Будущее Родовых поместий или Есть ли жизнь после Мегре
 Скачать 10.75 Mb.
| Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |
1.7 Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии(опера Н.А. Римского-Корсакова, либретто совместно с В.И.Бельским) Хочу представить вашему вниманию одно великое, но недостаточно известное произведение. Здесь мы не найдем текстуальных совпадений, но параллелизм образов главных героев и сюжета с первой книги «Анастасии» значителен. Если бы в нашем обществе интерес к классической опере в большей мере культивировался, то отношение к книгам Мегре изначально могло быть другим – как к сказке. Но наше образование, к сожалению, не включает курс классической оперы, и в среде анастасиевцев любителей оперы так же можно заносить в красную книгу. Но дело еще и в том, что анализ скрытого смысла этой оперы был сделан в одной из первых работ авторского коллектива Концепции общественной безопасности – в книге «Мертвая вода», законченной в 1991 году. Во всяком случае, я узнал об опере именно из этой книги. Для нас важно отметить этот момент потому, что в дальнейшем мы будем говорить о том, что главным источником идей книг ЗКР была именно «Мертвая вода». Опера интересна как с точки зрения иллюстрации идеи биологической цивилизации, которую олицетворяет дева Феврония, так и с точки зрения описания глобального исторического процесса. (выделения жирным шрифтом и цветом в тексте – мои) Первое действие.  Феврония. Ах, ты лес мой, пустыня прекрасная, Ты дубравушка — царство зеленое! Что родимая мати любезная, Меня с детства растила и пестовала. Ты ли чадо свое не забавила, Неразумное ты ли не тешила, Днем умильные песни играючи, Сказки чудные ночью нашептывая? Птиц, зверей мне дала во товарищи, А как вдоволь я с ними натешуся, — Нагоняя видения сонные, Шумом листьев меня угоманивала. Ах, спасибо пустыня за все, про все: За красу за твою вековечную, За прохладу порой полуденною Да за ночку парную, за воложную, За туманы вечерние сизые, По утрам же за росы жемчужные, За безмолвье, за думушки долгие, Думы долгие, тихие, радостные… (Призадумывается). Где же вы, дружки любезные, — Зверь рыскучий, птица вольная? Ay, ay!! С мест укромных собирайтеся, С зыбких мхов, болот да зарослей! Много яств про вас запасено, — Зерен, малыих мурашиков Ay, ay!! (Слетает многое множество лесных и болотных птици окружает Февронию). Феврония (журавлю). Ты журавль, наш знахарь, долгий нос, Что ступаешь ты не радошен? Али травки не сбираются? Не копаются кореньица? (Вбегает молодой медведь, ласкается и валяется. Медведя Феврония кормит хлебом). Про тебя, медведя, худо бается, — Живодер ты по пословице, — Да не верю я напраслине: Ты велик да смирен вырастешь, Будут все медведя чествовать, По дворам водить богатыим1 С домрами да сопелями На потеху люду вольному. (Подходит к дальним кустам. Из ветвей высовывает голову рогатый лось). Ты не бойсь зверька косматого, Покажись, мой быстроногий тур! (Осматривает рану на шее лося). От зубов от песьих острыих Зажила ли язва лютая? (Медведь лежит у её ног; рядом журавль и другие птицы.Из кустов появляется, незаметно для Февронии, княжич Всеволод Юрьевич и столбенеет от изумления. — Княжич выходить из кустов. Птицы и звери шарахнулись в разные стороны). Княжич Всеволод (про себя).  Что за притча, Господи! Встреча небывалая! Вот уж право невидаль, Чудеса воочию! … Княжич Всеволод (Февронии). Чья ты девица, отколь взялася? Как же ты живешь одна в пустыне? Феврония. Звать Февронией, живу при брате; Он же древолаз и нынче лазит Где-нибудь за ярой пчелкой. Нет у нас достатка никакого, А зимою и нужа бывает. … А какие сны бывают золотые! И не знаешь, где живешь взаправду, Где цветы душмяней да алее, Ярче день и солнышко теплее, — В пестрых снах, аль здесь в бобыльской доле. … Княжич Всеволод (вставая). Ты скажи-ка, красна девица, — Ходишь ли молиться в церковь Божию? Феврония. Нет, ходить-то мне далеко, милый… А и то: ведь Бог-то не везде ли? Ты вот мыслишь: здесь пустое место, Ан же нет — великая здесь церковь, — Оглянися умными очами (благоговейно, как бы видя себя в церкви). День и ночь у нас служба воскресная, Днем и ночью темьяны да ладаны; Днем сияет нам солнышко ясное, Ночью звезды, как свечки, затеплятся. День и ночь у нас пенье умильное, Что на все голоса ликование, — Птицы, звери, дыхание всякое Воспевают прекрасен Господень свет. „Тебе слава во век, небо светлое, Богу Господу чуден высок престол! Та же слава тебе, земля-матушка, Ты для Бога подножие крепкое!” Княжич Всеволод (смотрит на Февронию с изумлением). Ай же ты, прекрасная девица! Дивны мне твои простые речи, Все о радости, весельи красном. Люди старые иначе молвят: „Не зарись на радости земные, На земле-то нам скорбеть, да плакать”. И уйти бы мне в пустыню вовсе, — Эх, да удаль-молодость помеха: Просит молодецкого веселья. Феврония (очень ласково и проникновенно, взяв его за руку и глядя в очи). Милый, как без радости прожить, Без веселья красного пробыть? Посмотри: играют пташки все, Веселится, скачет зверь рыскучий. Верь, не та спасеная слеза Что с тоски-кручинушки течет, Только та спасеная слеза, Что от Божьей радости росится. … Княжич Всеволод (с восторгом). Исполать уста сахарные, Таковую мудрость рекшие! Исполать, тебе дубравушка, Красоты такой кормилица! Гой, еси девица красная, Отвечай по правде-истине: Люб ли я тебе, по нраву ли? Люб так кольцами сменяемся. Феврония (тихо и сомневаясь). Милый мой, мне что-то боязно… (Нерешительно протягивает руки; княжич надевает ей перстень). Не чета мне ловчий княжеский... … Княжич Всеволод. Ты голубушка пташка вольная, Недостоин я простоты твоей, Недостоин я чистой твоей. Ты избавь меня от уныния, Дай душе моей радость Божию. Скептик: Ничего не напоминает? Романтик: Хочешь сказать, что первую книгу Мегре списал с девы Февронии? Скептик: Не совсем и не только. Есть еще «Олеся» А.Куприна, «Маугли» Р.Киплинга, в греческой мифологии есть богиня Диана, живущая в лесу обнаженной в окружении преданных зверей. Идея жизни в гармонии с природой никогда не покидала человека. Но есть и отличие - в опере Феврония выходит в люди, что изменяет ход истории. У Мегре Анастасия остается недоступным для прочих загадочным источником информации. Но в эзотерической литературе буквально все построено на этом приеме. Какой-то среднеазиатский старец учил Норбекова, группа великорусских старцев передала свое знание Андрееву, основателю «Тропы Трояновой». Неизвестный и неуловимый жрец просветил Сидорова. Сама ряд продолжишь? Романтик: Дон Хуан, которого никто никогда не видел, много лет работал с Кастанедой. То есть ты считаешь, что все это мистификаторы? Скептик: Скорее всего. Романтик: А Анастасия – это дон Хуан в облике девы Февронии? Скептик: Что-то типа того. Романтик: Только опасней? Скептик: Поклонники Кастанеды не претендуют на изменение социума, а занимаются самокопанием, которое выдают за самосовершенствование. Это социальное снотворное, необходимое, чтобы обеспечить тишь и благодать в метрополии – на Западе. Романтик: А Анастасия, стало быть, экспортный вариант для нищих, на которых не жалко экспериментировать? Скептик: Думаю, что так. Романтик: А если ты ошибаешься? Скептик: Даже если я ошибаюсь, то Мегре не будет протестовать против моей гипотезы и «защищать честь Анастасии». Он никогда не ввязывается в диспуты на опасные темы. И, в каком-то смысле, правильно делает. Таким путем хотя бы часть своей паствы он обязательно сохранит. А теперь приведу комментарий оп поводу оперы ВП СССР («Мертвая вода», т.1). он нам пригодится в дальнейшем, когда мы будем обсуждать тему будущего Родовых поместий (выделения жирным шрифтом мои) «…предостерегающая милость Вседержителя была столь велика, что в 1907 г. появилась опера Н.А.Римского-Корсакова “Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии”. В связи с этой оперой мы обращаем внимание на два знаменательных обстоятельства:
Бог милосерден: знамения, негативные прогнозы, пророчества о бедах — по их существу — предостережения, а не безсмысленно злобные страшилки. Они даются за-благо-временно, чтобы людям успеть покаяться, переосмыслить свою прошлую и настоящую жизнь, изменить свою нравственность и характер своего поведения и изменить тем самым вероятностно предопределённые людям грядущие последствия их же дел. Но российский правящий класс тогда оказался самонадеянно глуп и счёл оперу «вялой», «чрезмерно серьёзной по содержанию», «холодно-разсудочной» или «елейно-мистичной», «недостаточно строгой по отношению к предателю Гришке-Кутерьме»1 и за такую кутерьму безсмыслицы в их головах достаточно строго поплатился после 1917 г.» Скептик (Автору): Призываешь к покаянию? Автор: Если человек согласился с ложью, стал распространителем лжи, то он теряет Различение Правды и лжи, Добра и зла. И что в этой ситуации ему поможет вернуть утерянное Различение? Именно покаяние – осознание своей неправедности. Осознание моей лично неправедности было ударом по моей самоуспокоенности, но Различение вернулось, чему доказательством эта книга – и я благодарен Творцу за то, что он откликнулся на мое раскаяние. Романтик: Я не постесняюсь покаяться, когда пойму в чем. В чем ты раскаялся? В своих сказках? Песнях? Скептик: В участии в движении Родовых поместий? Автор: Думаю, что движение Родовых поместий неизбежно должно было появиться как шаг в направлении биологической цивилизации. Но совсем не обязательно оно должно было принимать форму ЗКР. Если бы мы были более внимательными, если бы я был более бдительным, более настроенным на различение Правды от лжи, то движение Родовых поместий уже давно могло быть построено на научной основе, на крепком фундаменте. Меня же люди, мои сотоварищи считают умным человеком, они доверяют моему разуму, моему образованию, в конце концов. Даже в эзотерических кругах физики весьма котируются. И многие считают, что если уж даже физик принимает то, что изложено у Мегре, то там вообще не к чему подкопаться. И 14 лет я держал их в этом заблуждении вследствие своей – даже не лени, а интеллектуальной неразборчивости. Как и у всех, «светлые» эмоции вызывали слезы, которые мешали видеть банальный обман. И я сам способствовал его распространению со всей силой и вдохновением. Я втягивал людей в эту аферу. Значит, мне надо сделать все, чтобы их вытащить из нее. Чтобы помочь осуществлению их мечты – жить в гармонии с природой, которой внушенные им заблуждения (не только от Мегре исходящие) не дают осуществиться. Романтик: Но может не стоит так преувеличивать? Пока из того, что мы обнаружили обманного в книгах Мегре – это какие-то второстепенные детали. В конце концов, эту Аватамсаку никто так и не понял и никак в жизни не использовал. И прентозавр – да и Бог с ним. Даже плагиат – это же может быть плагиат идей истинных. Вот хотя бы даже из КОБ. Благодаря Мегре и движению ЗКР многие понятия Концепции общественной безопасности освоены создателями Родовых поместий. Скептик: Если бы освоены! Как писал Пушкин: «Мы все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь». Это все поверхностно и непригодно для применения. Автор: Что такое книги Мегре? Это история от Анастасии. Это план будущего от Анастасии. Это картина мироздания от Анастасии. Это предназначение человека от Анастасии. Все держалось на ее авторитете. Ничему нет доказательств, все основано только на доверии ей, ее словам. И если Анастасии не существует – то нет опоры движению Родовых поместий. Нет истории, нет пророчества. Все нужно создавать заново. Романтик: Но кое-что есть, на чем можно все строить. Скептик: И что это? Романтик: Это мы. Создатели Родовых поместий! Мы же друзья! Мы единомышленники! Нас много и мы вместе! У нас даже ошибка одна на всех! Нас провели всех разом! И то, что мы вместе, важнее того, что мы обманывались! Вместе мы можем прийти к Истине! И к своей мечте! Автор: Это здорово! Романтик: Более того, мы можем так обобщить свои ошибки, чтобы стать фильтром против всех подобных ошибок и обманов, антивирусом против всех информационных вирусов. И этим щитом мы прикроем Россию от всех нападок в информационной войне. Мы перестанем быть легковерными. Вы же знаете - за одного битого двух небитых дают. И именно Родовые поместья и выход из-под давления цивилизации помогут нам иметь независимое мышление. А наша дружба и готовность говорить друг другу правду сделают так, что отвлечь наше внимание шуршащими фантиками сладкой лжи станет невозможно. Скептик: Движение Родовых поместий как бастион России в информационной войне – это великая цель. Я готов на эту цель поработать. Но чтобы прийти к этому, нам придется основательно почистить собственное мировоззрение. Романтик: Так чего мы ждем?  перейти в каталог файлов | Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |