Книга о Драупади Глава 1
 Скачать 1.76 Mb.
| Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |
- Дхарма ракшати ракшитам, что значит: защищай дхарму, и дхарма защитит тебя. Посему – нет таких обстоятельств, которые заставили бы меня отречься от дхармы. Ты – образованная женщина. Кто понимает важность защиты дхармы лучше тебя? Мрачно и укоризненно, с полными слез глазами я произнесла: - Сакха свидетель - этот господин дхармы, если нужно, покинет всех своих четверых братьев и жену, но никогда не оставит дхарму! Но скажи, как дхарма защищает меня, опаленную оскорблением? Чем тогда объяснить наше изгнание в лес, кровную клятву Карны убить Арджуну? Похоже, господина дхармы совсем не волнует, останутся ли в живых Пандавы… Наш разговор состоялся в присутствии Кришны. Едва я произнесла последние слова, как появился гуру Кришна Дваипаяна. Он призвал меня к терпимости: - Доченька Кришна! В точности как радоваться победе и горевать о поражении, беспокоиться о жизни и смерти своих пятерых мужей естественно для тебя как для жены, так же и Юдхиштхире совершенно естественно оставаться невозмутимым, слушая все, тобою сказанное. И все же я пришел сюда рассеять ваши тревоги. Это естественно – беспокоиться о Пандавах, не имеющих оружия, способного противостоять натиску такого героя, как Карна, поэтому я сегодня же собираюсь обучить Юдхиштхиру науке шрути и смрити, которую он затем передаст Арджуне. Наука эта поможет Арджуне умилостивить Индру, Махадева, Яму, Варуну и Куверу, и те пожалуют ему божественное оружие. Овладей Арджуна огненным оружием – и ему больше нечего бояться клятвы Карны. Довольна ли ты теперь, доченька? Я молча склонила голову в знак согласия. Передав Юдхишхире необходимые тому знания, Ведавьяса ушел, - вместе со Шри Кришной и Девариши Нарадой. Глава 34 Захватив с собой лишь Гандиву и колчан с неиссякаемым запасом стрел, Пхалгуни отправился в Гималаи, чтобы суровыми аскезами стяжать божественное оружие. Все братья были рады пожелать ему счастливого пути. Мне подумалось: «Почему именно Арджуне пришлось предаваться аскезам? Почему бы каждому из пятерых братьев не попытаться обрести божественное оружие от пятерых богов – Индры, Махадевы, Ямы, Варуны, Куверы? Пхалгуни отважный, преданный и могучий. Почему ему не дано вкушать счастье? Полжизни он провел в лесу, в суровых аскезах. Среди всех братьев Пхалгуни самый поэтичный, самый эмоциональный. Если он уйдет в Гималаи, моя жизнь в лесу станет и впрямь тягостной. Что выигрывает рок, постоянно разлучая меня с любимым? Как жестоко судьба обходится со мной, причиняя боль и препятствуя моей супружеской любви! Даже если Пхалгуни скроется у меня из виду, я всегда буду видеть его глазами сердца, - похоже, этого-то Провидение не учло. А если ему это известно, то почему оно так бессердечно? Одна лишь мысль о разлуке повергает меня в трепет». Пхалгуни принимал напутствия с миром на душе и улыбкой на устах. Не было ни тени обиды или упрека. Я спросила: - Когда ты вернешься? В прошлый раз мне пришлось ждать двенадцать лет. Но сколько ждать теперь – неизвестно… Пхалгуни спокойно ответил: - Конечно, прежде чем наступит год, который мы должны будем прожить неузнанными. Аскезы и их исход – вещь непредсказуемая… - О чем ты? - Мне предстоит умилостивить пятерых богов. Это займет не менее пяти лет. Вот и все, что я могу сказать. О чем тебе волноваться? В конце концов, с тобой остаются четверо мужей. Сейчас они лесные отшельники, свободные от всякого хлама. Подобно лесному ручью, потекут ваши дни ничем не омрачаемой радости. Поэтому, Кришна, я за тебя спокоен. Будь я твоим единственным мужем, это принесло бы тебе столько неприятностей! Именно мне из всего семейства Пандавов приходится выполнять такие трудные, требующие времени задачи. Так что тебе бы пришлось значительную часть жизни мучиться разлукой. Ну, теперь-то опасность миновала. Если ты не поддашься унынию, моя садхана будет более насыщенной. Я не поддамся унынию, утолю боль разлуки с ним в обществе остальных четырех мужей, подобно лесному ручью потекут для меня дни ничем не омрачаемой радости, - какие странные мысли витают в голове Арджуны! Я закручинилась еще больше. Как объяснить властелину моего сердца, что из всех пятерых мужей он для меня – особенный? Чужая душа – потемки. Оставалось только сожалеть о том, что Арджуна не понимает боль моего сердца. Судьба опять разлучала меня с тем, кого я желала всем своим существом. Был ли у меня выбор, кроме как последовать указанию Вьясы, которое он дал в присутствии Кришны? Выйдя замуж, мне приходится сражаться на каждом шагу. Мои дни проходят в бесконечных тревогах о мужьях. Теперь мне предстояла не одна бессонная ночь в беспокойствах об Арджуне. Я полагала, что муж утолит мою боль, вызванную лесным изгнанием, но мучения разлуки с Арджуной стократ страшнее. Глаза Пхалгуни наполнились слезами: - Кришна, я ухожу во имя благого дела. Я вернусь с божественным оружием, и ты станешь царицей Хастинапура. Гордыня Карны будет сокрушена. Убив Карну, я отмщу за нанесенное тебе оскорбление. Заговор Кауравов подстроил Шакуни, но их главным советчиком был и остается Карна. Будь уверена, его дни сочтены. Я знала, что гибель Карны предрешена. Мне также было известно, что где бы ни присутствовал Кришна – там победа. План погубить Карну осуществится и дхарма восторжествует. И все же разговоры о смерти Карны приводят меня в смятение - полагаю, на меня влияет глубокая материнская любовь, которую питает к Карне Ма Кунти. Будь что будет. С улыбкой пожелав мужу счастливого пути, я, однако, дала волю женской мнительности: - Говорят, за благословениями богов необходимо подниматься на сваргу. Там обитают Рамбха, Урваши, Менака и другие вечно юные и прекрасные апсары. Будь осторожен, чтобы не нарушить обет целомудрия, как в прошлый раз! Тогда все было по-другому, а сейчас перед тобой стоит важная задача. Желание наполняет мужчину преходящим восторгом, но уводит в сторону от цели. Арджуна отшутился: - Ты ревнуешь меня к красавицам-апсарам? - А что в этом странного? Я что, не женщина? Или вообще не человек? - Как знать, что меня ждет… Эти апсары одним своим видом сбивали с пути истинного даже великих мудрецов. А я всего лишь семейный человек. Более того, долго ли мужская гордость вынесет разлуку с женой? Остроты Арджуны разозлили меня, и я бросила на него испепеляющий взгляд: - Прослышав о твоих утехах с апсарами, я буду вынуждена наложить на себя руки. Ты помнишь, что случилось в прошлый раз. Я знаю, что судьба Кришны несовместима с радостями супружества, семейной жизни – да и с радостью как таковой. Но сложности будут у тебя. В прошлый раз, списав свою влюбленность на особенности мужской природы, ты женился. Но если ты попадешься в силки апсар, ни о какой женитьбе не будет и речи - ты просто запятнаешь свое доброе имя. Пхалгуни сжал обе мои ладони: - Кришна! Ты по-прежнему не понимаешь сакху Кришны Пхалгуни! Тебе не дано разгадать его сердце. Ничего, придет время – и ты все поймешь… Прикосновение Пхалгуни выдавало чистоту его сердца, а мое - женское и ревнивое – заставило учащенно биться. Глава 35 Где распустились цветы - в саду или в палисаднике души? Откуда исходит это благоухание – от цветочных лепестков или же от лепестков сердца? А эти мелодичные звуки – кукование кукушки или же музыка сердечных струн? Весна действительно пришла или мне просто померещилось? Я не замечала красоту природы, не слышала ее напевов и ни о чем не мечтала: без Арджуны лесная жизнь потеряла для меня всю свою прелесть. Сердце мое изнывало от желания посетить святые тиртхи. Меня разбирало любопытство: доведется ли мне повстречать там Савьясачи в образе йога-аскета? Некоторое время я размышляла об этом. После моих многократных просьб о паломничестве Юдхиштхира, наконец, согласился. В паломничестве мы узнавали об Арджуне от местных мудрецов, и вести о нем разожгли во мне страсть. Сначала Арджуна совершал аскезы в лесной чаще у подножия Гималаев. Затем, проявив доблесть, Пхалгуни получил от Шивы оружие пашупата, - слушая об этом, все мы трепетали. Затем стало известно, что в кратчайшие сроки он получил от Ямы – жезл, от Варуны – аркан, от Куверы – несколько видов невидимого и сияющего энергетического оружия. Было похоже, что вскоре Арджуна вернется. Получить божественное оружие от своего отца, Индры, не составит для него труда. Каждый день я всем своим существом ждала встречи с ним. Я не спала ночами. Казалось, он появится с минуты на минуту. В ореоле славы восходящего солнца, в нежном очаровании заката, в лунном свете, в музыке дождя… Замечтавшись, я начинала голосить: «Пхалгуни, я больше не позволю тебе уйти! Не нужны мне ни царство, ни богатства! Со мною останешься только ты! Сколько лет жизни отобрала у нас разлука! Кто знает, какой срок отпущен нам судьбой? Останься со мной хотя бы сейчас, когда молодость уже позади!» Бхиму раздражали мои капризы, и он хватал меня за плечи: - Даже если женщину выучить, она останется женщиной! Если ты завяжешь Пхалгуни в узелок своего анчала, кто отмстит за нанесенное тебе оскорбление? Кто положит конец несправедливости и адхарме? Ша, Панчали! Какая же ты слабая и жадная! Укоры Бхимы казались мне солью, которую он сыпал мне на раны. Распущенные волосы казались бременем. Смысл победы над врагами – отмстить за тяжкое оскорбление. Взяв себя в руки, я соглашалась: - Твоя правда: не буду больше препятствовать аскезам Арджуны своим нытьем. Накулу мои страдания в разлуке забавляли, Сахадева же одергивал брата: - Перестань, Накула! Поведение Ягьясени уместно и своевременно. Она ежедневно поддерживает огонь мести в сердце старшего брата, возливая туда гхи. А иначе бы наш брат, обитель прощения и ненасилия, и не подумал мстить. А ты насмехаешься над болью ее разлуки! Да если бы ты узрел ее истинное величие, то потерял бы дар речи! Силы в ней столько же, сколько и нежности. Она умеет прощать так же хорошо, как и наказывать. Она действует согласно требованиям времени. Сейчас ничего не остается делать, кроме как слагать баллады о разлуке, - вот она и занялась стихосложением. По крайней мере, ей не придется встречать Пхалгуни с пустыми руками. Сахадева был прав – я как раз заканчивала поэму под названием «Час разлуки», и братья об этом знали. Услышав название поэмы, Бхима принялся дразниться: - Панчали, я тоже ухожу – к Хидимбе. Пока не напишешь поэму обо мне, я не вернусь. Ну как, напишешь? Или вздохнешь с облегчением, избавившись от меня? Накула рассмеялся: - То будет поэма под названием «Плач Драупади». В ней она поведает миру, сколько слез приходится ей проливать в твоем присутствии. Бхима был в восторге: - Прелестно! Плач Драупади в моем присутствии! Ее голос пронзит небеса и будет услышан мною. А Хидимба от ревности закатит такую истерику, что даже Дурьодхана в Хастине придет в ужас. Он решит, что это хором завыли все шакалы и псы в мире, предвещая его скорую гибель. Накула весело рассмеялся в ответ, но Сахадева остался серьезен: - Бхима полагает, что плач женщины свидетельствует о ее любви. Никто из нас не любит Драупади так открыто, так искренне - всей душой - как любит ее Бхима. Как бы мы того ни хотели, мы не можем заставить Драупади полюбить нас. Насильно мил не будешь. Где бы и когда бы Бхима ни пожелал, он способен смутить Драупади. Вопреки тому, что мы условились быть с Драупади поочередно – по году каждый – Бхима не может оставить ее в покое. Но, как бы она ни возмущалась, именно от Бхимы она зависит больше всего и больше всех ему доверяет. Так ведь? Братья дружно уставились на меня. Они пытались утолить боль моей разлуки шутками. Один Юдхиштхира оставался спокойным и невозмутимым, словно каменная статуя. Время шло, Арджуна все не возвращался. Больше о нем не было никаких новостей. Вернувшиеся из Гималаев отшельники доложили, что он покинул горы. Пока он оставался там, мы были спокойны. Теперь же никто не мог сказать, где он и что с ним. Долго, мучительно долго потянулись дни ожидания. Страстное желание видеть Арджуну сменилось тревогой. О нем волновались все, включая Юдхиштхиру. Я практически забыла о еде и питье. Кто скажет мне, что с Арджуной? И вот в один прекрасный день по промыслу Божьему у дверей нашей хижины показался отшельник Ломаша. Ему было кое-что известно об Арджуне. Видя, в каком я состоянии, он сказал: - Деви Драупади! Не волнуйся. Твой героический супруг завершил свои аскезы в Гималаях. Сейчас, на сварге, ему очень хорошо. Он пытается получить побольше оружия, чтобы сразить Кауравов. Его аскезы близятся к концу. По-прежнему беспокоясь, я спросила: - Тогда почему же Арджуна задерживается на сварге? Мудрец Ломаша спокойно ответил: - У Индры появилась счастливая возможность принимать у себя родного сына! Всю свою жизнь сын его провел в нужде, скитаясь по лесам. Теперь он в небесном царстве. Вот царь богов и предложил ему задержаться нам на некоторое время, восстановить силы. Арджуна принял предложение отца. Столица Индры, Амаравати, привела его в изумление. Гандхарвы встретили его музыкой и пением; вечно юные апсары – Рамбха, Менака, Сварнапрабха, Урваши, Читрасена, Кумбхайони, Варутхини, Митракеши, Читралекха, Падмайони и другие – танцем. Индра просто обезоружил его своим приемом. По слову отца Арджуна берет уроки танца, пения и музыки у царя гандхарвов, Читрасены. Завершив учебу, он вернется оттуда с новым оружием вроде грома и молнии. Так что тебе не о чем беспокоиться. Узнав, что у Арджуны все благополучно, я ожила. Но... он на сварге! Он прохлаждается в обществе Рамбхи, Менаки, Урваши, Читралекхи, которые разжигают в нем похоть своим пением и танцами! Я проклинала их. Пусть бы все они вымерли! Он предавался аскезам, чтобы получить оружие – а нынче берет уроки музыки и танца?! Кто согласится добровольно оставить райские наслаждения и вернуться на Землю? Помнит ли он вообще об оскорблении, которое мне нанесли при дворе Куру? Может, он забыл, что его братья и супруга, бездомные, вынуждены жить в лесу? Я сидела, погрузившись в горестные мысли. Представляя себе мужа на сварге, я сочла бы за счастье гореть в аду. Глядя на мое мрачное лицо, Сахадева заговорил: «Не тревожься за брата! Он – Пхалгуни, сын Кунти. Ничто не утолит его боль, вызванную тем, что тебя оскорбили. Пока в мире есть адхарма, Арджуна не найдет покоя даже на сварге. Не теряй веру в Арджуну. Ты же знаешь, чей он сакха! Потерять доверие к Арджуне – значит потерять веру в Кришну. Все, что Арджуна делал до сих пор, было сделано ради блага всей Арьяварты. Придет время, и эти уроки пения и танца сослужат хорошую службу. В любом случае, образование пойдет на пользу. Нас отправили в изгнание на тринадцать лет. Поэтому - зачем волноваться о возвращении Арджуны? Пусть немного отдохнет на сварге. Хотя бы один из нас какое-то время поживет с удобствами! Я молчала. Как могла я объяснить Сахадеве, что все, чего я желала – это растирать Арджуне стопы! Без него было так пусто… И все же, слова Сахадевы несколько обнадежили меня. Арджуна конечно же вернется. В конце концов, его жду не только я – его ждет Субхадра, а она – любимая сестра прия-сакхи Кришны. Он вернется наверняка – не ко мне, так к Субхадре. Эта мысль вселяла надежду в мое израненное сердце. Но как же все-таки упрям людской ум! Как трудно принять все как данность! Мы проводили дни, посещая тиртхи с мудрецом Ломашей. Но по ночам сердечная боль не давала мне спать. Когда же от усталости глаза мои наконец слипались, меня преследовали кошмары. Порой мне чудилось надругательство надо мной при дворе Куру. Иногда снилось, будто меня тянут за анчал сыновья, не желая расставаться со мною. А потом я видела Арджуну, окруженного апсарами. Он стал так искусен в музыке, пении и танце, что изумлял самих гандхарвов. В кругу апсар Арджуна казался точным подобием Кришны среди гопи. Тогда мой сон прерывался. Припоминая подробности сновидений, я словно бередила старые раны. Но я никому не поверяла свои сердечные муки. Со мною не было ни Майи, ни Нитамбини. Только поэзия осталась мне доброй подругой. Я изливала боль моего сердца в стихах, и это приносило некоторое облегчение. Так проходил год за годом… Арджуна не возвращался. Глава 36 Сахадева понимал меня. Чтобы отвлечь меня от мрачных мыслей, он посоветовал сменить обстановку – совершить паломничество по тиртхам с мудрецом Ломашей. Мы провели несколько дней в лесу Наимиша, посетили Праяг, Гаю, Гангасагар и, следуя вдоль западного побережья, достигли Прабхасы. Там нас встретили Кришна, Баларама и Ядавы. Гостеприимство сакхи рассеяло все печали. Откровенная беседа с Ним возродила мою веру в Арджуну. С новыми силами, окрыленные надеждой, мы продолжили путь. Мы пересекли реку Випаша напротив Гималайских гор и вступили в царство Субаху. Здесь силы оставили меня. С горя я питалась от случая к случаю и мучилась бессонницей. Это усугубляло сами собой разумеющиеся тяготы лесной жизни. Мое здоровье пошатнулось. Я не могла идти дальше. Гора Гандхамадана окружена густыми, непроходимыми лесами. Именно туда и направлялись Пандавы. Я не нашла в себе силы возразить им, ведь это Арджуна направил к нам мудреца Ломашу с предложением совершить паломничество по тиртхам. Собравшись с силами, я исполняла свой долг. Едва я заставила себя продолжать путь, как налетела буря, перед которой мы оказались беззащитны. Подле меня был Бхима. Мы стояли под деревом, взявшись за руки. К несчастью, начался обвал, и даже дерево не спасло нас – оно упало, вывернутое с корнем. Бхима избежал опасности, но меня оглушило, и я потеряла сознание. Не знаю, как долго пролежала я без чувств, но, когда глаза мои открылись, небо уже было ясным, буря миновала. Мужья сидели у меня в изголовье, а какой-то красивый юноша с горячей преданностью растирал мне стопы. Глядя на него, я вспомнила своих сыновей. Кто же его счастливые родители? И кто велел ему оказать мне служение? Меня затопила материнская любовь, и я ласково спросила:  перейти в каталог файлов | Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |