже называется нарциссическим, хотя полностью отличается от безобъектного первичного нарциссизма. Любовь и ненависть До преодоления эгоистического отношения к объектам и связанной с ним амбивалентности дети в основном любят самих себя (вторичный нарциссизм). Они способны различать и любить объекты, пока объекты доставляют им удовлетворение. Если удовлетворения не происходит, ребенок идентифицируется с объектом и вместо объекта любит себя (608). О подлинной любви к объекту можно говорить только тогда, когда его интересы учитываются настолько, что собственное удовлетворение невозможно без удовлетворения объекта. Такого рода чувственное единство с объектом наверняка как-то связано с идентификацией. С другой стороны, мы различаем объектное отношение и идентификацию. Предполагается, что с наступлением идентификации пониманию реального объекта приходит конец. В любви частичная и временная идентификация с эмпатическими целя- ми сосуществует с объектным отношением или чередуется с ним в короткие интервалы. О природе этой специфической идентификации ничего неизвестно. Можно только сказать, что опыт полноценного и высоко интегрированного удовлетворения облегчает ее, а предпосылкой служит первичность гениталий (способность к адекватному оргазму) (81, 1270, 1272). Индивиды с отсутствием первичности гениталий, т. е. оргазмические импотенты (1260), не способны и к любви. Подлинная способность к любви изменяет не только отношение к другим людям, но и отношение к собственному эго. Контраст между объектной любовью и любовью к себе опять же относительный: при первичном нарциссизме любовь к себе подменяет любовь к объекту; при вторичном нарциссизме потребность в любви к себе (в самоуважении) заслоняет любовь к объекту. Вместе со способностью любить другого человека достигается более высокий, постнарциссический, тип отношения к себе (652). На пике полноценного генитального удовлетворения идентификация возвращается на более высоком уровне: ощущение совместного полета, утрата индивидуальности, достижение желанного воссоединения эго с чем-то большим, выходящим за его границы, — все это существенные составляющие генитального удовлетворения. Уважение интересов объекта в качестве условия полного развития объектных отношений Ференци (505) назвал «эротическим чувством реальности ». Он указал на недостаточное понимание реальности теми, кто зафиксировался на предварительных стадиях любви. В формировании уважения к объектам решающую роль играет нежность. Но что такое нежность? Фрейд описал нежность как результат торможения чувственных порывов (555). Другие авторы сомневаются в таком ее происхождении, подчеркивая, что нежность и чувственность в отношении к объекту не исключают друг друга и что реальная любовь обязательно содержит и нежные и чувственные устремления. Если нежность и чувственность часто находятся в конфликте, то скорее вторично, вследствие защитной изоляции, а не в силу противоположности их природы. Шульц-Хенке попытался редуцировать эти переживания к разным источникам, предположив, что чувственность может корениться в генитальном эротизме, а нежность в кожном эротизме (1412). Существует, однако, генитальная нежность и кожная чувственность. Таким образом, объяснять развитием нежности «высшую идентификацию », определяющую в любви уважение объекта, неправдоподобно. Правильнее, наоборот, считать, что становление нежности происходит, когда объектные устремления (вероятно, при торможении цели) соответствуют высшей идентификации. Тот факт, что в высшей идентификации тоже имеется регрессивный элемент, более очевиден в любовной жизни женщин, чем мужчин. Пассивная цель женской сексуальности ближе к исходным целям инкорпорации, чем активная цель мужской сексуальности. Поэтому в пассивной сексуальности больше архаических черт, чем в активной сексуальности. У женщин более выражена цель — быть любимой в сравнении с целью любить. Нарциссическая потребность и зависимость от объекта у женщин сильнее (585). Регрессивные элементы появляются не только в женской любви. В процессе влюбленности они выступают на передний план и у мужчин. Понятно, что в этом состоянии снова возвращается архаический тип самоуважения в форме океанического чувства утраты границ собственного эго (или даже всемогущества) (622). Акцентуация смещается от собственного эго к партнеру: «Я ничто, партнер — все », и далее: «Я снова стану всем при позволении участвовать в величии партнера » (606). Эта идея даже фальсифицирует «эротическоечувство реальности» (505): влюбленныйче-ловек обычно оценивает достоинства партнера не очень реалистично, он проецирует на личность партнера свои идеалы, тем самым воссоединение становится еще приятнее (850). Фрейд охарактеризовал состояние влюбленности как «группу двоих »(606). Возможен постепенный переход от состояния влюбленности к перверсии, состоящей в крайней покорности (с. 459). Природа идентификации высшего уровня, которая составляет любовь, все еще не понятна, больше известно 6 периоде, когда в норме предпринимается решающий шаг. Согласно Абрахаму (26), это происходит в анальной стадии. Высшая идентификация зарождается, как только «удовольствие от задерживания » превышает «удовольствие от элиминации ». Своеобразная бережность в обращении с собственными фекалиями (которые однажды принадлежали эго, но потом стали объектами) обычно возникает как предтеча нежности, на манер чувств к материнской груди, бу- тылочке и самой матери, тоже некогда составлявшим эго, но затем ставшим объектами. Не только любовь, но и ненависть предполагает полное осознание объекта, к чему маленький ребенок еще не способен. Маленькие дети действительно разрушают объекты, помыкают другими детьми и обижают их, но, вероятно, не потому, что они изначально устремлены к деструкции, а просто в силу безразличия. Объектные интересы у них ограничены потенциальными источниками удовлетворения и угроз, их «агрессивная » цель найти выход из дискомфортной ситуации, а не наслаждение деструктивной деятельностью как таковой. Склонность к деструкции в качестве цели зарождается позднее. Сначала, вероятно, агрессивность служит средством, навязанным другими целями (особенностями преследования цели в случае трудностей или фрустраций), и только затем выступает как самостоятельная цель. Уже объяснялось, почему прегенитально ориентированный организм особенно склонен включать деструктивные элементы в свои эротические цели. В норме при генитальной ориентации агрессивность представляет собой средство достижения целей в случае неблагоприятных обстоятельств, вытеснение же агрессивности создает столь же много проблем в жизни, как и вытеснение способности любить. Социальные чувства Объектные отношения зрелого индивида состоят не только в любви и ненависти. Существуют и другие виды отношений. Во-первых, объектные чувства меньшей интенсивности, симпатия и антипатия, варьирующие по степени. Они не существенно отличаются от любви и ненависти, экономические изменения либидо могут превратить их в любовь и ненависть, что доказывает их либидную природу и происхождение путем торможения целей. Во-вторых, в психическом развитии предыдущие фазы никогда не исчезают полностью, у нормальных индивидов тоже в некоторой мере проявляются амбивалентность и нацеленность на инкорпорацию. В силу этих феноменов во многие объектные отношения все еще вплетается идентификация. В-третьих, среди отношений по типу идентификации особенно важно использование объектов в качестве моделей-идеалов для имитации или как дурных примеров, заслуживаю- щих избежания. В-четвертых, моделирование в свою очередь формирует переход к типу отношений, в которых объект вызывает реакцию не как таковой, а используется в качестве инструмента для ослабления некоего внутреннего конфликта. Различные виды подобного использования будут обсуждаться позднее (с. 640,655). Все виды объектных отношений, которые не являются ни любовью, ни ненавистью, могут происходить от отношений к другим, чем родители, людям, например, от отношения к братьям и сестрам. Эти отношения представляют собой основу так называемых социальных чувств: имеются в виду душевные силы, благоприятствующие формированию группы. Торможение устремлений к цели (в наших культурных условиях особенно гомосексуальных устремлений), идентификации, блокирующие внутригрупповую агрессию, выбор моделей и примеров среди объектов — таковы механизмы, лежащие в основе формирования группы (606, 607, 624). Фрейд разъяснил роль в формировании группы «торможения устремлений к цели» и идентификации, с одной стороны, и выбора моделей и примеров, с другой, следующим утверждением: «Если у нескольких индивидов на месте суперэго имеется одинаковый объект (в качестве модели-идеала или значимого примера), они идентифицируются друг с другом и у них возникают друг к другу нежные чувства» (606). Редл дополнил данную формулировку: «Если несколько индивидов используют одинаковый объект как инструмент ослабления сходных внутренних конфликтов, они склонны идентифицироваться друг с другом и испытывают взаимную нежность» (1258). Возможно, стоит добавить, что социальная психология никоим образом не ограничивается изучением субъективных переживаний при формировании групп и их функционировании. Социальная психология решает также совершенно иные проблемы, а именно не только субъективно-групповые, но и объективно-групповые, касающиеся подобия эффектов, которые сходные стимулы вызывают у разных людей. Мать как первый объект Первый объект каждого человека — его мать. Данное утверждение не следует понимать слишком буквально, поскольку безосновательно полагать, что физический акт рождения каким-то образом психологически привязывает ребенка к матери. Матерью ребенка считается тот, кто опекает его после рождения. Гроддек утверждает, что дети, вскормленные няней, могут всю жизнь испытывать конфликты и трудности, обусловленные наличием «двух матерей » (720). Клиническая практика не подтверждает этот тезис. В начале жизни образы объектов еще отсутствуют. Первые объектные представления диффузны, процесс формирования образов объектов протекает постепенно. Первоначально идея матери, конечно, отсутствует. Хотя описать это очень трудно, следует допустить, что первые крайне неустойчивые представления относятся к вещам, приносящим удовлетворение: материнской груди (или бутылочке), облику матери и частям собственного тела ребенка одновременно. Действительное восприятие, позволяющее различать мать и кормилицу, еще невозможно. В последующем ребенок научается различению, сначала, вероятно, происходит дифференциация «чуждого» и «заслуживающего доверия. Чуждость вызывает опасение, от заслуживающих доверия источников ожидается нарциссическое удовлетворение. Доверенные части материнского тела пользуются любовью. Постепенно мать признается как целостность, «оральный союз с матерью » удовлетворяет одновременно еще недифференцированные эротические и нарциссические потребности. Тем самым мать получает уникальную возможность оказывать влияние. Развитие объектных отношений у мужского пола проще, поскольку мальчик в последующем развитии сохраняет привязанность к своему первому объекту, матери. Примитивный выбор объекта, детерминированный материнской опекой, принимает ту же направленность, что и выбор, обусловленный привлекательностью противоположного пола. Конечно, мальчик любит своего отца и другие объекты, порой ему неприятна и даже ненавистна мать, но любовь к матери остается доминирующим устремлением мальчика в период инфантильной сексуальности. Противоречивые чувства любви и ненависти, любовь к матери и отцу, по-видимому, временно сосуществуют, не создавая взаимных препятствий. Такова характеристика первичного процесса: противоречия сосуществуют, не приводя к конфликтам. Когда эго усиливается, подобное положение становится невозможным. Мальчик начинает понимать, что его любовь к матери, любовная идентификация с отцом по формуле: «Мне хотелось бы быть таким же большим, как он, и иметь дозволение и способность делать все, что он делает », и неприязнь к отцу, основанная на том факте, что отец имеет определенные привилегии, вступают в конфликт. «Я люблю мать и ненавижу отца, поскольку он забирает мать себе » — формула, по которой мальчик, как правило, конденсирует свои побуждения в условиях семейного воспитания. Эта система отношений к родителям, возникающая обычно на третьем году жизни, порой раньше (93,955), и достигающая пика в четыре-пять лет, называется «позитивным эдиповым комплексом» (552). Высшая точка эдипова комплекса совпадает с фаллической стадией развития либидо. Если у мальчика преобладает любовь к отцу, а мать вызывает ненависть как препятствующая этой любви, говорят о «негативном эдиповом комплексе» (608). Определенные черты негативного комплекса проявляются и в норме наряду с позитивным комплексом. Конституциональные факторы и жизненные обстоятельства способны оказывать сильное влияние на соотношение составляющих. Пациент с очень сильным и амбивалентным отцовским комплексом пересказал следующий сон: «Я получил длинное письмо от своего отца. Он пишет мне, что кто-то умер. В заключение письма он спрашивает меня, намерен ли я на нем жениться». В общем, у мальчиков с особым развитием негативного эдипова комплекса подавляются фаллические устремления к матери и взамен мобилизуются прегенитальные пассивные цели в отношении отца. Иногда, однако, все несколько сложнее. Психоанализ прегенитально ориентированных индивидов с компульсивным характером и некоторых гомосексуалистов показал, что в ряде случаев инфантильный фаллический период не исчерпывается при вытеснении эдипова комплекса, направленного на мать, и вытесненные побуждения, связанные с пенисом, направляются на отца. Любовь и конкуренция вовсе не исключают друг друга. Нормальная идентификация мальчика с отцом происходит по формулам: «Мне хотелось бы походить на отца. Я хотел бы иметь пенис, как у отца. Мне хотелось бы быть сопричастным к отцовскому пенису». В определенных случаях эта идентификация перерастает в своеобразную любовь, которая лучше всего описывается как «ученический комплекс»: имеется в виду временная женственная покорность отцу в целях подготовки к последующей конкуренции с ним. Если эта любовь наталкивается на угрозу кастрации, результат может состоять в оставлении фаллической позиции, и мальчик вынужден снова обратиться к матери, но тогда не в фаллическом эдиповом устремлении, а, скорее, пассивным, прегени-тальным образом, ища защиту и идентифицируясь. Уже упоминалось, что на фаллической стадии нарцис-сический страх за пенис сильнее, чем объектное отношение. В итоге кассационная тревога приводит к отказу мальчика от страстной эдиповой любви к матери, так как удовлетворение можно получить, только подвергая пенис опасности (612). Смена объекта у девочек У девочек объектное развитие сложнее. Они делают дополнительный шаг в развитии в сравнении с мальчиками, а именно переходят от первого объекта, матери, к объекту противоположного пола, отцу. Этот переход осуществляется относительно поздно, между тремя и шестью годами, тем не менее следует предположить его обусловленность не только жизненным опытом, но и биологическими факторами. Биологическая основа смены объекта не должна отвлекать внимания от изучения психологических закономерностей, поскольку психологические факторы не только влияют на форму биологической детерминации, то также определяют многие осложнения и нарушения в развитии, важные в формировании невроза (626, 628, 1090). Жизненные переживания, которые ускоряют или тормозят смену объекта, связаны с разочарованием в матери. Причины недовольства состоят в первую очередь в отлучении от груди, тренинге чистоплотности и рождении других детей. Мальчики, однако, при подобных разочарованиях от матери не отворачиваются. Существует и специфическое для женского пола разочарование. Уже упоминалось, что у девочек при открытии пениса обычно возникает зависть. Многие девочки, склонные к самоосуждению, наряду с первичной завистью к пенису испытывают сильное чувство вины, словно они сами повредили свое тело. Но все они возлагают ответственность на мать, якобы лишившую их чего-то, отнявшую у них нечто (626). Именно это специфически женское разочарование — главный мотив отхода от матери. Возобновление активности анальных и рецептивно-оральных элементов создает почву для последующей женственности. Теперь цель состоит в получении от отца удовлетворения, в котором было отказано матерью. В фантазии девочки идея пениса замещается идеей ребенка, и клитор как ведущая зона может замещаться доминированием анальной и оральной зон с соответствующими потребностями, особенно орально-рецептивной направленности (612,617, 626). Оживление рецептивных желаний имеет разные последствия. В норме происходит подготовка к нормальной женской рецептивности и влагалищной сексуальности, в которой часто обнаруживаются признаки происхождения от анального и орального катексисов (66). Действительно, беременность представляет собой своего рода инкорпорацию. В патологических случаях орально-садистские устремления тоже мобилизуются и впоследствии неблагоприятно влияют на сексуальность женщин. В обстоятельствах, связанных с этим шагом, коренятся определенные нарушения характера. Возврат к пассивности может, конечно, активировать у предрасположенных девочек мазохистские сексуальные компоненты, описанные выше (с. 105-107), и, следовательно, вызвать более или менее выраженную мазохистскую перверсию. Однако совершенно неоправданно отождествлять пассивные цели нормальной женской сексуальности с мазохизмом (322). Понятно, что такое развитие чревато многими нарушениями, и конфликты вокруг преэдиповой любви к матери у женщин играют важную роль в неврозах. При нормальном развитии отношение женщин к матери тоже носит амбивалентный характер и даже чаще, чем у мужчин к отцу. У женщин всегда сохраняются остатки преэдиповой фиксации на матери. Любовные объекты многих женщин по характеру больше напоминают их мать, чем отца (626, 628). Преэдипова фиксация на матери имеет в первую очередь прегенитальные цели, но наверняка существуют и генитальные побуждения к матери, генитальное разочарование приводит к окончательному отказу от этих побуждений. Однако безосновательно полагать, что маленькая девочка изначально во всех отношениях подобна маленькому мальчику и негативный эдипов комплекс непременно предшествует позитивному комплексу (1006, 1007; ср.190, All, 894, 899, 1313). В наших культурных условиях после переключения на отца у девочек в норме развивается эдипов комплекс, аналогичный комплексу мальчиков. Любовь к отцу сочетается с исполненной вины ненавистью к матери. Конечно, эта ревнивая ненависть конденсируется с застарелыми враждебными побуждениями, возникшими на преэдиповых стадиях. Общее различие в развитии объектных отношений у представителей обоего пола Фрейд выразил следующими постулатами. Мужской комплекс Эдипа разрешается посредством комплекса кастрации: отказ от эдиповых побуждений происходит из-за кастрационной тревоги. Женский комплекс Эдипа вызывается комплексом кастрации: любовь девочки переключается на отца вследствие разочарования отсутствием пениса (612). Эдипов комплекс У представителей обоего пола эдипов комплекс можно считать пиком инфантильной сексуальности. Эрогенное развитие от орального эротизма через анальный эротизм к генитальности, как и развитие объектных отношений от инкорпорации через парциальную инкорпорацию и амбивалентность к любви и ненависти, кульминирует в эдиповых устремлениях, которые, как правило, выражаются в исполненной чувством вины мастурбации. Преодоление этих устремлений — необходимая предпосылка зрелой сексуальности и нормальности, напротив, бессознательная фиксация на эдиповых склонностях характеризует невротическую психику. В отдельных случаях любовь к родителю противоположного пола и желание смерти родителю одинакового пола могут означать многие вещи, особая форма которых зависит от конституции и жизненного опыта. При исследовании влияния жизненных обстоятельств обнаруживается трудно обозримое многообразие. Различия обусловлены не только личностными особенностями родителей, но и вариацией от ребенка к ребенку представлений о любви и смерти. Любовь строится из многих компонентов, и относительное акцентирование разных компонентов сильно варьирует. Смерть тоже мыслится многими способами: желание смерти родителя может даже претерпевать садистскую сексуа-лизацию и тем самым одновременно выражать негативный эдипов комплекс (418,828). с- Не существует перцепции вне эмоциональных связей. Весь жизненный опыт детерминирует специфическую форму эдипова комплекса. Его проявления зависят от переживаний в фаллический период, а предшествующие переживания могут придать ему прегенитальную окраску вследствие фиксаций. Уникальность травматического опыта столь же существенна, как и повседневные влияния. Эдипов комплекс часто не преодолевается вследствие травматического опыта, что особо подчеркивается со времени зарождения психоанализа. В обсуждении гениталь-ных устремлений в первую очередь следует рассматривать генитальные факторы. Обольщение может преждевременно пробудить у детей генитальность, и интенсивное возбуждение, вызванное извне, порой выходит из-под контроля ребенка. Возникают травматические состояния, в которых генитальность связывается с угрозой. Все, что усиливает страхи и, следовательно, способствует вытеснению сексуальности, впоследующем мешает преодолеть эдипов комплекс. Таков механизм воздействия угроз и всех событий, субъективно означающих угрозу: всяческих инцидентов, телесных повреждений, смерти близких и неожиданного зрелища гениталий взрослых. Посредством перенесения прегенитальные переживания, особенно внезапные оральные и анальные фрустрации, могут оказывать тот же эффект, что и генитальные переживания. В формировании эдипова комплекса важно все, что ребенок знает и думает о сексуальной жизни родителей, особенно при внезапности переживаний. Часто решающее значение имеет сочетание реальных событий и их ошибочной интерпретации. Здесь следует упомянуть о садистском восприятии сексуальности. Так называемая первичная сцена (599), т. е. наблюдение ребенком сексуальных сцен взрослых (родителей), вызывает сильное сексуальное возбуждение (природа которого варьирует в соответствии с возрастом ребенка) и одновременно создает впечатление, что сексуальность опасна. Это впечатление обусловлено тем, что возбуждение превышает способность ребенка к разрядке и поэтому