Астрид Линдгрен Мы все из Бюллербю
 Скачать 1.19 Mb.
| Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |
Оказывается, если расплавленный свинец вылить в холодную воду, по тому, как он застынет, можно узнать, что тебя ждёт в новом году. Если, например, застывший свинец будет похож на монетку, значит, ты разбогатеешь. Так нам сказал дедушка. Мальчишкам мы про свинец ничего не сказали. Они встречали Новый год в комнате у Лассе и Боссе, а мы — у меня. Наши комнаты разделяет большой тёмный чердак. Не успели мы сесть за стол, как услышали на чердаке крадущиеся шаги. Через секунду оглушительно выстрелила хлопушка. Но мы не обратили на это никакого внимания. Мы сразу поняли, что мальчишки хотят выманить нас на чердак и напугать. Однако за выстрелом ничего не последовало, и нам стало любопытно. Мы выглянули за дверь. На чердаке было пусто и темно. Тогда мы решили подкрасться к двери мальчиков и заглянуть в замочную скважину. — Я никого не вижу, — сказала Бритта, она заглядывала первой. — По-моему, их там нет. — Да они легли спать! — сказала Анна. — Конечно, легли! — сказала я. — Мы одни встречаем Новый год. Давайте зайдём к ним и тоже выстрелим из хлопушки. Вот они испугаются! Бах! — вдруг раздалось у нас за спиной. Мы ужасно испугались. — Это мальчишки! Они спрятались на чердаке! — закричала Анна. Я побежала за карманным фонариком, и мы стали светить во все углы. Мы обыскали весь чердак, но мальчишек нигде не было. Бах! — опять выстрелила хлопушка. Выстрел был такой громкий, что вполне можно было поверить, что это выстрелило привидение. — Ну, попадись мне этот Лассе! — сказала Бритта. — Я так надеру ему уши, что надолго запомнит! — А ты его сначала найди! — сказал голос Лассе откуда-то сверху. Лассе, Боссе и Улле стояли на балке под самой крышей. Мы были очень сердиты. — Как поживаете? — спросил Лассе. — Небось заснули? Скажите спасибо, что мы вас разбудили! — Сами вы, наверно, заснули, — ответили мы. — Нам не до сна. Вот мы сейчас расплавим свинец и узнаем, что с нами случится в новом году. Этого мальчишки стерпеть, конечно, не могли. Они тут же прибежали в мою комнату и, когда увидели, как у нас красиво, решили встречать Новый год вместе с нами. Боссе ушёл, чтобы перенести к нам их угощение. Потом мы расплавили в ковшике свинец и выплеснули немного в таз с водой. Первым гадал Лассе. Когда свинец застыл, Лассе вынул его из воды и внимательно осмотрел. Наконец он сказал: — Похоже, что я стану королём. Нет сомнения, это королевская корона! — Ха-ха-ха! — засмеялась Анна. — Никакая это не корона! Это книга! Значит, ты и в новом году будешь ходить в школу. Мой свинец выглядел очень странно. — По-моему, это похоже на велосипед, — сказал Улле, и я страшно обрадовалась, ведь я давно мечтаю о велосипеде. После гадания мы долго-долго играли в орехи и рассказывали сказки. Вдруг Боссе начал неудержимо зевать. Он сказал, что ляжет на мою постель и будет ждать Новый год лёжа. Так он и сделал. А через две минуты он уже спал. Мы спросили у Лассе, который час. — Половина одиннадцатого, — ответил Лассе. Новогодняя ночь мне показалась длиннее всех остальных ночей. Стрелки на часах ползли так медленно! Но, в конце концов, они всё-таки доползли до двенадцати. Мы попытались разбудить Боссе, но он не проснулся. Мы погасили свет и долго глядели в темноту за окном. Нам хотелось увидеть Новый год. Но мы ничего не увидели. Тогда мы выпили остатки можжевёлового напитка и закричали: — Да здравствует Новый год! И решили всегда-всегда встречать Новый год, потому что это очень весело. А потом мне страшно захотелось спать, но на моей кровати спал Боссе. Нам пришлось взять его за руки и за ноги и перетащить в комнату мальчиков. Представьте себе, он даже не проснулся! Лассе раздел его и натянул на него ночную рубашку. И привязал ему к волосам мой бантик. — Пусть спит с бантиком. Утром он его увидит и вспомнит, как весело мы встречали Новый год, — сказал Лассе. Праздник у тёти Йенни Мне очень понравилось встречать Новый год, но праздник у тёти Йенни мне понравился ещё больше. Особенно потому, что мы там ночевали. Я ужасно люблю ночевать в гостях. Но я расскажу вам всё по порядку. Тётя Йенни живёт далеко от Бюллербю. Чтобы добраться до неё, надо долго-долго ехать на санях. В этот день мама разбудила всех очень рано и тут же стала напяливать на нас всякие кофты и платки. Я даже испугалась, что задохнусь, не доехав до тёти Йенни. А когда мама вдобавок ко всему стала закутывать меня в большую шаль, я сказала, что лучше уж не поеду совсем, чем таким чучелом. Мы ехали первыми. Папа сидел на месте кучера и правил. За нами ехал Улле, а за ним — Бритта и Анна. На сбруях громко звенели колокольчики. Нам стало так весело, что мы запели. Но мама испугалась, что мы наглотаемся холодного воздуха, и велела нам закрыть рты. Тогда мы стали перекрикиваться. Мы кричали Улле, а он передавал всё Бритте и Анне. — Если нас будут кормить селёдочным салатом, я уеду домой! — закричал Лассе. — Я тоже! — ответил ему Улле. Потом Улле крикнул это Бритте и Анне. Потом он крикнул нам, что Бритта и Анна тоже уедут домой, если нас станут угощать селёдочным салатом. Но домой никто не уехал, хотя селёдочным салатом нас, конечно, угощали. Просто, кроме селёдочного салата, там было столько еды, что салат можно было и не есть. Вместе с тремя дочками тёти Йенни на празднике было четырнадцать детей. Целый день мы играли в большом зале на втором этаже. Время от времени нас звали вниз и предлагали чего-нибудь съесть. Нам это даже надоело. Только мы разыграемся, как приходит тётя Йенни и спрашивает, почему мы ничего не едим. Ведь взрослые на праздниках только и делают, что едят. Вечером, когда взрослые наконец наелись, они поднялись наверх, чтобы поиграть с нами. Мы играли в жмурки. Водил дядя Нильс. Ему завязали глаза большим клетчатым платком, и нам очень нравилось подбегать и дёргать его за пиджак. Потом мы играли в фанты. Моим фантом было маленькое золотое сердечко. Когда судили, моему фанту выпало три раза перекувырнуться через голову. Это очень просто. Я перекувырнулась, и мне вернули мой фант. А Улле должен был крикнуть в печку имя своей возлюбленной. Он подошёл к печке и крикнул: «Лизи!» Лассе так и покатился со смеху, а я чуть не сгорела от стыда. Улле с презрением посмотрел на нас и сказал: — Дураки! Я назвал мою маму, ведь её тоже зовут Лизи! Нашему папе выпало покаркать вороной. Но самое смешное задание получила тётя Йенни. Она должна была залезть на стол и прокукарекать по-петушиному. Правда, тётя Йенни отказалась влезать на стол. — Чепуха! — заявила она. — Ни один стол не выдержит такую толстуху! Наверно, она была права, потому что весила больше ста килограммов. Наконец нас отправили спать. В зале на полу нам постелили соломенные матрацы и дали каждому по одеялу. А когда мы легли, взрослые пришли взглянуть на нас. — Смотрите, вот лежит несколько метров молодой Швеции! — сказал мой папа. Взрослые думали, что мы сразу заснём. Но четырнадцать детей не могут лежать молча, поэтому сразу не заснул никто. Нанна, старшая дочка тёти Йенни, рассказала нам об одном кладе, который какой-то рыцарь давным-давно зарыл поблизости от их дома. Лассе решил тут же идти искать этот клад. Но Нанна сказала, что его никто не может найти, потому что он заколдован. Не знаю, может быть, Лассе всё-таки ходил искать клад, я заснула. Домой мы отправились только к концу второго дня. Было уже почти темно. Мы больше ничего не кричали друг другу, потому что очень устали. Я лежала в санях на спине и смотрела на звёзды. Их было много-много, и все они были страшно далеко. Я забралась поглубже под меховую полость и шёпотом запела, так, чтобы меня не услыхали Лассе и Боссе: Где ты, звёздочка, живёшь? Что ты ешь и что ты пьёшь? Мне очень хочется и в будущем году поехать на праздник к тёте Йенни. Прославленный фигурист из Бюллербю проваливается в прорубь Если пересечь загон, где летом пасутся коровы Анны и Бритты, выйдешь прямо к небольшому озеру. Зимой мы там катаемся на коньках. В этом году лёд на озере был особенно гладкий. Но мама запретила ходить на озеро, потому что там сделали прорубь, когда рубили лёд для нашего погреба. Я сказала маме: — Да ведь её оградили можжевельником, мы его увидим и не станем подходить близко. И мама нас отпустила. Но на Лассе иногда находит дурь. Особенно, когда ему хочется, чтобы все обратили на него внимание. Так было и на этот раз. Лассе стал кататься у самой проруби. — Смотрите на прославленного фигуриста из Бюллербю! — кричал он, подъезжая к самой проруби и сворачивая в последнюю секунду. — Осторожней, Лассе! — предупредил его Улле. Мы стали ругать Лассе, но это не помогло. Он катался вокруг проруби и выделывал всякие кренделя. Лассе умеет ездить даже задом наперёд! — Вот как мчится великий фигурист из Бюллербю! — крикнул он снова. В самом деле, Лассе мчался задом наперёд, спиной к проруби. На этот раз он не успел свернуть и плюхнулся в воду. Мы, конечно, заорали. И Лассе тоже, даже ещё громче, чем мы. Нам было очень страшно, что Лассе утонет. Но потом мы легли на лёд цепочкой и ухватили друг друга за ноги. Ближе всех к проруби лежал Боссе, Улле держал его за ноги, а мы держали Улле. Боссе протянул Лассе руку, помог ему выбраться на лёд, и мы со всех ног пустились домой. — А если бы ты сейчас был усопленником, как бы ты пришёл домой? — спросил Боссе. — Дурак, не усопленником, а утопленником! — огрызнулся Лассе. Но конечно, он был очень благодарен Боссе за то, что Боссе помог ему выбраться из проруби. Иначе он ни за что не подарил бы ему всех своих оловянных солдатиков. Мама ужасно рассердилась на Лассе. Она заставила его лечь в постель и выпить горячего молока. И не разрешила встать до самого вечера. «Пусть полежит и подумает о своих грехах», — сказала мама. Вот после того, как Лассе полежал и подумал, он и подарил Боссе своих солдатиков. А вечером, когда мы строили снежные крепости и бросались снежками, Лассе был уже с нами. У нас с Бриттой и Анной была одна крепость, а у мальчишек — другая. Но вообще-то мы не любим играть с мальчишками в снежки. У них снежки слишком твёрдые, и бросают они их слишком сильно. Они ринулись на нашу крепость, и Лассе орал во всё горло: — Смерть или победа! На вас идёт Гроза Севера! Бритта крикнула ему в ответ: — Какая ещё Гроза? А где же прославленный фигурист, который провалился в прорубь? И Лассе замолчал. Но крепость нашу они захватили, нас взяли в плен и приказали нам весь вечер лепить снежки, иначе нас ждёт смерть. — Зачем вам столько снежков? — спросила Анна. — Запас на лето! Сама знаешь, летом снежков не достать, — ответил Лассе. — До лета ты ещё сто раз провалишься в прорубь! — сказала Анна. Но вскоре мы с Бриттой и Анной замёрзли и побежали в хлев греться. Там было тепло и уютно. Мы стали играть в чижа. Мальчишки тоже пришли в хлев. Коровы смотрели на нас во все глаза. Наверно, они не понимали, зачем люди играют в чижа. По очереди мы ударяли палкой по заострённому концу чурки, стараясь попасть чуркой в круг. Но гораздо чаще чиж попадал в стойла к коровам. Конечно, это не очень умная игра, но играть в неё весело. А потом пришёл папа и запретил нам шуметь. Он сказал, что одна корова вот-вот отелится. Эту корову звали Лотта. Мы стали смотреть на Лотту. Когда телёнок родился, папа принял его на руки. Это был маленький хорошенький бычок. Счастливая Лотта начала его облизывать. Папа попросил нас придумать телёнку имя. — Гроза Севера! — тут же предложил Лассе, который признавал только старинные имена. Я сказала, что глупо давать такое имя хорошенькому телёночку. — А может, он вырастет в злющего быка! — сказал Лассе. Улле предложил назвать нашего телёнка Петером, и папа согласился, что такое имя телёнку подходит гораздо больше. — Тогда пусть его зовут Северный Петер, — попросил Лассе. А потом было уже пора ложиться спать. Когда мы с Лассе и Боссе поднялись на чердак, и я собиралась уйти в свою комнату, Лассе сказал: — А мне всё-таки здорово повезло, что я не утонул! — Смотри не провались ещё раз! — сказал Боссе. Как Бритта была учительницей, и как мы обманули настоящую учительницу первого апреля Каникулы кончились, и мы снова пошли в школу. Вернее, не пошли, а поехали. На финских санках. У нас трое финских санок. Иногда мы составляем их вместе, и у нас получаются одни длинные санки с тремя сиденьями. В школе было очень весело. Все переменки мы обменивались глянцевыми картинками. Конечно, только девочки, а не мальчишки. Мальчишки на переменах только и делают, что бросаются снежками. Это зимой. А весной они играют в чижа. Когда им нечем заняться, они дерутся. И шумят на уроках. Шумят они в любое время года. Учительница говорит, что у них руки так и чешутся, чтобы напроказить. У нашего Лассе они наверняка чешутся сильнее, чем у всех. Однажды он знаете, что проделал! Боссе подарил ему резинового поросёнка, которого можно было надувать. Когда из поросёнка выходил воздух, поросёнок громко пищал. Лассе принёс поросёнка в школу. Мы с  перейти в каталог файлов | Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |