Засады могут устраиваться также в целях уничтожения противника, особенно его средств ядерного нападения

Система огня строится таким образом, чтобы противник поражался в упор, кинжальным и перекрѐстным огнѐм.
Минно-взрывные заграждения обычно устраиваются на путях возможного отхода противника после внезапного нанесения ему огневого поражения из засады.
Успех действий взвода в огневой засаде достигается: соблюдением скрытности при выдвижении в район огневой засады и тщательной маскировкой; умелой организацией системы огня, созданием зоны основного огневого поражения (огневого мешка) с широким применением мин; отсутствием шаблона в организации и способах действий отделений, боевых машин пехоты, бронетранспортѐров, танков; правильным определением момента открытия огня с предельно близкой дистанции (в упор), применением других неожиданных и внезапных действий в целях обмана противника; чѐткой организацией взаимодействия во взводе, с поддерживающей артиллерией и батальоном (ротой), выславшим огневую засаду; проявлением личным составом выдержки, смелости и инициативы; применением обманных действий.
Организация огневой засады. Взводу, назначенному в огневую засаду, при постановке задачи обычно указываются состав, место, порядок уничтожения наступающего противника и действий после выполнения задачи. После получения задачи командир взвода уясняет еѐ, оценивает обстановку и на основе этого по карте принимает решение, которое докладывает командиру роты (батальона) и доводит до подчинѐнных. Затем он скрытно выводит взвод к месту засады, размещает его, организует наблюдение и непосредственное охранение, проводит рекогносцировку. В ходе рекогносцировки он выбирает позиции отделениям (огневые позиции – танкам) и приданным огневым средствам, организует систему огня, после чего отдаѐт боевой приказ, организует взаимодействие, боевое обеспечение. При этом особое внимание уделяется организации тщательной маскировки позиций отделений и огневых позиций боевых машин пехоты (бронетранспортѐров), танков от наземного и воздушного противника, порядку открытия огня и использования для поражения противника минно-взрывных заграждений. При необходимости командирам отделений (танкам) указываются пункт сбора после выполнения поставленной задачи и порядок отхода.
Ведение боя взводом. До подхода противника к месту огневой засады взвод ничем себя не обнаруживает. С выходом противника к рубежу, намеченному для открытия огня, взвод по команде
(сигналу) командира внезапно с близкого расстояния наносит ему поражение и оттесняет на заранее установленные минно-взрывные заграждения. При этом у противника, действующего в предбоевом или в походном порядке, уничтожаются головные и замыкающие колонну машины в целях сковывания его манѐвра, а затем – остальные. Если противник наступает в боевом порядке, то уничтожение его осуществляется главным образом огнѐм во фланг. Спешенная пехота при этом поражается кинжальным и перекрѐстным огнѐм.
В практике боевой деятельности войск существует и такой способ действий в огневой засаде.
Колонна противника пропускается мимо позиции засады, а затем внезапно атакуется и уничтожается огнѐм с тыла.
После выполнения поставленной задачи взвод действует в соответствии с указаниями выславшего его командира.
Засады. Боевые примеры
Действия стрелкового взвода в засаде
В феврале 1945 г. командованию 358-й стрелковой дивизии стало известно, что по шоссе, идущему из Меденау на Крогау, усилилось движение фашистских войск.
Что это – передислокация? Прибытие новых частей? Если передислокация, то с какой целью? Все эти вопросы требовали скорейшего ответа.
Стрелковому взводу было приказано ночью пройти через передний край обороны противника
(2 км южнее Меленхоф) и организовать засаду на шоссе в целях захвата пленных и документов.
Из всех наиболее удобных мест для перехода линии фронта командир взвода выбрал глухую балку, начинавшуюся вблизи переднего края обороны и уходившую к немцам в тыл. Уточнив, в каких случаях и где окажут помощь его взводу стрелки и артиллеристы, он проверил экипировку своих солдат, подгонку снаряжения, обмундирования и разбил взвод на две подгруппы. Ночью взвод благополучно

перешѐл линию фронта и достиг назначенного для засады места. Одна из подгрупп должна была захватить пленного и документы, другая – быть в готовности прикрыть действия подгруппы захвата и в случае необходимости отвлечь на себя противника
По шоссе то в ту, то в другую сторону двигались колонны гитлеровцев, проходили танки, артиллерия.
– А что, если так всѐ время будет? – прошептал командир группы захвата командиру взвода.
Командир ничего не ответил. Он и сам беспокоился о том, что выполнение задачи может сорваться.
Оставаться на день нечего было и думать. Редкий кустарник, в котором лежали солдаты, был никудышным убежищем.
Но вот в одной из проходивших мимо колонн внезапно остановилась машина. Из кабины вылез, видимо, офицер и что-то сердито начал выговаривать шофѐру.
«Машина сломалась», – подумал командир взвода.
Офицер остановил шедший мимо грузовик, в него пересели солдаты из стоявшей на обочине машины и уехали. Шофѐр, приподняв капот, ковырялся в моторе.
– Давай! – скомандовал командир взвода командиру подгруппы захвата. Солдаты подгруппы бросились к машине. Шофѐр был оглушѐн, скручен, но внезапно поднял стрельбу не замеченный никем солдат, сидевший в кабине. Очередью из автомата он был сражѐн, из кабины выпала сумка с письмами.
Быстро таща пленного шофѐра, подгруппа захвата стала отходить в сторону балки. А в это время к одиноко стоявшей машине приблизились грузовики ещѐ одной колонны. Почуяв, видимо, неладное, гитлеровцы остановились, из головной машины вышел офицер, осветил фонариком труп убитого и что- то скомандовал. Из машин, заряжая оружие, стали выпрыгивать солдаты. Через несколько минут фашисты двинулись в погоню, заметив следы ушедшей подгруппы, но та успела удалиться на приличное расстояние, а подгруппа прикрытия поджидала гитлеровцев на выгодном рубеже, чтобы сначала остановить преследователей, затем увлечь их за собой в лес, находившийся километрах в двух от балки.
Однако фашисты, очевидно, спешили и скоро повернули назад, не приняв боя.
Пленный и письма, на которых стояли условные номера новых частей, подтвердили догадку нашего командования: гитлеровцы перебрасывали на этот участок фронта свежие силы. Стало ясно, что они готовятся к наступлению
Наши войска вели успешные наступательные бои на Правобережной Украине. Но осенью 1943 г. в районе г. Житомир гитлеровцы нанесли сильный контрудар, несколько замедливший темп нашего наступления. Был ли этот контрудар неожиданным для наших войск? Нет. Благодаря умелым действиям наших разведчиков, поисковых групп советскому командованию удалось установить предполагаемое время нанесения контрудара, что в значительной степени снизило его эффективность.
Командиру взвода разведчиков было приказано проникнуть в тыл противнику вдоль берега реки, сильно поросшего камышом, и в районе хутора Хливенки организовать засаду в целях захвата пленного, образцов оружия и документов. Хутор Хливенки стоял невдалеке от берега, а вблизи его проходила рокадная дорога, по которой гитлеровцы перебрасывали к фронту свежие части. На выполнение задания отводились одни сутки. Пробираясь сквозь плотные заросли камыша по пояс в воде, разведчики обошли фланг обороны противника, выходивший к реке, и на рассвете подошли к хутору. То, что на карте значилось Хливенки, представляло собой развалины двух саманных хат и сарая.
– Ну что ж, быть может, это и к лучшему, – сказал командир взвода, когда дозорные, осмотрев хутор, вернулись в камыши. – По крайней мере этот хутор никого из немцев не соблазнит остановиться в нѐм, а нам всѐ же есть укрытие.
Пробравшись к развалинам, разведчики укрылись в них и стали терпеливо ждать. Командир, как это и было приказано, организовал разведку наблюдением с тем, чтобы с наступлением темноты выйти на дорогу и захватить пленного. Мимо хутора проходили группы солдат, тянулись повозки, проезжали отдельные машины. Всѐ это тщательно фиксировалось разведчиками. Неожиданно весь продуманный план разрушила погода. Подул холодный ветер, полил дождь, который вскоре перешѐл в ливень. В 10–
15 шагах уже ничего не было видно.
«Что будем делать, командир?» – спрашивали, казалось, глаза разведчиков. Словно угадав их мысли, командир взвода сказал:
– Будем брать пленного сейчас.
Все разведчики имели трофейные камуфлированные плащ-накидки, и командир взвода решил воспользоваться этим. По его приказанию группа бойцов в составе пяти человек вышла к дороге и залегла вблизи еѐ. По дороге одна за другой прошли колонны гитлеровцев по 30–40 в каждой. Минут

через пять послышался стук колѐс и из-за пелены дождя показалась повозка. Один гитлеровец вѐл под уздцы лошадь, выбирая дорогу, двое других сидели в повозке.
Когда повозка проехала мимо, старший группы подал сигнал, разведчики выскочили на дорогу и пошли за подводой, стараясь обогнать еѐ. Фашисты не обратили на проходивших никакого внимания.
Вдруг один из разведчиков метнулся к солдату, ведущему лошадь, остальные вскочили в повозку, и гитлеровцы, не успев вскрикнуть, оказались в руках разведчиков. На мундире одного из них оказались фельдфебельские погоны.
Через минуту повозка свернула с дороги и направилась к развалинам хутора. На мокром брезенте лежали трое пленных. Вблизи хутора один из гитлеровцев, как-то развязав руки, выпрыгнул и побежал.
Короткая автоматная очередь бросила его на землю. Фельдфебель и ещѐ один солдат были доставлены в штаб. Под покровом того же проливного дождя разведчики возвратились к своим до наступления ночи.
В обоих приведѐнных примерах на первый план выступают мужество и отвага воинов. Но успех дела предопределило не только это, но и умелое руководство их действиями со стороны командиров.
Командиры взводов хорошо ориентировались в обстановке. Один из них удачно выбрал место для организации засады и правильно организовал действия групп, второй проявил инициативу в выборе времени, умело оценил обстановку, в которой решил захватить пленного, не забыл воспользоваться трофейным имуществом для маскировки своих действий.
Танковый взвод в засаде
В январские дни 1945 г. одно из наших танковых соединений, завершив окружение восточно- прусской группировки гитлеровских войск, в течение нескольких суток вело упорные бои с противником, пытавшимся прорвать кольцо окружения и соединиться с деблокирующими частями.
В ходе этих боѐв нашей разведкой было установлено, что к востоку от населѐнного пункта
Шамшизмшен противник начал группировать пехоту, танки и штурмовые орудия в целях перехода в наступление в направлении на Пликен. Не трудно было догадаться, что гитлеровцы решили прорваться на запад именно здесь.
Чтобы не дать возможности противнику осуществить свой замысел, наше командование решило усилить поредевшие подразделения оборонявшейся здесь мотострелковой бригады, входившей в танковое соединение, танками и артиллерией.
На усиление мотострелков был направлен танковый взвод. На одном из этапов боя взвод получил задачу, действуя из засады на северной опушке рои «Дубовая», не допустить прорыва танков противника вдоль дороги, ведущей от Шамшизмшен на юго-запад. Взводу были назначены основная полоса огня: справа – северо-восточная опушка рощи «Дубовая», юго-восточная окраина Шамшизмшен, слева – северо-западная опушка рои «Дубовая», южная опушка рощи «Длинная» – и дополнительная: справа – северо-восточная опушка рощи «Кривая», слева – правая граница основной полосы огня.
Взводу предстояло взаимодействовать с одной из мотострелковых рот, непосредственно оборонявших Пликен. Для обеспечения действий танкистов и охранения их от внезапного нападения истребителей танков противника взводу выделялись два отделения автоматчиков.
После получения задачи и уяснения еѐ командир танкового взвода прибыл на северо-восточную окраину Пликен, где информировал командира мотострелковой роты о полученной им задаче, ознакомился с обстановкой, организацией обороны роты и построением еѐ боевого порядка. В процессе рекогносцировки командир взвода тщательно оценил обстановку и принял решение расположить свои танки на северной опушке рощи «Дубовая» с тем, чтобы при попытке гитлеровцев прорваться на юго- запад уничтожить их огнѐм в районе ориентиров 1–4.
Выбирая место для засады, командир взвода руководствовался тем, что главным направлением, на котором вероятнее всего будет наступать противник, является направление вдоль шоссейной дороги, поэтому танки удобнее всего расположить на северной опушке рощи «Дубовая». Заняв эту позицию, взвод будет иметь возможность простреливать фланговым огнѐм боевые порядки противника при его движении на Пликен или же наносить удары по бортам его танков при наступлении их вдоль шоссе.
При организации взаимодействия с командиром мотострелковой роты главное внимание командир обратил на согласование боевых усилий танков и пехоты на случай контратаки взвода в направлении ориентира 4, а также на установление порядка открытия и ведения огня по наступающим.

В районе огневых позиций, куда командир взвода прибыл сразу же после рекогносцировки, он организовал наблюдение, поставил боевые задачи командирам танков и указал огневые позиции каждому экипажу. После этого танкисты приступили к отрывке окопов и их тщательной маскировке.
Организуя огонь взвода, командир выбрал ориентиры, измерил до них расстояния, подготовил данные для ведения огня в заданных направлениях, назначил сигналы открытия и прекращения огня.
Все эти действия, как показал впоследствии ход боя, обеспечили внезапность и точность огня по танкодесантной группе противника и не позволили ей своевременно развернуться в боевой порядок.
Едва сгустились быстрые зимние сумерки, как взвод сразу же двинулся на северную опушку рощи
«Дубовая», стремясь быстрее занять огневую позицию. В темноте танкисты долбили ломами и кирками землю, сантиметр за сантиметром углубляя котлованы. К рассвету все работы были закончены; отрыты и замаскированы окопы. Никакого движения в районе огневых позиций противник заметить не мог.
Около 10 часов утра противник открыл по району Пликен сильный артиллерийский огонь. В течение 15 минут над нашими позициями бушевали огненные вихри, а когда огонь утих, из района
Шамшизмшен показалась танкодесантная группа противника. В еѐ составе были танк «Тигр» и два штурмовых орудия. На каждой машине сидели автоматчики. Танки, очевидно составлявшие разведывательную группу, двигались по дороге на Пликен, подставив свои борта под огонь пушек танкового взвода.
Продвинувшись на несколько сот метров, гитлеровцы открыли стрельбу из пушек и пулемѐтов, надеясь вызвать ответный огонь, но командир танкового взвода разгадал этот замысел противника и не подавал команды. Ещѐ накануне они с командиром роты договорились, что не дадут противнику возможности разгадать их систему огня, не будут обнаруживать себя до тех пор, пока гитлеровцы не приблизятся к ним на расстояние прямого выстрела.
Так и е вызвав ответного огня, танкодесантная группа противника приблизилась к ориентиру 4.
Этого и ждали наши танкисты. Командир взвода быстро подал команду, и весь взвод открыл огонь по
«тигру», стремясь прежде всего поразить его. По броне фашистского танка застучали снаряды, и вскоре он, густо задымив, замер на дороге. Уничтожив самую опасную цель, танкисты по команде командира взвода открыли огонь по самоходкам. Одна из них загорелась, другая начала медленно отползать в лес, прикрывая собой автоматчиков, но тут в бой вступили наши мотострелки, и вскоре большая часть группы была уничтожена. От метких выстрелов танкистов очень скоро загорелась и вторая самоходка.
Разгромив танкодесантную группы гитлеровцев, взвод тотчас же отошѐл на запасную позицию, и артиллерийский огонь противника, открытый им по району действий взвода, пришѐлся по пустому месту.
Грамотная оценка местности, правильная организация огня, умелое и чѐткое управление им со стороны командира танкового взвода позволили его танкистам одержать победу в бою, быстро и без потерь разгромить танкодесантную группу фашистов.

перейти в каталог файлов