Курс советской истории (1917-1940). Соколов А.К.. А. К. Курс советской истории, Учебное пособие

Противоречия российской модернизации Прежде всего следует отметить туго затянувшийся узел неразрешимых в рамках существовавшего в России государственного строя противоречий. На рубеже веков стали очевидны признаки вступления страны в стадию модернизации, накопленные в результате предшествующих десятилетий. Изменения были налицо как в экономике, таки в духовной жизни общества, прочно входили в сознание людей, вызывая к жизни новые потребности и интересы, которые сталкивались в повседневной практике с прежними устоями и нормами жизни. Российская империя к началу века обладала огромной территорией, занимавшей шестую часть суши на общем материковом пространстве Европы и Азии - Евразии. Соперничать с нею по владениям могла только Британская империя, обладавшая колониями, разбросанными по всему земному шару. Население России накануне Первой мировой войны составляло более 170 млн. человек, увеличиваясь ежегодно на два с половиной миллиона. При этом на городское население приходилось всего 18%. Урбанизационные процессы - непременный спутник модернизации - обозначались еще очень слабо, причем в них явно прослеживались специфические для России черты это, во-первых, исключительно быстрый рост обеих столиц - Петербурга и Москвы, которые одновременно были и крупнейшими индустриальными и культурными центрами, средоточием городской жизни, и, во-вторых, медленная эволюция сельских и заштатных центров в города, по мере того как туда проникали новые явления. Тем не менее значительная часть промышленного и промыслового населения России продолжала оставаться в деревне. Границы между городом и селом небыли жесткими. Это обстоятельство следует учитывать, когда заходит речь об основах бытия российского общества. Народное хозяйство страны находилось на подъеме. Экономика развивалась относительно быстрыми темпами. Интегральным показателем ее роста является национальный доходили валовой общественный продукт. Если проследить его изменение за длительный период времени и сравнить с другими государствами, то можно увидеть, что Россия двигалась вперед быстрее, чем Англия и Франция, которые раньше России вступили на путь модернизации, и медленнее, чем Германия и США, стартовавшие с ней примерно водно время. Если брать более короткие циклы, например период с 1908 по 1913 гг., то темпы прироста национального дохода (до 7% в год) были даже выше, чем где бы тони было. Трудно сказать, сколь длительным был бы этот подъем, прерванный вступлением России в Первую мировую войну, и какие факторы определяли экономическую конъюнктуру долговременные или кратковременные. Один из самых известных деятелей ХХ в. британский политик У. Черчилль считал, например, что перспектива была весьма благоприятная. Трагедия России, указывал он, заключалась в том, что "корабль пошел ко дну, когда показался берег. Однако предшествующие годы свидетельствовали о том, что экономическое развитие страны было крайне неравномерным. Подъем перемежался периодами кризисов и спадов, нередко сопровождавшимися колебаниями политического маятника. Вот и накануне войны возникли симптомы политической нестабильности, которые в советской историографии были названы "новым революционным подъемом. Но главное даже не в этом. "Догоняющая" модель экономического развития, проистекающая из ориентации России на более "передовой" Запад, как бы обрекала ее на повторение пройденного и постоянное отставание. Темпы роста экономики России, учитывая размеры и масштабы страны, были явно недостаточны и не отвечали ее национальным интересам. Процессы модернизации оставались поверхностными и не везде еще затронули глубинные пласты народной жизни. Страна оставалась преимущественно крестьянской, аграрной. Сельское хозяйство давало 51% национального дохода, промышленность - 28%, остальное приходилось на торговлю и транспорт. На мировом рынке Россия выступала главным поставщиком сельскохозяйственных продуктов. Главной статьей экспорта были рожь, затем шли овес, ячмень, пшеница, те. "хлеб. Наверное, само по себе

это было бы неплохо, если бы не отсталость российской деревни, где явно преобладали еще низкопродуктивные экстенсивные формы земледелия и скотоводства и малопроизводительное мелкое крестьянское хозяйство. Сопоставление России с передовыми странами Запада, обычное для широкой российской публики, подогревало унизительное чувство отсталости в настроениях различных классов и слоев российского общества. Естественно, вставал вопрос о причинах отставания и путях его преодоления, выхода из сложившейся ситуации. Изменения в мире и Россия Изменения, происшедшие в мире вначале века, не остались без внимания современников. Попытки осмыслить их рождали множество теорий развития новейшего капитализма. Марксизм, как одна из самых влиятельных экономических теорий того времени, утрачивает свою целостность, распадается наряд оттенков социал- демократической мысли. Чем больше углублялись новые отношения в мире, тем явственнее обозначались противоречия в судьбах отдельных стран, в особенности таких, как Россия, сочетавших в себе и новейшее слово капитализма и элементы отсталости. Возникновение большевизма как особого ответвления марксизма на российской почве, конечно, не было случайным. Теоретики большевизма, прежде всего Ленин и Бухарин, предложили для новейшего времени такую экономическую категорию, как империализм. Теория империализма представляла собой любопытное сочетание верных и неверных наблюдений и выводов, особенно очевидных с высоты сегодняшнего дня. Так, сегодня можно суверенностью сказать, что, определив империализм как последнюю стадию капитализма, как загнивающий и умирающий капитализм, как эпоху пролетарских революций, те. сделав ставку на насильственное ниспровержение капиталистических порядков, лидеры большевизма ошиблись в оценке исторической перспективы, недооценили способность капитализма к органическому саморазвитию и самоорганизации в зависимости от складывающейся ситуации. Но справедливости ради следует сказать, что многие тенденции, свойственные началу века, действительно была чреваты серьезными угрозами и катаклизмами. Так, Бухарин в своей книге об империализме, написанной в 1915 г, в свете развивающихся в мире тенденций указал на возможность установления в ряде стран фашистских режимов и диктатур. Признаки, которые характеризуют наступление новой стадии капитализма, характерные для ХХ в, хорошо известны. Это интернационализация хозяйственной жизни, образование могущественных корпораций и фирм, соперничающих между собой и делящих сферы влияния, сращивание банковского и промышленного капитала, проникновение финансово-промышленных кругов в государственное управление и возникновение на этой основе новых правящих элит и другие признаки, обусловленные специфической ситуацией начала века - существованием колоний, вывозом капитала в них, борьбой за передел мира и т. д. Россияне осталась в стороне от этих тенденций. Многоукладность экономики России Хозяйственную жизнь страны характеризовали четыре основные уклада или, говоря более современным языком, сектора экономики государственный, частный, мелкотоварный и патриархальный. Отметить эти уклады, как это сделал в своих трудах Ленин, совсем нетрудно, поскольку они существовали едва лине с зарождения цивилизации. Главное же решить вопрос о том, как они взаимодействовали и как на них отражались новые веяния, на чем, собственно, "сломало зубы" не одно поколение исследователей. Достаточно вспомнить незаконченную дискуссию советских историков о характере многоукладности российской экономики, прерванную в свое время вмешательством высоких партийных инстанций, ибо продолжение дискуссии было опасно подрывом марксистских догм. Однако уже тогда стало

очевидным, что различные сектора экономики в новых условиях, в которых оказалась Россияне оставались без изменений, претерпевая довольно сложную эволюцию, суть которой до сих пор остается неясной. В рамках каждого сектора, например, существовала тенденция к обобществлению или социализации. На этом, вообще говоря, и зиждились различные варианты экономических теорий социализма (общинного, кооперативного, корпоративного, государственного. Для большевиков единственно приемлемым оказался государственный социализм, впрочем, не только для них, но и для других марксистов, считавших крупную промышленность олицетворением прогресса, а занятый в ней пролетариат - новым мессией, призванным привести человечество к светлому будущему. Подобные идеи в то время подпитывались реальной действительностью, быстрыми шагами индустриализации, ростом заводов и фабрик, концентрацией больших масс рабочих в промышленных центрах и все более частыми их выступлениями со своими требованиями. Особенности индустриализации в России Имелись явные признаки того, что Россия вступала в стадию быстрой индустриализации. За короткий период с конца прошлого века до начала войны в 1914 г. число промышленных предприятий и количество занятых на них рабочих удвоилось. Показатели индустриального производства в ряду других стран оценивались как средние по углю, нефти, чугуну, стали и т. д. Не надо путать их со средним уровнем развития капитализма в стране. Такое представление, вслед за Лениным, прочно утвердилось в историографии. Однако у Ленина есть и совершенно иная оценка этого уровня, когда он определяет общественный строй России как новейший империализм, оплетенный особенно густой сетью докапиталистических отношений, что находится ближе к истине. Если взглянуть на карту России того времени, то сразу бросятся в глаза резкие различия в промышленном развитии отдельных регионов. Крупная индустрия была сосредоточена всего в нескольких местах в центре, на северо-западе, на юге страны. В стадии промышленной стагнации пребывал Урал. Вначале ХХ встал быстро развиваться нефтепромышленный район Баку. Высокая концентрация производства и капиталов вела к тому, что одни районы как бы эксплуатировали другие, вырывались за счет этого вперед, тогда как в последних наблюдались застой и консервация ранее сложившихся отношений, их весьма своеобразное приспособление к новым условиям. Между центром и окраинами углублялась пропасть. Это накладывалось еще на национальные и религиозные противоречия. И каких только форм бытия нельзя было наблюдать на огромной территории страны вплоть до самых экзотических форм рабовладения (Средняя Азия) и первобытного существования (Сибирь и Дальний Восток, тем не менее не избежавших проникновения "деловых людей. Иностранный и отечественный капитал Фактором, способствующим сосуществованию самых передовых и отсталых форм хозяйства, был иностранный капитал. Он, конечно, не был господствующим в экономике России. Иностранные фирмы, компании, банки помогали развитию производительных сил страны, ее индустриализации, но одновременно часть накоплений, которая могла бы приумножить национальное богатство страны, расширить возможности капиталовложений в экономику, повысить жизненный уровень населения, уплывала заграницу в виде прибылей и дивидендов. Начало века ознаменовалось укреплением позиций национального капитала, что в какой-то мере может служить отражением особенностей вступления России в новую эпоху, ее стремления, опираясь на собственные силы и ресурсы, занять более высокое место в мировой иерархии. Более 70% инвестиций в экономику за 1908-1914 гг. было сделано отечественными предпринимателями. Значительно возросла их роль в общественной жизни

страны, неуловимо изменился их облик. Большинство из них уже мало напоминало прежних "Колупаевых и Разуваевых", надувающих и обдирающих как липку потребителей. Многие были озабочены развитием отечественной экономики, серьезно подходили к проблемам ее индустриализации, имели за плечами высшее техническое, коммерческое и другое образование и вовсе небыли олицетворением класса "паразитов, о чем настойчиво трубила социалистическая пропаганда, которая постоянно упрощала и схематизировала сложный характер экономических и социальных отношений и строила на них свою политическую стратегию и тактику. Роль государства в экономике Вследствие высокой концентрации производства и капитала в России получили распространение развитые типы монополистических объединений, банков, акционерного дела. Традиционно сильная роль государства и вмешательство его в экономическое регулирование велик преобразованию государственного сектора в государственно- монополистический, составлявший значительный удельный вес в народном хозяйстве России. Так называемые "казенные заводы" всегда были характерной чертой российской индустрии с ее особой организацией производства и управления. В национальной экономике были сильны элементы патернализма, те. особых отношений между государством и его поданными, между "хозяином и работником, возлагавшими на себя определенные взаимные обязательства. Частное предпринимательство, основанное наличной инициативе, в виде сравнительно небольших фирм и предприятий, созданных на отечественной почве, в отличие от других стран, еще недостаточно укоренилось в экономике и не могло серьезно противостоять наступлению государства и монополий. В свою очередь, мелкое кустарное и полукустарное производство, широко распространенное по всей территории страны и служившее важным элементом народнохозяйственной жизни, сохраняло еще довольно примитивный традиционный уклад и не могло конкурировать с крупными предприятиями. Противоречие между передовыми формами и отсталыми способами организации производства было весьма серьезным. Российская деревня В российской деревне вначале века также наблюдались ростки новых отношений. На огромном пространстве страны было разбросано более 20 млн. крестьянских хозяйств и 130 тыс. помещичьих имений. Общий земельный фонд страны составлял 400 млн. десятин, из них треть приходилась на крестьянские надельные земли, 12% - на частновладельческие и помещичьи, остальное - на государственные, удельные, церковные и т.п. Посевные площади составляли около 100 млн. десятин, и 90% из них - крестьянские посевы. Приведенные цифры хорошо показывают распределение земли, эффективность ее использования, наличие огромных земельных массивов, как бы лежавших под спудом, и демонстрируют существование в деревне серьезных противоречий. Значительная часть помещичьих земель сдавалась в аренду крестьянам. Естественно, что неизбежно было противостояние между двумя основными классами-сословиями: крестьянами и помещиками, особенно там, где они сосуществовали вместе и прежде всего в районах крестьянского малоземелья Земледельческий Центр, Среднее Поволжье, Левобережная и Правобережная Украина. Крестьяне с вожделением смотрели на помещичьи земли, расположенные рядом сих наделами. Вдобавок вначале века усилилась тенденция к расслоению внутри крестьянской общины, которая уже не могла сдерживать напор новых рыночных и денежных отношений, вовлекающих в свою орбиту самые глухие "медвежьи" углы. Новые явления, идущие из города, подрывали общинный уклад, традиции коллективизма и коллективной ответственности. Деревня, действительно, становилась ареной борьбы, с одной стороны, - крестьян против помещиков, ас другой - крестьян между собой, поскольку уравнительная

психология общины препятствовала выделению зажиточной части крестьянства и его фермеризации, развитию торговли, промыслов, отходу на заработки, переливу сельского населения в города. Более состоятельный крестьянин в общине нередко определялся весьма нелестным словом "кулак" со всеми вытекающими из этого следствиями. Столыпинская реформа еще более обострила существующие противоречия. Недавно в печати прошла и не утихает до сих пор активная кампания по реабилитации Столыпина и представлению его чуть лине как национального героя-реформатора за его стремление сотворить в российской деревне крепкого хозяина типа американского фермера - опору новой, переустроенной России. За это честь ему и хвала За это можно простить и столыпинские вагоны и столыпинские галстуки (Символы подавления революции 1905-1907 гг.). Конечно, как реформатор Столыпин были умнее и дальновиднее нынешних сторонников фермеризации России, понимая, что фермера на пустом месте не сотворишь. Чего ему не хватало и о чем он просил общественность, так это двадцати лет спокойствия для осуществления реформ, в том числе аграрной, направленной на разрушение общины, создание земельного рынка и рынка свободных рабочих рук, переселение крестьян на новые свободные для хозяйственной деятельности места. Но крутые и энергичные меры
Столыпина, проводимые сверху, не могли не вызвать противодействия со стороны самых разных слоев российского общества и справа, и слева. Реформа в сущности не затрагивала помещичье землевладение - гвоздь аграрного вопроса в России, несмотря на весьма скептическое отношение Петра Аркадьевича к предпринимательским возможностям российского дворянства. Следует обратить внимание, что там, где позже, после революции крестьяне получили земли помещиков, они были более склонны поддерживать советскую власть, а "российская Вандея", в отличие от французской, буйствовала там, где по большей части не было помещичьего землевладения. Так что реформы Столыпина, как к ним ни относиться, обещали деревне очень беспокойную жизнь, ив этом смысле приблизили революцию. Между тем сельскохозяйственное производство в России накануне войны 1914 г. увеличивалось довольно энергично. В какой мере это было связано с аграрными реформами
Столыпина, в какой - обусловлено благоприятным сочетанием ряда урожайных лет или другими факторами - трудный вопрос. Во всяком случае, залет, теза половину затребованного Столыпиным срока, число крестьянских хозяйств, вышедших из общины, достигло всего 2,5 млн. Община не только выжила, но и сохранила свое влияние, так как более 80% крестьянского земельного фонда регулировалось по правилам общинного землепользования, хотя вряд ли следует отрицать, что столыпинские реформы оставили в деревне заметный след. В тоже время неоспоримо и то, что накануне революции в крестьянской среде продолжали преобладать традиционные основы существования сельского мира. Не следует полностью охаивать переселенческую политику Столыпина, как это делалось ранее в советской исторической литературе. Эта политика имела свои положительные и отрицательные стороны. Примерно пятая часть крестьян, благодаря реформе, продали свои наделы. Именно среди них обнаружилось стремление к переселению на новые места, преимущественно в восточные районы, обладавшие резервами свободных земель в Сибирь, Казахстан, на Дальний Восток. Правительство всемерно поддерживало это движение, оказывая материальную помощь, выделяя денежные ссуды для переселенцев. Однако наплыв переселенцев, трудности их первоначального обустройства на новых местах, противодействие со стороны старожилов, с подозрением относившихся к пришлым, привели к возникновению ряда проблем. Громадное число переселенцев не сумело адаптироваться в новых условиях. Многие возвращались назад, озлобленные и отчаявшиеся, пополняя армию люмпенов и усиливая социальное неустройство. Город, растущая промышленность еще не могли поглотить полностью излишек рабочих рук. Увеличилась безработица. В результате ив деревне, ив городе возрастала социальная напряженность.

перейти в каталог файлов