болезненно травмирует. Ребенок может также ошибочно интерпретировать воспринятые события на садистский манер, или вид гениталий взрослого может вызвать у него страх кастрации. Субъективное содержание, степень и продолжительность воздействия первичной сцены варьируют в зависимости от подробности воспринятого. Внешние обстоятельства и индивидуальные факторы определяют, что фактически ребенок осознает, о чем догадывается, каким образом инкорпорирует свои наблюдения и догадки в предшествующий опыт. Существенно, происходит ли эта инкорпорация и разработка в момент видения сцены или впоследствии (ср. 7, 1166). Вместо первичной сцены могут переживаться замещающие зрелища: коитус животных, вид обнаженных взрослых и даже вовсе несексуальные сцены, субъективно воспринятые как таковые. Действенность подобных сцен увеличивается, если другие объективно безобидные обстоятельства облегчают перенос увиденного на родителей. Ссоры между родителями часто приравниваются детьми к сексуальным сценам и создают представление о сексуальности. Вызовет ли у детей вид гениталий взрослого болезненный страх зависит от всей предшествующей жизни ребенка, т. е. от психических связей, в которые вплетается новый опыт (1273). Фрейд назвал инфантильную идею о наблюдении сексуального акта родителей «первичной фантазией». При отсутствии фактического наблюдения соответствующие события измышляются, ребенок утилизирует в этих целях все имеющиеся в реальности намеки (596). Конечно, воздействие такой фантазии не равнозначно реальным переживаниям. Другое обычно травмирующее событие — рождение еще одного ребенка. Это событие неожиданно нарушает эдипово удовлетворение, ребенку приходится поделиться заботой матери с новорожденным. Вид беременной матери, размышления о беременности и деторождении могут усилить сексуальное любопытство и сексуальные тревоги. Данные обстоятельства повышают склонность к регрессии в младенчество. Что касается постоянных влияний, то реакции ребенка на родителей и его желания зависят от их личности и поведения. Необычное поведение может провоцировать необычные реакции, что очевидно в семейном анамнезе среднего невротика. Невротичные родители воспитывают невротич-ных детей, в эдиповом комплексе детей отражается неразрешенный эдипов комплекс родителей. Очень часто мать любит сына, а отец любит дочь. Если в силу внешних обстоятельств или невроза сексуальное удовлетворение родите- лей недостаточно, они бессознательно испытывают более сильную сексуальную любовь к своим детям. Такого рода любовь бессознательно воспринимается детьми как сексуальное обольщение и усиливает эдипов комплекс. Иногда даже родители это бессознательно чувствуют, и тогда подвергают детей угрозам и фрустрациям. Таким образом, некоторые дети сначала вводятся родителями в соблазн и потом со стороны родителей же подвергаются санкциям. Идеальный эдипов комплекс отражает ситуацию «треугольника » и фактически наиболее выражен у единственного ребенка (195, 637,1116,1339). Когда присутствует больше или меньше трех человек, возникают особые формы эдипова комплекса. В рамках семьи с позиций эдиповых устремлений братья и сестры излишни. Прежде всего, они объекты ревности (1039); частные обстоятельства определяют усиливает ли их присутствие бессознательную ненависть к родителям одинакового пола или уменьшает ее благодаря отвлечению (827). Другие дети тоже служат объектами переноса любви, особенно если они старше или немного младше. Если в семье несколько старших братьев или сестер, можно наблюдать «дубликаты эдипова комплекса»: чувства к родителям дублируются в отношениях к старшему брату и сестре. Это способствует ослаблению конфликтов или, напротив, создает новые конфликты. Пациент, имевший несколько братьев, рассказал следующее сновидение: «Я вернулся после прогулки с мамой и обнаружил, что шайка грабителей в наше отсутствие обворовала дом». Грабители символизировали его братьев, с которыми ему пришлось, придя с прогулки, снова разделять мать. Младшие братья и сестры обычно воспринимаются ребенком как соперники, но могут рассматриваться и как собственные дети, особенно при большой разнице в возрасте. В первом случае эдипов комплекс стимулируется, например, у девочек может возникнуть не только идея ревности: «Отец (или мать) будет любить младенца вместо меня », но также идея: «Отец подарил ребенка матери, а не мне ». Во втором случае эдиповы желания уменьшаются благодаря их замещающему осуществлению. У детей, воспитанных одним родителем или вообще без родителей, эдипов комплекс образуется специфически. Если один из родителей умер или оставил семью, в дальнейшем развитии ребенка существенно, знает ли он этого родителя, имеется ли отчим (мачеха), когда и при каких обстоятельствах семья пополнилась новым взрослым, каково поведение оставшегося родителя и его отношение к ребенку (168, 355, 760). Даже дети, не знающие недостающего родителя, понимают, что таковой однажды существовал и другие дети живут с отцом и матерью. Отсутствие родителя порождает чувство своей исключительности и потребность в определенных компенсациях. В общем, можно утверждать следующее. Если умер родитель одинакового пола, это переживается как осуществление эдипова желания и, следовательно, вызывает сильное чувство вины. Если умер родитель противоположного пола, фрустрация эдиповой любви часто способствует идеализирующим покойного фантазиям. Детали зависят от того, когда и при каких обстоятельствах ребенок узнал о смерти. Особенно важны, по-видимому, три последствия. Во-первых, усиливается привязанность к оставшемуся родителю, характер этой привязанности определяется также отношением родителя к ребенку и обычно амбивалентен (355). Во-вторых, часто возникает сильная бессознательная связь между представлениями о сексуальности и смерти под эгидой «секретов взрослых». Отсюда сильный страх сексуальности, поскольку сексуальные действия рисуются как приводящие к смерти, или даже мазохистские наклонности, в которых умирание (воссоединение с умершим родителем) может стать сексуальной целью. В-третьих, опечаленный индивид регрессирует к оральной фазе; если это случается в раннем возрасте, то неизгладимо отпечатывается в структуре эдипова комплекса и характере. Эдипова любовь, как и все последующие объектные отношения, переплетается тогда с идентификацией. Второй и третий пункты также справедливы при переживаниях, связанных со смертью брата или сестры (1325). Пациентка боялась замужества. В пятилетнем возрасте она лишилась матери и фантазировала, что смерть матери неким образом обусловлена деторождением или сексуальностью. В наказание за эдипово удовлетворение, испытанное при смерти матери, пациентка ожидала такой же судьбы после замужества. Нечто похожее произошло с пациентом, который в детстве реагировал на смерть матери тревогой и ипохонд- рией. Он идентифицировался с матерью и боялся, что сексуальное удовлетворение с отцом убьет его, как, согласно его фантазии, убило мать. Здесь конденсация таинств сексуальной жизни и смерти особенно понятна, поскольку она окрасила кастрационную тревогу, превратив ее в страх исчезновения вещей. Пациентка, у которой еще в детском возрасте умер отец, впоследствии возненавидела всех людей: мужчин за то, что никто из них не походил на отца, возведенного ею в идеал, женщин за то, что мать забрала отца себе, позволив ему умереть, прежде чем дочь могла бы им насладиться. В случае отсутствия отца или его «слабости » мальчики предрасположены к женственности, потому что дети идентифицируются в большей мере с родителем, который рассматривается ими как источник основных фрустраций. Конфликты между родителями, развод родителей, их раздельное проживание оказывают схожее влияние. Если сами дети — предмет родительских раздоров, то легко интенсифицируется полный эдипов комплекс и фиксация на нарциссизме, что вынуждает ожидать повышенного интереса к себе окружающих, на манер родительского отношения, но эти ожидания обречены на провал. Родители постоянно депрессивной и вообще заторможенной пациентки развелись, когда она была в годовалом возрасте. Она никогда не видела своего отца. Ее эдипов комплекс сосредоточился вокруг следующей фантазии: «Отцу не понравилось жить с моей матерью, она недостойна его. Я совершенно другая. Однажды отец придет и заберет меня с собой». Он не пришел. Пациентка возненавидела отца, эта ненависть затем обернулась против нее самой, что и привело к депрессии. Депрессивная утрата самоуважения означала: <<Я тоже недостойна любви моего идеального отца». Необычное поведение родителей формирует у детей необычный эдипов комплекс. Под необычным поведением понимаются чрезмерное попустительство, излишняя строгость или их сочетание. Избалованность неизбежно влечет необычные фрустрации, потому что избалованный ребенок не привык к лишениям и воспринимает слабые фрустрации как сильные. Запланированные воспитательные меры менее важны, чем естественное повседневное поведение родителей (1458). Особую роль играют, вероятно, два фактора: 1) отношение матери к полу ребенка: некоторые матери нарочито показывают дочери, что хотели бы иметь сына; 2) родительские взаимоотношения, поскольку они формируют у ребенка представление о сексуальности. Итак, семейная мораль оказывает влияние на форму эдипова комплекса. В какой мере ребенок считает допустимыми инстинктивные побуждения зависит не столько от особенностей запрета на мастурбацию, сколько от общего отношения родителей к сексу, которое они осознанно или неосознанно постоянно декларируют. Имеются в виду реакция родителей на отношение ребенка к ним самим, другим детям, на его мастурбацию, а также установки родителей относительно отнятия от груди и тренинга чистоплотности в оральный и анальный период. Неизгладимый отпечаток на эдипов комплекс налагает прегенитальная фиксация. Особенно стоит упомянуть пассивно-рецептивные формы эдипова комплекса у мужчин в результате чрезмерной опеки матери (1041). В свою очередь авторитарные отцы блокируют любую возможность становления независимости ребенка. Пациент сорока лет с явной амбивалентной фиксацией на деспотичном отце, простудившись, получил из дальнего города телеграмму от отца: «Погода неустойчива, не выходи из дома». На форму эдипова комплекса влияет и социальное положение родителей, обусловливающее различия в окружающей детей обстановке. Большинство детей бессознательно уравнивают низкое социальное положение с инстинктивной несдержанностью, а высокое социальное положение с сублимацией и запретами. Если индивида из благополучной среды сильно тянет на низший социальный уровень, то психоанализ часто раскрывает не только поиск гарантий от унижения (кастрации) посредством общения (сексуальных связей) со столь же униженными («кастрированными ») особами, но также стремление к запретной чувственности. Все это может подаваться в рациональной форме (рационализация) как содействие улучшению социальных условий. Содержание эдиповых грез многих детей состоит в том, что на самом деле они не являются детьми своих родителей. Они якобы подкидыши, отпрыски некой семьи с совсем другим социальным положением. Это либо особо привилегированная семья, либо семья очень бедная. Фантазии такого рода, названные «семейным романом» (552), могут служить разным целям: нарциссической гордости, упрямству, мести родителям, выражать надежду на будущее удовлетворение. Бессознательные фантазии о социальных различиях мало свидетельствуют о путях влияния этих различий на эдипов комплекс ребенка. Фактически такое влияние оказывается постоянно, поскольку сексуальный опыт и его фрустрация соответствуют социальным паттернам. Фрейд подробно осветил данную проблему (596). Чтобы лучше понять, о чем идет речь, достаточно вспомнить о сексуальном опыте и агрессивности беспризорных детей. Переживания, связанные с социальным положением отца, наверняка влияют на отношение к нему: любовь или ненависть, благоговение или презрение, восхищение или жалость (496). Все же создается впечатление, что объективно важный фактор социального положения семьи меньше отражается на эдиповом комплексе ребенка, чем следовало бы ожидать. Причина в том, что моральные устои (и даже их колебание) относительно одинаковы в разных слоях того же общества. Предлагалось исследовать достоинства и недостатки воспитания, сформировавшего эдипов комплекс, сравнивая детей, кто воспитывался в семье и вне семьи, например в воспитательном учреждении. Однако и на вторую категорию детей влияет представление о семье, рано или поздно они узнают об институте семьи и о том, что другие дети имеют отца и мать и что сами они в невыгодном положении. У них тоже формируется эдипов комплекс. Они любят, ненавидят и ревнуют воспитателей. В дополнение, наподобие обычных детей, фантазируют об отце и матери, только их сочинительство отличается большей отвлеченностью, а эдипов комплекс характеризуется сильным расхождением между фантазией и реальностью (250). Что было сказано о детях, не знающих одного из родителей, вдвойне справедливо для детей из воспитательных учреждений. Если они воспитываются не в одном месте и часто меняют окружение, это отражается не только в типичных расстройствах характера (с. 487, 651). У них вообще не имеется возможности развить какие-либо длительные объектные отношения, их эдипов комплекс остается чистой фантазией. Эдипов комплекс каждого индивида формируется жизненным опытом. Но что такое собственно эдипов комп- леке? Биологический феномен, свойственный человеческому роду, или продукт социального института (семьи), подверженный изменениям, как и этот институт? Во-первых, следует сказать, что различие между биологической и социальной детерминацией относительно. Мы подчеркивали, что Фрейд не считал инстинкты неизменными паттернами, согласно его взглядам, инстинкты, скорее, остатки прежних влияний окружения (588). Вовсе не врожденный эдипов комплекс мистической природы создал семью, чтобы обеспечить свое удовлетворение, напротив, семья способствовала становлению эдипова комплекса. Дитя человека биологически беспомощнее детенышей других млекопитающих и нуждается в опеке и любви. Поэтому младенец всегда будет добиваться любви от опекающих его взрослых, а те, кто отнимает любовь, будут вызывать у него ненависть и ревность. Если этот феномен назвать «эдиповым комплексом», можно говорить об его биологической основе. Однако Фрейд использовал данное понятие в более строгом смысле. Он понимал под эдиповым комплексом генитальную любовь к родителю противоположного пола в сочетании с ревнивым желанием смерти родителю одинакового пола, пик длительного развития инфантильной сексуальности, когда происходит высокая интеграция эмоциональных отношений. В этом смысле эдипов комплекс, несомненно, подвержен влиянию семьи. Если институт семьи изменился бы, эдипов комплекс тоже неизбежно Претерпел бы изменения. В обществах с разными семейными конфигурациями отличается и эдипов комплекс (1101). Попытки объяснить разные семейные конфигурации как «вытеснения эдипова комплекса» (891), по-видимому,несостоятельны. Проблема происхождения эдипова комплекса сводится, следовательно, к интересной и еще не изученной проблеме происхождения семьи, но эта тема выходит за пределы теории неврозов. Фрейд постулировал гипотезу о филогенетическом происхождении эдипова комплекса в доисторический период, когда человечество было организовано в племена, возглавляемые вождем, однажды убитым и съеденным своими сыновьями; эта инкорпорация ознаменовала первое раскаяние и запрет (579). Здесь не место обсуждать зачаровывающую гипотезу тотема и табу. Гипотеза не меняет тот факт, что сексуальные конфликты Детей были бы иными, если они не жили бы с родителями, братьями и сестрами. При изменении среды изменяются реакции. На высоте эдипова комплекса ребенок испытывает разочарование, его нарциссизму наносится ущерб, поскольку соперник, взрослый, обладает преимуществами и привилегиями. Дети неодинаково реагируют на травму. Реакция зависит от конституции ребенка, его раннего опыта и специфики травмирующих событий. Каждый ребенок жаждет быть взрослым и играет роль взрослого. Однако в положении ребенка тоже имеются преимущества. Всякий раз, когда ребенок боится собственных эмоций, непримиримых эротических и агрессивных побуждений, он может спрятаться за рецептивным устремлением к внешней помощи и установкой: «Все это не слишком серьезно, ведь я еще ребенок». Желание быть взрослым блокируется переживанием вины и ощущением защищенности в статусе ребенка, что причиняет фиксации и вынуждает многих невротиков вести себя, будто они все еще дети на фаллической стадии. Пациент, успешно проработавший многие годы врачом, в процессе психоанализа обнаружил, что он всегда изумляется, когда фармацевт составляет лекарства по его рецепту: «Фармацевт, взрослый человек, выполняет эту работу исключительно ради меня, ребенка, написавшего рецепт!» Типы выбора объекта Неправильно полагать, что в детстве помимо родителя противоположного пола не существует других любовных объектов. Братья и сестры, дяди и тети, дедушки и бабушки (458,877), друзья и знакомые родителей могут оказывать в этом смысле существенное влияние. У многих детей завязываются своего рода любовные интриги со взрослыми и другими детьми одинакового и противоположного пола. Частота таких приключений увеличивается, если воспитание не налагает на них запрет. Что касается механизмов выбора объекта, то Фрейд различал между аналитическим и нарциссическим выбором. В первом случае объект выбирается, поскольку он провоцирует ассоциации с первичным объектом, обычно родителем противоположного пола, иногда родителем одинакового пола или братом, сестрой, другими особами из детского окружения. Во втором случае выбор объекта обусловлен тем, что ему свойственны некоторые характеристики собственной личности индивида (585). Оба типа выбора могут осуществляться позитивным путем, тогда выбранный объект имеет сходство с прошлым объектом или собственным эго, и негативным путем, тогда выбранный объект противоположен прошлому объекту или собственному эго. Кроме того, возможен выбор объекта на основе идеала, тогда выбранный объект репрезентирует те качества, которые индивид некогда хотел видеть в прошлом объекте или желает иметь в его собственное эго (585). Проблема страха кастрации у женщин В конечном итоге кастрационная тревога вынуждает мальчиков подавить эдипов комплекс. Кастрационная тревога девочек, по-видимому, не представляет собой динамическую силу. Идея об утраченном органе не ограничивает инстинкт в такой степени, как представление о риске утраты органа при инстинктивной активности. Правда, многие женщины, разочаровавшись, строят фантазии об обладании пенисом (502). Но беспокойство за надуманный орган не имеет того динамического эффекта, как тревога о реальном органе. Проблема кастрационной тревоги женщин довольно сложна (1246). Во-первых, можно утверждать, что женщины не преодолевают эдипов комплекс в той мере и столь же решительно, как мужчины. Они нередко всю жизнь сохраняют привязанность к отцу или отцовским фигурам и неким образом выдают отношение своего любовного объекта к отцу (1496). Во-вторых, психоанализ показывает, что застарелые страхи (в первую очередь страх утраты любви) у женщин сильнее, чем у мужчин, и во многом играют роль, схожую с кастрационной тревогой мужчин. В-третьих, страх, что обнаружится кастри-рованность, мыслимая как последствие запрещенной активности, часто ограничивает сексуальные проявления девочек. Нередко возникают мысли о разрушении собственного тела и утрате способности вынашивать детей или, по крайней мере, иметь здоровых детей, встречаются и другие тревожные опасения относительно раскрытия позора. В-четвертых, страх кастрации замещается тревожным предвидением карающего повреждения ге- ниталий. Анимистические интерпретации детерминируют фантастические генитальные тревоги точно так же, как и нереальные прегенитальные тревоги. Девочки часто не знают о наличии у них влагалища, этим и объясняется надуманный страх, что желание проникнуться отцовским органом приведет к телесным повреждениям. Вопреки всему сказанному, психоанализ некоторых женщин все-таки выявляет бессознательный страх перед предстоящим отсечением органа в наказание за сексуальный опыт. Женщина с сильно выраженной тревогой такого рода в детстве претерпела операции на большом пальце руки. Реальная угроза ампутации затем сместилась к придуманному пенису. Предшественники психоанализа (например, Ведекинд), а позднее Фромм, подчеркивали, что половые различия в преобладающих тревогах отчасти обусловлены физиологическими различиями в сексуальном опыте (655). Мужчине для осуществления полового акта необходима эрекция, женщина не нуждается в подобном изменении тела (она способна выполнять половой акт даже без наслаждения), но зависима от мужской эрекции. Таким образом, мужской страх — это страх перед импотенцией или неудачей, женский страх — это страх остаться в одиночестве или лишиться любви. Несомненно, данное физиологическое различие существенно в преобладании страха кастрации у мужчин и страха утраты любви у женщин, но оно не более чем позднее вторичное приобретение. Родственное преобладание соответствующих страхов устанавливается в детстве, задолго до опыта сексуальных сношений. Смена объекта — один из факторов, усложняющих развитие женщин в сравнении с мужчинами. Второй фактор — двойная природа женской генитальной сексуальности. «Простатическая сексуальность» мужчин, весьма тесно связанная с анальным и уретральным эротизмом, конечно, не играет такой значительной роли, как сексуальность клитора. Однако не следует забывать, что не только эти физиологические различия ответственны за большую склонность женщин к развитию неврозов. Существуют также, и это очень важно, культурные и социальные различия в половом воспитании, касающемся инстинктов. Заключение Абрахам (26) резюмировал развитие либидо с помощью схемы, которая здесь воспроизводится с небольшой модификацией и дополнительной колонкой о психических расстройствах, соответствующих доминирующей фиксации (табл. 1). Следует повторить и предупреждение Абрахама: «Эта таблица сравнима с расписанием экспресса, где указываются только несколько наиболее важных станций. Расположенные между станциями пункты неизбежно пропускаются. Необходимо упомянуть, что стадии, указанные в главных колонках на одинаковом уровне, в реальности не обязательно совпадают». Таблица 1  перейти в каталог файлов | Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |