Словарь гендерных терминов
 Скачать 2.23 Mb.
| Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |
Феминизм постколониальной волны (постколониальный феминизм) - направление феминистской мысли, выработанное теоретиками из стран третьего мира начиная с 1980-х гг. Постколониальный феминизм проблематизирует культурную идентичность, язык и национализм в их связи с положением женщин в новых национальных государствах Африки, Азии и Карибского бассейна, женскую (само)репрезентацию в постколониальных культурах и критическое отношение к западному ("белому") феминизму. Феминистские и постколониальные теории соприкасаются, когда рассматривают патриархат и империализм (колониализм) как аналогичные по своему воздействию формы угнетения: опыт женщин в патриархате и опыт колонизированных субъектов во многом схожи. Поэтому во многих (пост)колониальных обществах актуальна феминистская дискуссия на тему, что являлось для женщин более политически значимым: угнетение по признаку пола или колониальное угнетение. Как феминизм, так и постколониальный дискурс уделяют значительное внимание проблеме языка как символическому ресурсу конструирования идентичности и, вместе с тем, создания инаковости и маргинализации угнетенных субъектов. Гайятри Спивак (Gayatri Spivak) в работе "Могут ли угнетенные говорить?" ("Can a Subaltern Speak?"), ставшей классикой как постколониальной, так и феминистской теории, показывает, что индийские женщины являются "низшим классом" с экономической и расовой точек зрения, и демонстрирует, что помещение женщин внутрь изобретенной мужчинами "национальной традиции" (основы идеологии национальной независимости и создания независимого государства) означает, по сути дела, лишение их собственного голоса, права (публичной) речи и возможности участия во власти. Если же угнетенная заговорит, каким языком будет она пользоваться? - проблематизируют далее вопросы символического феминистские теоретики. Должны ли женщины выработать свой собственный язык (так как в обычном символически закреплено их подчинение)? Или создание такового само по себе является средством исключения женщин из общего (а по сути, мужского) дискурса? Имеют ли женщины, рассматривающиеся как воспроизводительницы и хранительницы национальной культуры, "право собственности" внутри этой культуры? В начале 1980-х гг. многие феминистские теоретики из стран третьего мира подвергли критике западный феминизм за игнорирование опыта небелых женщин. По их мнению, идея, что пол (гендер) существует вне рамок культурных различий, т. е. что существует некая универсальная категория женщины, на самом деле исходит из представлений, в основе которых лежит опыт западных женщин среднего класса. Чандра Моханти (Chandra Mohanty) в 1991 г. в эссе "Под западным взглядом" ("Under Western Eyes") проанализировала репрезентации (образы) женщин колониальных стран, принятые в западных культурах: в литературе, искусстве, медицинских описаниях, этнографических исследованиях цветные женщины определяются почти исключительно в рамках понятий "нищета", "отсталость", "гиперсексуальность", социальная и религиозная виктимизация. Этот подход служит дальнейшей маргинализации женщин колониальных стран. Моханти подвергла деконструкции концепцию "мирового сестринства" и показала, что цветные женщины сталкиваются с двойной системой дискриминации: их одинаково эксплуатируют белые мужчины и женщины (см. Репродуктивный труд женщин). Феминизм постколониальной волны объединяет огромное количество текстов, подходов и взглядов на те политические стратегии, которые послужат освобождению женщин новых национальных государств. Postcolonial feminism (англ.) Литература: Спивак Гайятри Чакраворти. Могут ли угнетенные говорить? // Введение в гендерные исследования. Ч. II: Хрестоматия / Под ред. С. В. Жеребкина. Харьков: ХЦГИ, 2001; СПб.: Алетейя, 2001. С. 649-670. Mohanty C. T. Under Western Eyes: feminist scholarship and colonial discourse. Boundary 2 (Spring/Fall). 1984. Mohanty C. T., Russo A. and Torres L. (eds.). Third World Women and the Politics of Feminism. Bloomington: Indiana University Press, 1991. Фемининность (феминность, женственность) - характеристики, связанные с женским полом (Большой толковый социологический словарь. С. 208), или характерные формы поведения, ожидаемые от женщины в данном обществе (Гидденс. С. 680), или же "социально определенное выражение того, что рассматривается как позиции, внутренне присущие женщине" (Tuttle). Традиционно предполагалось, что фемининнось биологически обусловлена, и ей приписывались такие черты, как пассивность, отзывчивость, мягкость, поглощенность материнством, заботливость, эмоциональность и т. п. Эти представления находились в соответствии с отнесенностью женщин к частной, а не также к публичной сфере. Но феминистские исследования оспорили обусловленность социокультурных характеристик и процессов биологическими различиями: фемининность не столько природна, сколько с детства сконструирована - девочка подвергается осуждению, если она недостаточно женственна. Согласно французским феминистским теоретикам (Э. Сиксу, Ю. Кристевой), фемининность - это произвольная категория, которой женщин наделил патриархат. Существует также представление, что фемининность - особая "равная-но-различная" противоположность маскулинности, что также неверно, поскольку маскулинные черты (стойкость, самодостаточность, смелость и др.) полагаются ценными для всех людей, включая женщин, а фемининные - желательные только для женщин с точки зрения их привлекательности для мужчин. Радикальные лесбиянки полагают, что, таким образом, сущность фемининности - в установлении для женщин ограничений, которые в конечном итоге именно мужчины находят полезными, приятными и безопасными для себя. Начиная с 70-х годов феминистки сначала отвергали фемининность как воспроизводящую вторичный статус женщин в пользу андрогинии, но затем эта позиция стала подвергаться ими сомнению. Психолог Ж. Миллер предположила, что такие черны фемининности, как эмоциональность, уязвимость и интуиция - это не слабость, а особая сила, которая может стать существенной для построения лучшего общества, и что эти черты мужчины могли бы развивать в себе. Современный кризис маскулинности косвенно свидетельствует в пользу этого положения. Фемининность в рамках андроцентричной (см. Андроцентризм) культуры определяется как маргинальная по отношению к существующему символическому порядку, в котором маскулинность выступает как норма. Femininity, feminity (англ.) Литература: Большой толковый социологический словарь (Collins). Том 1 (А-О): пер. с англ. М.: Вече, АСТ, 1999. 544 с. Гидденс Энтони. Социология. М.: Эдиториал УРСС, 1999. 704 с. Tuttle L. Encyclopedia of feminism. New York, Oxford, 1986. Феминистская антропология объединяет различные исследовательские позиции, теории и методы анализа кросс-культурной вариативности гендерных отношений представлением о культурной сконструированности полового неравенства, поиском его объяснений и помещением женщины в центр культуры и общества. В традиционной антропологии изучение женских ролей занимало значительное место (что требовало присутствия в полевых исследованиях женщин, и в антропологии исследовательниц всегда было больше, чем в других дисциплинах). Однако, изучая в соответствии с собственными культурными ожиданиями социальные, экономические и религиозные институты, имеющие очевидную формальную структуру, т. е. аналогичные тем, которые доминируют в западном обществе, исследователи относили женщин и их деятельность в область внеисторической частной (домашней) сферы и, соответственно, рассматривали их как менее значимых информантов, а также трактовали полученные сведения в рамках западного мужского опыта. Антропологи, которые описывали и изучали концепт пола и представления о половой дифференциации в различных культурах, сталкивались с одним и тем же противоречием (хотя не все осознавали и артикулировали его). С одной стороны, описания деятельности женщин свидетельствовали об огромном разнообразии социополовых ролей. С другой, представление о "естественности" социальных различий между мужчинами и женщинами не было поколеблено даже работами Маргарет Мид, впервые подкрепившей идею о социальной сконструированности отношений пола этнографическим материалом, собранным на Самоа и в Новой Гвинее. Мид считала, что "многие, если не все, черты личности, которые мы считаем мужскими или женскими, так же слабо связаны с полом, как та одежда, манеры или головной убор, которые общество в данный период предписывает каждому полу". Работы Мид стали интеллектуальными предшественниками феминистской антропологии, связанной своим возникновением с научными и общественными процессами начала 1970-х гг. на Западе. Формальное начало новой "антропологии женщин" (anthropology of women) было положено выходом двух антологий: "Женщины, культура и общество" ("Women, Culture and Society") под редакцией Мишель Розалдо (Michelle Rosaldo) и Луиз Ламфер (Louise Lamphere) в 1974 г. и "К антропологии женщин" ("Towards the Anthropology of Women") под редакцией Рейны Рейтер (Reina Reiter) в 1975 г. Антропология женщин поставила под сомнение ту периферическую позицию, которая приписывалась в культуре женщинам, а также сформулировала в качестве главного на то время вопрос: почему и как женщины, несмотря на многообразие их ролей, ни в одном обществе не обладают властью над мужчинами в публичной сфере (т. е. находятся в положении угнетенных)? Антропологи, работавшие в актуальной в начале 1970-х гг. марксистской перспективе, пытались найти ответ в материальных условиях жизни людей, изучая то, что делали мужчины и женщины для выживания и воспроизводства, и поставив под сомнение две основные фигуры традиционной антропологии - мужчину-охотника как основного производителя пищи и женщину-собирательницу как его "помощницу". Элеанор Ликок (Eleanor Leacock) предположила, что в первобытных и ранних земледельческих обществах женщины и мужчины осуществляли приблизительно равный вклад в обеспечение сообщества пищей, а потому существовали в отношениях сравнительного равноправия (в XIX в. эти идеи были высказаны Ф. Энгельсом). Мужское доминирование и возникновение социальной стратификации связано с возникновением государства и, при колонизации земель, распространением капитализма. Таким образом, угнетение женщин является не "естественным" состоянием, а артефактом. Мишель Розальдо считала, что женская роль в процессе воспроизводства (вынашивание и вскармливание ребенка, т. е. работы, которые мужчины выполнять не могут) является причиной того, что женщины удаляются из публичной сферы (где сосредоточена власть) в частную, домашнюю. Шерри Ортнер (Sherry Ortner), работавшая в то время в структуралистской перспективе, указала, что универсальность полового неравенства, его существование во всех культурах, примитивных или сложных, служит свидетельством того, что оно является чем-то глубинным, фундаментальным и чрезвычайно упорным, что нельзя уничтожить не только измененим отдельных социальных ролей, но и перестройкой всей экономической структуры. Всеобщую девальвацию женщин (Ортнер использует этот термин - обесценивание, имея в виду, что женщины рассматриваются обществом как менее значимые и что существующая социальная организация не допускает женщин к деятельности, которая предполагает вхождение во власть) следует рассматривать в свете других культурных универсалий. Женщина символизирует то, что все культуры трактуют как низшее, т. е. природу, которую человек стремится покорить и контролировать. Природа существует "сама собой", человек - посредством осознанного действия над природой. Ортнер полагает, что тот факт, что женщина обладает репродуктивными функциями, присущими только ей, значим на трех уровнях: 1) женское тело и его функции кажутся близкими к природе (в отличие от мужской физиологии, которая оставляет его свободным для культуры); 2) в связи со своими телесными функциями женщины помещаются в те социальные позиции (роли), которые считаются более низкими, чем мужские; 3) традиционные женские роли, в свою очередь, порождают определенную психологию женщины, которая также рассматривается как менее окультуренная. Таким образом, оппозиция женского и мужского становится оппозицией природного и культурного: во всех обществах женщины рассматриваются как часть природы и помещаются вне исторического времени и пространства культуры, а мужчины, как часть культуры, живут в истории и воплощают "человеческое". То, что делают женщины даже за пределами домашней сферы, девальвируется, потому что это делают женщины, но это не предопределено природой, а сконструировано культурно. Вопросы естественности либо сконструированности неравенства волновали в этот период и биологических антропологов, и приматологов. Общепринятая модель отношений в колониях приматов, предполагающая доминирование мужских особей (которые добывают основную пищу и защищают самок), была опровергнута исследованиями Тельмы Ровелл (Thelma Rowell), Джин Альтман (Jeanne Altman) и других. Они доказали, что именно самки с детьми составляют социальное и постоянное ядро колонии, в то время как мужские особи перемещаются между колониями. Феминистские исследования 1970-х гг. позволили интегрировать в антропологию "женскую тему", однако с течением времени подход, получивший название "добавить женщин и размешать" стал все менее удовлетворять исследователей. В 1980-е гг. в социальных науках стала популярной идея, что производство знания социально обусловлено (зависит от того, кто является его производителем или носителем), что привело к осмыслению трех тем: женщины как профессиональные антропологи; женщины как информантки (т. е. носительницы знания); женщины как объект анализа в социальных науках. Пересмотр дискурсивных оснований антропологии и их критика, помимо этого, были логическим следствием постмодернистского подхода, ставшего в этот период широко распространенным на Западе. В соответствии с ним те категории, которые исследователи используют при описании других культур, например, мужское доминирование и женское подчинение, сами по себе являются идеологическими и культурными конструкциями. В 1990-е годы феминистская антропология включила в сферу своего анализа те процессы, которые обусловлены развитием естественных наук, технологии, медицины и массовой коммуникации, например, новые репродуктивные технологии, "поведение" мужчин и женщин в Интернете и др. Феминистская антропология способствовала тому, что категория гендера стала рассматриваться как элементарный организующий принцип любых человеческих сообществ. Feminist anthropology (англ.) Литература: Гапова Елена. Гендерная проблематика в антропологии // Введение в гендерные исследования. Ч. I: Учебное пособие / Под ред. И. А. Жеребкиной. Харьков: ХЦГИ, 2001; СПб.: Алетейя, 2001. Leonardo Michaela (ed.). Gender at the Crossroads of Knowledge: Feminist Anthropology in the Postmodern Era. University of California Press, 1991. Mead Margarete. Sex and Temperament. New York: Morrow, 1935. Moore Henrietta. Feminism and Anthropology. Polity Press, 1988. Rosaldo Michelle and Lamphere Louise (eds.). Women, Culture and Society. Stanford: University press, 1974. Reiter Reina (ed.). Toward an Anthropology of Women. New York: Monthly Review Press, 1975. Феминистская кинокритика. Киноведение (Film Studies) становится важным компонентом феминистской теории с конца 1960-х гг., и дебаты того времени фокусируются в основном вокруг трех центральных тем: стереотипы (см. Гендерные стереотипы), порнография и идеология; а также касаются различных моментов технологии конструирования гендера, приписывания смыслов женскому и мужскому посредством кино и массмедиа. Основные направления современной феминистской кинокритики делают акцент на гендерной специфике таких ипостасей кино, как: 1) социальный институт; 2) способ производства; 3) текст; 4) чтение текста аудиторией. Кино как социальный институт включает целый комплекс разнообразных социальных ролей, в том числе зрителя и режиссера фильма, критика и продюсера, актера и сценариста, администрацию телеканала, кинотеатра или студии видеозаписи. В качестве устоявшейся и регулярной социальной практики, санкционируемой и поддерживаемой социальными нормами, кино играет важнейшую роль в социальной структуре современного общества, удовлетворяет потребности различных социальных групп, и поэтому подчиняется вкусам зрителей. Социокультурный контекст практик кинопотребления при этом, очевидно, обладает гендерной спецификой. Гендерная структура производства фильма выражается в конкретных позициях, задачах, опыте, ценностях, наградах и оценке женщин-создателей картины и может быть рассмотрена на микро-, мезо- и макроуровне, например, в таких аспектах: 1) служащие в кинопроизводстве - на какую работу и как нанимают женщин, а также как с ними обращаются; 2) профессионалы в кино - как женщины работают, как воспринимают свою профессиональную роль, и как эта роль воспринимается их коллегами-мужчинами; 3) гендер и организация - институт или факультет кинематографии, киноведения; 4) ориентация кинопродукции на женщин; 5) гендер и экономический, социальный и правовой контексты кинопроизводства. Текстуальный анализ гендера в кино развивается в двух направлениях: количественный контент-анализ и семиотика. В случае количественного контент-анализа исследуются роли, психологические и физические качества женщин и мужчин, появляющиеся в разных жанрах; насилие на экране, при этом исследователи формулируют ряд категорий, которые передают проблемы исследования, а затем в соответствии с этими категориями классифицируют содержание текста. Типичный вывод феминистского контент-анализа кино: кинопродукция не отражает действительное количество женщин в мире и их вклад в социальное развитие. Например, в работе Г. Тачмен на основе контент-анализа утверждается, что недостаток позитивных женских образов на телевидении ухудшает положение женщин на рынке труда. Семиология или семиотика, привлекая качественные методы социальных наук, методы философии и лингвистики, позволяют обнаружить структуры смыслов, а не ограничиваться констатацией присутствия или отсутствия женщин в культурных репрезентациях. Феминистский семиотический анализ развивается в более широкую культурную критику, и аналитические проблемы, которые решаются в исследовании кинорепрезентаций социального неравенства - это определение, кто допускается, а кто вытесняется на периферию социальной приемлемости, а также вопрос о том, каким образом в репрезентациях оформляются гендерные, расовые и иные социальные различия, как сравниваются между собой и характеризуются группы в отношении друг к другу. Психоаналитический подход в феминистской кинокритике, или screen theory, относится к текстуальному анализу кино и представлен, прежде всего, статьей Лоры Малви "Визуальное удовольствие и нарративное кино". Влияние подхода, предложенного Малви, распространялось на исследования кино, телевидения, рекламы и других форм визуальной культуры. Статья Малви стала частью политического проекта, нацеленного на разрушение гендерных удовольствий классического голливудского кино. Вопросы мужского и женского удовольствия, проблемы зрелища и зрительской аудитории обсуждаются не только в рамках психоаналитического подхода. Есть целый ряд исследований, посвященных тому, каким способом нарративные и визуальные средства допускают разные "прочтения" текстов. Различия и сам факт этих "прочтений" зависят от конкретных характеристик и рассматриваемых контекстов, а не только от психоаналитической драмы, вписанной в текст. Такое развитие аналитических подходов привело к переориентации исследований, к анализу реальных аудиторий, которые оказываются в центре современных феминистских проектов исследования кино и массмедиа. Некоторые феминистские исследования обвиняют кинематограф в поддержании стеореотипов половых ролей, предполагая, что аудитории попадают под влияние его сексистского (см. Сексизм) содержания. Другие доказывают, что фильмы, телепрограммы и порнографические медиа, в частности, побуждают мужчин на агрессивные и насильственные акты против женщин. Третьи используют логику психоанализа и теории идеологии, утверждая, что кино и средства массовой информации способствуют распространению в обществе доминантной идеологии. Это направление разрабатывается в таких исследовательских проектах, как интерпретативные исследования медиа, этнографии аудиторий. Аудитории при этом следует понимать не как пассивно принимающих информацию потребителей, но как производителей смыслов. Некоторые ученые проводят включенные наблюдения, другие применяют метод опроса, как, например, в работах Дж. Стейси о женском зрительстве, Иен Энг и Дороти Хобсон об аудиториях мыльных опер и телесериалов. Предметная область феминистской кинокритики простирается за пределы текста, до отношений фильма и зрителя в контексте культуры. А. Кун называет такой контекстуальный подход, основанный на семиотике и феминистском психоанализе, "делать видимым невидимое". Это феминистское прочтение фильма, которое выявляет способы конструирования "женщин" в кинообразах или нарративной структуре, помещая сюжет в конкретные социальные практики властных отношений, учитывая условия производства фильма и более широкий социальный контекст. Feminist film criticism (англ.) Литература: Де Лауретис Тереза. В зазеркалье: женщина, кино и язык // Введение в гендерные исследования. Ч. II: Хрестоматия / Под ред. С. В. Жеребкина. Харьков: ХЦГИ, 2001; СПб.: Алетейя, 2001. С. 738-758. Малви Л. Визуальное удовольствие и нарративный кинематограф // Антология гендерных исследований. Сб. пер. / Сост. и комментарии Е. И. Гаповой и А. Р. Усмановой. Минск: Пропилеи, 2000. С. 280-296. Тикнер Л. Феминизм, история искусства и сексуальное различие // Введение в гендерные исследования. Ч. II: Хрестоматия / Под ред. С. В. Жеребкина. Харьков: ХЦГИ, 2001; СПб.: Алетейя, 2001. С. 695-717. Усманова А. Женщины и искусство: политики репрезентации // Введение в гендерные исследования. Ч. I: Учебное пособие / Под ред. И. А. Жеребкиной. Харьков: ХЦГИ, 2001; СПб.: Алетейя, 2001. С. 465-492. Ярская-Смирнова Е. Р. Мужчины и женщины в стране глухих. Анализ кинорепрезентации // Гендерные исследования, N 2. (1/1999): Харьковский цент гендерных исследований. М.: Человек & Карьера, 1999. С. 260-265. Ярская-Смирнова Е. Р. Гендер, власть и кинематограф: основные направления феминистской кинокритики // Журнал социологии и социальной антропологии. N 2, 2001. С. 100-119. Kuhn A. Women's Pictures. Feminism and Cinema. London, New York: Verso, 1994. Tuchman G. Hearth and Home: Images of Women and the Media. New York: Oxford University Press, 1978. Zoonen, van. Feminist Media Studies. London: Sage, 1996. P. 108.  перейти в каталог файлов | Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |