Дональд УитниДуховное возрастание в христианской жизни

вы не можете держать разговор с Богом на переднем плане вашего ума, вы всегда должны быть способны быстро обращаться к Нему и сосредотачиваться на Нем вместо чего-то другого, что держит ваше внимание. Вы можете думать о непрестанной молитве как обобщении с Богом на одной линии, в то время как вы отвечаете на телефонные звонки на другой линии. Даже в то время, когда выговорите подругой линии, вы никогда не теряете осознание вашей нужды снова обратить свое внимание к Господу. Итак, непрестанно молитесь означает, что вы никогда по-настоящему не прекращаете общаться с Богом, у вас просто случаются частые перерывы.
Я мог бы избрать и другие места Писания из Нового Завета, которые указывают на то, что Бог ожидает, чтобы мы молились. Но эти два только что приведенные особенно значительны, потому что являются непосредственными повелениями. Это означает, что ни недостаток времени, ни слишком много ответственности, ни большое количество детей, ни перегруженность в работе, ни отсутствие желания, ни отсутствие опыта и т. пне являются оправданиями и не освобождают нас от нашего долга молиться. Бог ожидает, чтобы каждый христианин посвящал себя молитве и молился непрестанно.
Один великий человек молитвы и реформатор церкви, Мартин Лютер, выразил Божье ожидание слышать наши молитвы таким образом Точно так, как работой портных является шить одежду, а работой сапожников ремонтировать обувь, точно также работой христиан является молиться».
Но мы должны смотреть на наш молитвенный долг не только как на божественный призывно как и на царское приглашение. Как говорит нам автор книги Послания к евреям Посему да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи (Евреям 4:16). Мы можем быть пессимистами и смотреть на наш молитвенный долг как на обязанность или же мы можем быть оптимистами, которые смотрят на повеление молиться как на возможность получить милость и благодать от Бога.
Моя жена Кэффи ожидает, чтобы я звонил ей по телефону вовремя моих поездок. Но такое ожидание является ожиданием любви. Она требует, чтобы я ей звонил, потому что она хочет слышать меня. Божье ожидание, чтобы мы молились, аналогично. Его повеление молиться — это повеление любви. Бог в Своей любви желает общаться снами и благословлять нас.
Бог также ожидает, чтобы мы молились, как генерал ожидает устных отчетов от своих солдат вовремя боя. Один писатель напоминает нам, что молитва — это маленькая переносная рация, используемая для военных целей, а не внутренняя домашняя межкомнатная связь всего лишь для нашего удобства. Бог ожидает, что мы будем использовать эту молитвенную рацию, потому что это есть средство, которое Он предназначил не только для достижения благочестия, но также для ведения духовной войны между Царством Божьими царством сатаны. Оставить молитву — это все равно, что воевать, полагаясь, в лучшем случае, всего лишь на свои собственные ресурсы, ив худшем случае — потерять интерес в этой войне.
Нам хорошо известно, что Иисус молился. Лука говорит нам Но Он уходил в пустынные места и молился (Луки 5:16). Если Иисус нуждался в молитве, то насколько более мы нуждаемся в молитве От нас ожидается, что мы будем молиться, потому что мысами в этом нуждаемся. Без молитвы мы не будем такими, как Иисус.
Почему же тогда так много верующих признаются, что не молятся так, каким следовало бы Иногда основной проблемой является недостаток или отсутствие дисциплины молитва никогда не планируется люди не рассчитывают время для молитвы. В то время как на
39

словах мы уделяем большое значение молитве, в действительности же всегда кажется, что молитва вытесняется прочь другими более срочными делами.
Часто мы не молимся просто из-за того, что у насесть сомнения, что в результате нашей молитвы что-либо произойдет. Конечно же, мы не признаемся в этом перед всеми. Но если бы мы были уверены, что в течение 60 секунд после каждой молитвы мы будем получать видимые явные результаты, на коленях брюк всех христиан мира были бы дырки Очевидно, что Библия нигде не обещает нам такое, хотя, несомненно, Бог дал обетование отвечать на наши молитвы. Молитва связана с общением в сверхъестественной духовной сфере. Многие молитвы получают ответы такими путями, которые невозможно осязать. По многим причинам после того, как мы открываем наши глаза после молитвы, мы не всегда видим явные видимые результаты наших молитв. Когда мы не бодрствуем, мы можем попасть в искушение сомневаться в реальности действия силы Божьей через нашу молитву.
Отсутствие ощущения Божьего присутствия также может обескуражить нашу молитву. В нашей жизни бывают такие чудесные моменты, когда Господь кажется настолько близким к нам, что мы почти ожидаем услышать Его явно слышимый голос. В такие времена драгоценной близости с Богом никого ненужно заставлять и подталкивать молиться. Хотя в основном мы такого не ощущаем. Иногда мы вообще не ощущаем Божьего присутствия. Хотя наша молитва (как и другие аспекты христианской жизни) должна руководствоваться истинами Священного Писания, а не эмоциями, тем не менее хрупкость наших эмоций часто лишает нас желания молиться. Когда наше желание молиться ослабевает, мы можем начать заниматься совершенно другими вещами.
Когда мы очень мало осознаем нашу реальную нужду в молитве, тогда у нас очень мало реальных, молитв. Некоторые обстоятельства заставляют нас становиться на колени. Но бывают времена, когда жизнь кажется нам вполне управляемой. Хотя Иисус сказал Без Меня не можете делать ничего (Иоанна 15:5), эта истина иногда бьет в точку сильнее, чем в другие времена. В нашей гордости и самоуверенности мы, бывает, живем долгое время так, как будто молитва нужна только тогда, когда в нашей жизни случается нечто очень тяжелое, с чем мы не можем справиться самостоятельно. До тех пор, пока мы не увидим опасность и глупость такого отношения, Божье ожидание, чтобы мы молились, может показаться неуместным.
Когда у нас меркнет наше осознание величия Бога и Евангелия, наша молитвенная жизнь становится очень слабой. Чем меньше мы думаем о природе и характере Бога и чем меньше нам напоминают о том, что Иисус Христос сделал для нас на кресте, тем меньше у нас будет возникать желание молиться.
Сегодня, когда я ехал на машине, я слушал по радио программу, в которой выступал один астрофизик, рассказывающий о миллиардах галактик во вселенной. Поразмыслив об этом всего лишь какой-то момент, я автоматически перешел на хвалу и молитву. Почему Потому что я заново осознал, насколько действительно велик наш Бог. И когда я думаю о том, отчего меня спас Христос, когда я вспоминаю тот позор, который Он добровольно перенес ради меня, когда я вспоминаю, чем по-настоящему является спасение, мне становится очень легко молиться. Когда вы редко задумываетесь о подобных вещах, редкой становится и осмысленная, направленная молитва.
Другая причина, по которой христиане мало молятся, это потому, что они не научены, как надо молиться.
Молитве учатся
Если вы обескуражены повелением молиться из-за того, что чувствуете, что вы не знаете, как хорошо молиться, тот факт, что молитве учатся, должен придать вам надежду. Это означает,
40

что это вполне нормально начинать христианскую жизнь, не имея каких-либо знаний или опыта в области молитвы. Какой бы сильной или слабой ни была бы сейчас ваша молитвенная жизнь, вы можете научиться, как сделать ее более сильной.
Есть такое мнение, что дитя Божье должно быть обучено молитве, также как младенец нуждается в том, чтобы его научили кричать. Но такой крик с целью удовлетворить основные потребности стоит на минимальном уровне общения, и мы должны быстро вырасти из этого младенческого возраста. Библия говорит, что мы должны молиться о славе Божьей, молиться согласно Его воле, в вере, во имя Иисуса, с терпением, настойчивостью и т. д. Божье дитя постепенно учится молиться таким образом, подобно тому как растущий ребенок учится членораздельно говорить. Чтобы молиться так, как от нас ожидается, чтобы молиться, как взрослый христианин, чтобы молиться эффективно, мы должны сказать вместе с учениками в Евангелии от Луки 11:1: Господи научи нас молиться».
Посредством самой же молитвы
Если вы когда-либо изучали иностранный язык, то знаете, что лучше всего его можно изучить тогда, когда вам приходится на нем говорить. Тоже самое касается иностранного языка молитвы. Есть многоразличных хороших способов учиться молитве, но самый лучший способ научиться, как молиться — это просто молиться.
Эндрю Мюррей, южноафриканский служитель и автор книги Со Христом в школе молитвы, писал Читать книги о молитве, слушать лекции и беседовать о ней, конечно же, очень хорошо, но это не научит вас молиться. Без практики и упражнений вы ничему не научитесь. Я могу целый год слушать профессора музыки, играющего самую прекрасную музыку, но это не научит меня владеть инструментом».
Дух Святой учит молящихся людей, как молиться еще лучше. Это есть одно из применений Иоанна 16:13, где Иисус сказал Когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину Как самолет лучше поддается управлению, когда он несется по воздуху, чем когда он на земле с выключенным двигателем, таки Дух Святой лучше наставляет и ведет нас в молитве, когда мы несемся в потоке молитвы, а не молчим.
Посредством размышления над Писанием
Это одно из наиболее побуждающих понятий о молитве, которому я когда-либо учился. Размышление является недостающим звеном между насыщением Словом Божьими молитвой. Эти два аспекта часто разъединены, в то время как они должны быть соединены. Мы читаем Библию, закрываем ее и затем пытаемся запустить шестеренки нашей молитвы в действие. Но очень часто кажется, что эти шестеренки не стыкуются друг с другом. Фактически, после нашего некоторого прогресса в изучении Слова переход к молитве иногда подобен тому, как мы переключаем ручку коробки передач резко обратно в нейтральное положение или даже на задний ход. Вместо этого должен происходить гладкий, почти незаметный переход от насыщения Писанием к молитвенному выходу, дабы мы в это время все более и более приближались к Богу. Такое происходит, когда между этими двумя аспектами находится промежуточное звено размышления.
Есть, как минимум, два места Писания, которые ясно этому учат. Давид молился в Псалме 5:2: Услышь, Господи, слова мои, уразумей помышления мои. Еврейское слово, стоящее на месте нашего помышления, может также быть переведено как размышление. Фактически, это же самое слово употребляется в этом значении в другом месте Писания, Псалме 18:15: Да будут слова уст моих и помышление (в английском размышление) сердца моего благоугодны пред Тобою, Господи, твердыня моя и избавитель мой. Обратите внимание, что оба эти стиха являются молитвами и относятся к другим словам, сказанным в молитве. Однако в каждом случае размышление служило катализатором, который
41

катапультировал Давида из истины Божьей в общение с Богом. В Псалме 5:2 он находился в размышлении, а теперь он просит Господа преклонить к нему ухо и внимать ему. В м Псалме мы находим одно из наиболее известных утверждений о Писании, оно начинается со знаменитых слов в м стихе Закон Господа совершен, укрепляет (в английском оживляет) душу. Эта часть продолжается до го стиха, а затем Давид молится в м стихе, что является результатом этих слови его размышлений.
Этот процесс действует следующим образом после поглощения места Писания размышление позволяет нам взять то, что Бог нам сказали глубоко над этим поразмыслить, переварить это, а затем говорить об этом Богу в осмысленной молитве. В результате этого мы молимся о том, что мы встретили в Библии и что присовокупилось к нашей личности посредством размышления. И таким образом у насесть не только нечто существенное, что мы можем сказать в молитве, но и уверенность в том, что мы молимся согласно Божьему намерению, и мы плавно переходим в молитву, молясь страстно и с пламенным сердцем. Затем, идя дальше с нашей молитвой, мы не дергаемся и не спотыкаемся, потому что мы уже набрали хорошую духовную инерцию.
Мне кажется, что лучше всех этот секрет знали английские пуритане, жившие в XIV-XVI столетиях. Позвольте мне процитировать некоторых пуританских писателей, не только для того, чтобы показать вам, насколько обычным для них была эта необычная для нынешнего поколения связь между размышлением и молитвой, но также для того, чтобы прочно утвердить эту истину в вашу молитвенную жизнь. В этой коллекции удачных метких советов и наставлений есть много того, к чему стоит прислушаться.
Ричард Бакстер, пастор и автор все еще публикующейся классической книги Реформированный пастор, писал:
«Таким образом, в наших размышлениях смешивание размышления вслух и молитвы, иногда говоря к своим собственным сердцам, а иногда к Богу, является, как я полагаю, высочайшей ступенью, которую мы можем достичь в этом небесном труде. И мы не должны воображать, что это будет также хорошо, если мы отбросим размышление и возьмемся только за молитву ибо это отличные друг от друга обязанности, которые обе должны исполняться. Нам нужно как одно, таки другое. Поэтому, пренебрегая этим, мы поступим неправильно. Кроме того, если мы смешаем их между собой, подобно тому, как смешиваются различные инструменты в оркестре, результат будет еще лучше, ибо один аспект будет вливать жизнь в другой. И наше, говорение к самим себе вовремя размышления должно предшествовать нашему говорению Богу в молитве».
Джон Оуэн, капитан Оливера Кромвеля, а также великий пуританский теолог, сказал Молитесь вовремя вашего размышления, сознательно принимая своим сердцем каждый луч света и истины, приходящий вам на разум. Благодарите Бога и молитесь обо всем, что вас сильно поражает и впечатляет».
Пуританский пастор и библейский комментатор Мэфью Генри говорит о Псалме 18:15: Молитвы Давида былине только его словами, но и его размышлениями как размышление является лучшей подготовкой для молитвы, так молитва является лучшей темой для размышления. Размышление и молитва идут рука об руку».
Одним из наиболее продуктивных пуританских проповедников и писателей был Томас
Мэнтон. В своей проповеди о размышлении Исаака в поле (ссылаясь на Бытие 24:63) он непосредственно указывает на размышление как на связь между насыщением Словом Божьими молитвой. Он писал:
«Размышление является чем-то средним по обязанности между Словом и молитвой и относится к ним обоим. Слово Божье дает волю размышлению, а размышление дает свободу молитве. Эти два духовных упражнения должны идти рука об руку размышление должно следовать за слышанием и предшествовать молитве. Только слушать и не
42

размышлять — не принесет плода. Мы можем слышать и слышать это подобно тому, как кто-то кладет вещь в дырявую сумку. Это есть поспешность молиться и не размышлять. То что мы принимаем от Слова Божьего, мы перевариваем посредством размышления и высвобождаем наружу через молитву. Эти три упражнения должны осуществляться в таком порядке, чтобы одно не вытесняло другое. Люди бесплодны, сухи и безжизненны в своих молитвах из-за того, что не упражняют себя в святом размышлении».
Уильям Бэйтс, которого называли самый классический и культурный из всех последних пуританских проповедников, сказал Какая причина в том, что наши желания, подобно стреле, пущенной из слабого лука, не достигают своей цели Причина одна — мы не размышляем перед молитвой. Основная причина, почему наши молитвы неэффективны потому что мы не размышляем передними Одними из самых лучших практических трудов, вышедших из под пера пуритан, были труды Уильяма Бриджа. Вот что он утверждало размышлениях:
«Так как оно является сестрой чтения, оно в такой же мере является матерью молитвы. Хотя человеческое сердце не расположено к тому, чтобы молиться, тем не менее, если человек хотя бы прибегнет к размышлению о Боге, о божественных вещах, его сердце вскоре обратится к молитве. Начните с чтения или слушания. Продолжайте в размышлении окончите молитвой. Чтение без размышления не приносит плода размышление без чтения причиняет неприятности размышление и чтение без молитвы превратится в занятие, лишенное благословения».
Современный британский писатель Питер Тун в своей книге От ума к сердцу сводит учение пуритан поэтому вопросу к следующему:
«Читать Библию и не размышлять считалось бесплодным упражнением лучше прочитать одну главу и затем поразмышлять, чем прочитать несколько глав и совсем не размышлять. Точно также размышлять и при этом не молиться подобно приготовлению к тому, чтобы бежать на дистанцию, но никогда таки не пересечь линии старта. Эти три упражнения — чтение Писания, размышление и молитва — связаны между собой, и хотя иногда можно совершать каждое в отдельности, как обычный долг перед Богом, лучше всего их совершать в совокупности».
Спустя 200 лет после пуритан, появился один человек, который считался одним из наиболее помазанных Богом для молитвы. Его звали Джордж Мюллер. Две трети прошлого столетия он содержали поддерживал работу приюта для сирот в городе Бристоль в Англии. Опираясь всецело на молитву и веру, совершенно не рекламируя свою нужду и не влезая в долги, он содержал две тысячи сирот водно время и поддерживал миссионерскую работу по всему миру. Он ни у кого не выпрашивал деньги, однако через его руки прошли миллионы долларов, и десятки тысяч записанных ответов на его молитвы стали легендарными.
Любой человек, слышавший историю о Джордже Мюллере, начинает задумываться о необычайном секрете эффективности его молитв. Хотя споры о секрете Мюллера бывают самые разнообразные, я верю, что в конечном итоге мы должны приписать успех его необычайно продуктивной молитвенной жизни божественной суверенности. Но если мы поищем в его жизни нечто такое, что можно применить к нашей жизни, то я подал бы свой голос за нечто такое, что никогда, как я слышал, не называлось и не считалось его
«секретом».
Весной 1841 года Джордж Мюллер открыл связь, существующую между размышлением и молитвой, которая преобразила его духовную жизнь. И вот как он описал свое новое открытие:
«Раньше, по крайней мере, последние десять лет до моего открытия, я обычно молился сразу после того, как одевался утром это было привычным делом. Сейчас же я увидел, что самым важным для меня было отдаться чтению Слова Божьего и размышлению над ним,
43

дабы таким образом мое сердце получало утешение, ободрение, теплоту, наставление, обличение чтобы таким образом, посредством Слова Божьего, вовремя размышления над ним мое сердце было приведено к переживанию общения с Господом.
Поэтому я начал размышлять над Новым Заветом с самого начала, рано по утрам. Первое, что я делал после того, как просил в нескольких словах Господнего благословения на Его драгоценное Слово, было то, что я начинал размышлять над Словом Божьим, исследуя каждый стих с целью извлечь из него благословение не ради публичного служения или проповеди Слова, не ради того, чтобы проповедовать то, о чем я размышлял, но для того, чтобы обрести пищу для своей души.
Почти неизменно я приходил к такому результату после нескольких минут моя душа приводилась либо к исповеданию, либо к благодарению, либо к ходатайственной молитве, либо к прошению так-что, хотя я и не отдавал себя молитве, как это было раньше, тем не менее получалось так, что я почти мгновенно вовлекался в молитву. Когда я совершал таким образом непродолжительное время исповедания или ходатайства, или прошения, или воздавал благодарение, я переходил к следующим словам или стиху по мере продвижения вперед, молясь за себя или за других, по мере того, как меня вело Слово, продолжая при этом искать пищу для своей собственной души, что и было объектом моих размышлений. В результате этого мне почти всегда приходилось совершать большое количество исповеданий благодарений, прошений или ходатайств, смешанных с моим размышлением, и мой внутренний человек почти неизменно укреплялся и обильно питался, и вовремя завтракая почти всегда находился в мирном, если несчастливом, состоянии сердца.
Таким образом, разница между моей старой практикой и теперешней в следующем раньше, когда я вставал, я начинал как можно быстрее приступать к молитве ив основном проводил все или почти все время до завтрака в молитве. Чтобы ни происходило, я почти всегда начинал с молитвы. Но каков же был результат Я часто проводил 15 минут или полчаса или почти целый час на коленях перед тем, как осознавал, что получаю утешение, ободрение и смирение для своей души и часто только после того, как я намучился оттого что мои мысли блуждали в течение первых десяти или пятнадцати минут, или получаса, я начинал по-настоящему молиться.
Сейчас же я почти не страдаю от этого. Ибо мое сердце, получив питание от истины, будучи приведенным в реальное духовное практическое общение с Богом, начинает говорить к моему Отцу и Другу (хотя я недостоин этого) о тех вещах, которые Он показал мне в Своем драгоценном Слове. И сейчас меня часто удивляет то, как я мог не заметить этого раньше. И все же сейчас, когда Бог научил меня этому, для меня это настолько же ясно, как то, что первым, что должно делать дитя Божье по утрам — приобретать пищу для своего внутреннего человека.
А что является пищей для внутреннего человека Не молитва, но Слово Божье и вновь, непростое чтение Слова Божьего, которое проходит через наши умы, подобно воде через трубу, но углубленное размышление над тем, что мы читаем, и применение этого к нашим сердцам.
Когда мы молимся, мы говорим к Богу. Молитва же, чтобы быть длительной и продолжаться в течение какого-либо времени в какой-либо манере, отличающейся от обычной, говоря в общем, требует меру крепости или благочестивого желания, и поэтому наиболее эффективно это упражнение души может совершаться тогда, когда внутренний человек насытился от размышления над Словом Божьим, где мы находим нашего Отца, говорящего к нам, ободряющего нас, утешающего нас, наставляющего нас, смиряющего нас, обличающего нас. Поэтому мы можем с пользой для нас размышлять с Божьим благословением, несмотря на то что мы всегда настолько слабы духовно впрочем, чем мы слабее, тем больше мы нуждаемся в размышлении для укрепления нашего внутреннего человека. Таким образом, нам нужно меньше бояться того, что наши мысли будут летать где попало, чем приступать к молитве без предварительного размышления
перейти в каталог файлов