Методичка. Е. В. Всеобщая история. История Нового времени. 8 класс методическое пособие

смеялся, потому что читал, он самообразовывался, не полностью опираясь на это реальное училище. А. ВЕНЕДИКТОВ. У него уже начались столкновения с отцом, потому что отец, он такой… знаете, это постнаполеоновская буржуазия, ведь Наполеон в свое время расчистил феодальную Германию благодаря своему Кодексу. Н. БАСОВСКАЯ. Очень буржуазный отец. А. ВЕНЕДИКТОВ. Очень буржуазный отец. Текстиль, работа…
Н. БАСОВСКАЯ. И вера. Но мама была у отца под довольно железной рукой. Ноу мамы было тяготение к этому и не могло не сказаться, конечно, на мальчике. В 1834 г. его отдалив городскую гимназию. Любимые предметы — история и языки. Он гуманитарный человек, в отличие в будущем от экономиста Маркса. А. ВЕНЕДИКТОВ. И отец недоволен, отец Энгельса недоволен. Н. БАСОВСКАЯ. Отцу нужен экономист. А. ВЕНЕДИКТОВ. Отцу нужен наследник. Н. БАСОВСКАЯ. Ему бы нужен был Маркс Но до своих идей революционных. А он хотел, чтобы сын был торговый работник, настоящий преемник, чтобы был коммерсантом, чтобы, естественно, его дело попало в очень хорошие руки. А мальчишка обожает своего учителя­словесника и историка. Сохранилась тетрадь в архиве, куда юный Энгельс, школьник, записал на основе уроков любимого учителя всю древнюю историю, как он ее назвал, От сотворения мира до Пе­
лопонесской войны, до V в. дон. э. Иллюстрации — следующая черта Энгельса — он сделал сам. Великолепный рисовальщик. Он потом даже какое­то время публиковал некоторые свои карикатуры, ибо свой дар рисовальщика направил все также на критику, революционную критику существующего мира. А там он рисовали подписывал Колоссальный Сфинкс близ Каира — ион его рисует. Длинные ворота в Микенах, персидские и греческие войны. Талантливо, красиво, легкая рука. А. ВЕНЕДИКТОВ. Родись он налет раньше, был бы энциклопедистом среди Дидро, Монтескье и прочих людей, явно совершенно.

Н. БАСОВСКАЯ. Да. Конечно, он очень подошел бы деятелям Просвещения. Его старая нянька, служившая в их доме, как­то вспоминала Однажды юный Фридрих, лет двенадцати, появился в доме внутри в дневное время с фонарем. Его спросили Что ты делаешь Он сказал Ищу человека. Он играл в
Диогена». А. ВЕНЕДИКТОВ. Все­таки какая в нашей школе была мрачная история изучения начала марксизма — вот эти Фридрих Энгельс… Вместо того, чтобы вот это рассказать. Н. БАСОВСКАЯ. Этими путями мы бы их лучше запомнили. Мы бы ближе к сердцу приняли. Ну, может, и хорошо, что это делалось тупо. Яне знаю, можно листать тупо верующими в это искусственно созданное учение… вот я думаю, что мы к этой мысли еще придем. А. ВЕНЕДИКТОВ. Почему он­то? Почему он Откуда у него корни — вот это важно. Н. БАСОВСКАЯ. Почему он А. ВЕНЕДИКТОВ. Потому что он гуманитарий. Он гуманитарий, он выделяется среди вот этого буржуазного, северонемецкого, протестантского, где веселость — это грех. Веселость — это грех, безусловно. Н. БАСОВСКАЯ. Да. И где переводы из Ливия, которые делает юный Фридрих…
А. ВЕНЕДИКТОВ. Зачем Н. БАСОВСКАЯ. Цицерон, Вергилий и Гораций считаются абсолютно бессмысленными. А. ВЕНЕДИКТОВ. Потеря времени. Н. БАСОВСКАЯ. А частички из Гомера, к которым он сделает перевод, — это уж совсем какая­то блажь. А он таким останется до старости. А. ВЕНЕДИКТОВ. И у него всегда до старости останутся натянутые отношения с отцом. Они были из разных миров. Н. БАСОВСКАЯ. Навсегда. А. ВЕНЕДИКТОВ. Даже когда Энгельс поменял свой мири стал вот этим самым, отец остался протестантом, тружеником, большим тружеником. Н. БАСОВСКАЯ. У которого трагедия сын стал не только революционером — атеистом.

А. ВЕНЕДИКТОВ. Вот, мы об этом поговорим. Н. БАСОВСКАЯ. Причем воинствующим атеистом. Атак пока… в зрелые годы он переведет отрывки кусочки из Евгения Онегина», освоив русский язык. Он необычный совершенно человек. Но уйдет он из жизни (сейчас не будем забегать впереди все­таки я хочу это подчеркнуть) романтиком. А. ВЕНЕДИКТОВ. Влет он написал первое стихотворение, которое называется Бедуин. И оно первое стихотворение было опубликовано в журнале немецком. Н. БАСОВСКАЯ. Сказал, что оседлать Пегаса мне не удается, что поэма неудачна. Нов ней даже строгие литературоведы находят некоторые прелести, потому что поэма опять абсолютно гуманитарная. Он пишет о том, романтизируя этих бедуинов, что у них в прошлом прекрасная, но очень самобытная цивилизация, которую сломал западный мир. Боже мой, проблема совершенно сегодняшняя Это умный человек, это чувствующий человек, гуманитарный человек, эмоциональный. Нов тоже время и трезвый. Вот свое литературное творчество и художественное он оценил строго. Видимо, так, если быть кем­то, то среди первых и очень заметных. Согласился в итоге на второго. Но ведь второй от первого номера. А. ВЕНЕДИКТОВ. Да. Номы говорим о Фридрихе Энгельсе, о той фигуре, которую мы знаем исключительно по памятникам на некоторых площадях в некоторых наших городах. Итак, он не заканчивает учебу. Н. БАСОВСКАЯ. Отец, тот самый разочарованный в нем отец, проявил просто полный деспотизм, не дав закончить последнего класса вне самой плохой гимназии, где было лучше, чем в реальном училище, он вернул его в 1837 г. своей волей отцовской в отчий дом. Чтобы он работал в торговой фирме
«Гаспар Энгельс и компания в Бремене. Все. Логически рассуждая, он был прав. Вот сейчас окунется в эти конторские книги, включится мальчик, деятельный, энергичный, хотя и беспокоящий его, умный, талантливый — засосет его. А ведь скольких

засасывало А он работает добросовестно в этом торговом доме. При этом как рази публикует — и своих Бедуинов, и стихотворение Из Испании, где есть такая знаменательная строчка Поэт дозором на башне более высокой, чем вышки партии стоит. Это даже превосходит его будущее — потом будет предан коммунистической партии, которую они создадут с Марксом. А вот здесь, озарением, чувством, сердцем, он заметил превосходство поэзии над всякими умствованиями. Параллельно он занимается спортом. Что очень интересно вообще. Когда я сказала жизнь в тени»… Энгельс высокий, крупный, физически сильный. Маркс пониже ростом и как раз не особенно такой силач. И вот этот большой человек в тени человека, меньшего размером. Он очень успешно занимается фехтованием, верховой ездой, плаванием. Его не пугает служба в армии, он пишет об этом Настоящий мужчина должен в армии отслужить. Он еще не враг режима, и у него нет идейных соображений, чтобы не пойти, не отбыть воинскую повинность. В 1841 гон отбывает воинскую повинность в Берлине.
А. ВЕНЕДИКТОВ. Отмечу я, один год. Н. БАСОВСКАЯ. Так полагалось. Но занятно то, что он был бомбардиром. А. ВЕНЕДИКТОВ. Артиллеристом, артиллеристом. Н. БАСОВСКАЯ. Да. Энгельс и артиллерия, Эн­
гельс и бомбардир. А. ВЕНЕДИКТОВ. А потом он напишет несколько трудов по артиллерии. Н. БАСОВСКАЯ. Он очень увлечется военной историей. И надо сказать, что в военной истории — правда, с большой опорой на Клаузвица, знаменитого специалиста по истории военного дела в Германии, — он напишет интересные вещи. Дело в том, что там не всегда можно различить, где Клаузвиц, где Энгельс. Не в укор Энгельсу…
А. ВЕНЕДИКТОВ. Не в укор Клаузвицу! Н. БАСОВСКАЯ. Да, это тем более. Середина
XIX в, еще нет понятия плагиата. И очень многое,

что они воспроизводили из трудов своих предшественников, было уже не так, как у античных авторов, целыми страницами, но без ссылок — понятие ссылок еще не образовалось. Писали для узкого круга людей, которые итак знали, где Клаузвиц…
А. ВЕНЕДИКТОВ. Где Энгельс. Н. БАСОВСКАЯ. Где новый, новоявленный молодой Энгельс. При этом он посещал лекции в Берлинском университете. Берлинский университет — один из самых видных, заметных, хотя не таких традиционных, как Тюбинген, Виттенберг, но он стремился добровольно — вольным слушателем. У него не сложилось системного университетского образования. А. ВЕНЕДИКТОВ. Ну вообще у него нет образования в нашем понимании, дипломов не было. Н. БАСОВСКАЯ. Потому что отец. Нет. Ау Маркса был. Хоть и заочно полученный, но был. А. ВЕНЕДИКТОВ. Ау Энгельса не было. Самоучка. Н. БАСОВСКАЯ. А его отец настолько пихал в коммерцию, что ему пришлось все самостоятельно. И снова отец после службы в войске вот этом, в военной повинности один год, отправляет его в Манчестер. Его жизнь неразрывно связано с Англией, потому что его отправили на фабрику. Опять, отец на одно из своих предприятий, «Эрмен и Энгельс». По дороге туда, в городе Кельне в Германии он впервые встречается с Марксом. Знал бы его отец… что он направил его прямо в объятия того… (он все боялся дурных влияний на Эн­
гельса, романтических влияний. Но он же попал в худшее. Он попал к молодому, старше его всего на два года, человеку по имени Карл Маркс, главному редактору Рейнской газеты. Энгельс зашел туда с предложением, не надо ли Рейнской газете, отличающейся либеральными взглядами и позициями, симпатичными уже Энгельсу — потом они их разгромит, перейдет он на коммунистические позиции, — не надо ли им корреспондента в Англии. А им как раз нужен был именно в Англии — у них там не было своего спецкора, как мы скажем сегодня. Но первая встреча не привела немедленно к пылкой дружбе — они довольно прохладно встретились. А. ВЕНЕДИКТОВ. Уж больно были разные. Н. БАСОВСКАЯ. Но впереди не только еще худшее влияние, как сказал бы его отец, а такое тесное сотрудничество, такая выдающаяся бескорыстная и отчаянная — со стороны Энгельса — дружба и преклонение перед этим человеком всего на два года старше, которые и вообразить­то себе в тот момент было невозможно. Энгельс в Англии получил толчок в сторону Марксовых взглядов на неизбежность рабочей революции, на то, что пролетариат — самый передовой класс, потому что он там увидел. Он увидел действительно ужасное положение рабочих. А. ВЕНЕДИКТОВ. Он до этого не сталкивался с этим, разве что…
Н. БАСОВСКАЯ. Немножко сталкивался. Ну, у себя в Германии, когда он иногда заходил — есть такие небольшие сообщения — в рабочие кварталы, туда, где знали его отца, и боялся, что кто­то узнает в нем Энгельса. Потому что видел, что эти кварталы нищие, по сравнению сего жизнью. А. ВЕНЕДИКТОВ. В Англии это вообще, это была кузница мира, да Н. БАСОВСКАЯ. Кузница мира…
А. ВЕНЕДИКТОВ. И там оставались старые законы. Недаром в Англии в это время развивались чартизм, рабочее движение, а люди там жили очень плохо. А Энгельс стал новым… он еще не стал совладельцем фирмы, но как сын совладельца фирмы… он начинает там работать и видит, как работает рабочий класс в Англии. Н. БАСОВСКАЯ. Он увидел муки, страдания, а его гуманитарная душа и доброе, видимо, очень доброе сердце — всей своей жизнью он это доказал — не могли это перенести. В общем, в сущности, он получил толчок к коммунистическому мировоззрению из реальности. Другое дело, что, пережив довольно значительно Маркса, на закате своих дней он многое поймет. Он будет писать о том, что эти ужасы капиталистического производства относятся к раннему

капитализму. Вот его слова Чем более развивает­
ся»… в поздние годы. Чем более развивается капиталистическое производство, тем менее оно уживается с мелкими приемами обмана и мошенничества, которыми характеризуются его ранние ступени. Ну мыто точно на ранней в современной России находимся, потому что не пришло еще понимание, что быть честным капиталистом выгоднее. Но он на закате дней это увидели понял, что не совсем все уже надо понимать так. А в своей знаменитой книге Положение рабочего класса в Англии, написанной по манчестерским впечатлениям в 1845 г. и изданной спустя почти
50 лет — в м, затри года до смерти, он скажет Положение вещей, изображенное в этой книге, принадлежит теперь, по крайней мере в Англии, прошедшему. Он был умным, развивающимся, не упертым человеком. А. ВЕНЕДИКТОВ. Я только отмечу, что эту книгу он написал в возрасте 22 лет.
Н. БАСОВСКАЯ. Это… феноменально одаренный юноша, и написана она была сердцем, и сердце толкало его к коммунизму. Ведь на самом деле коммунистическая идея, которую они так блистательно оформят с Марксом, она привлекательна. Она была привлекательна до нашей эры, она была привлекательна в Средние века, она остается привлекательной для многих людей сегодня. Это кажущаяся возможность всеобщего счастья и благоденствия. А. ВЕНЕДИКТОВ. Причем быстро, немедленно. Н. БАСОВСКАЯ. Немедленно. Путем конфискаций, путем того, что кто был ничем, тот станет всем. Большое заблуждение, как показала жизнь, нов начале х гг. Энгельс сделался там, в Англии, социа­
листом…
А. ВЕНЕДИКТОВ. Причем за полтора года. Н. БАСОВСКАЯ. И чартистом. Мгновенно. Сердце привело его туда. Сердце работало у него в другом направлении. Именно там он встретил некую ирландскую работницу, Мэри Берне, которая позже стала его женой, в 1863 г. Сначала гражданской. А потоми сестра ее, Лидия, после смерти первой жены. Как

толковать этот поступок, сказать очень трудно, ибо на русском языке об Энгельсе­человеке написано вполне недостаточно. А. ВЕНЕДИКТОВ. Да ничего не написано. Н. БАСОВСКАЯ. Я мягко выразилась. Но то, что эта девушка из рабочей среды, показало, что и здесь он соединял в своих поступках веление сердца с формирующимся у него убеждением, искренним, глубокими несокрушимым, как выяснилось. А. ВЕНЕДИКТОВ. Смотрите, мало того, что это был мезальянс, там была еще одна история очень важная — дело в том, что он отказался заключить с ней брак, потому что он вообще к браку в течение всей своей жизни, вот этой части — ему 24 года… Буржуазное дело. Уже тогда он пишет о том, что брак — это доминирование мужчины над женщиной, а мужчина и женщина должны быть равны, и поэтому брак не должен бы заключаться — вот церковный брак…
Н. БАСОВСКАЯ. Искренне верующий сначала, в детстве, в Бога…
А. ВЕНЕДИКТОВ. Да. Н. БАСОВСКАЯ. А затем в отсутствие оного. В об­
щем­то, очень пылкий человек. И человек, руководствующийся движениями сердца во многих своих важных поступках ив частности, в отношении к Карлу Марксу. А. ВЕНЕДИКТОВ. И вот он возвращается, не женился в Манчестере, но он отработал там полтора года в конторе. Кстати, очень добросовестно. Писал вот эту книгу…
Н. БАСОВСКАЯ. Очень успешно. А. ВЕНЕДИКТОВ. Да. Стал социалистом, стал чартистом, завел подругу… жену, наверное, хотя брак он все­таки признавал как искусственный…
Н. БАСОВСКАЯ. Искусственный институт буржуазный. А. ВЕНЕДИКТОВ. Да, и несправедливый. Искусственный и несправедливый, говорил он. А дальше он возвращается, он едет в Париж. Н. БАСОВСКАЯ. Рада ли была Мэри такой трактовке

А. ВЕНЕДИКТОВ. Ну, я думаю, что да, вызнаете, потому что она из совсем простой семьи, и мы ничего не знаем про ее родственников. Он ее взял сули цы. Они жили вместе, иона поднялась, в общем, до сына совладельца этой фабрики. А потом он уезжает, он очень мало был в Англии — полтора года. Он снова возвращается в Германию, но по дороге заезжает в Парижа этой год… Накануне революции. 4 года осталось до европейских революций. И опять его друг Карл Маркс. Н. БАСОВСКАЯ. И вот эта встреча, может быть, в атмосфере Парижа… они, кстати, оба любили выпить хорошего вина. Там с Марксом общение сложилось неформальное. Ив этом неформальном общении они друг друга увидели. Они друг к другу расположились, оба оказались людьми знающими. Энгельс со своими впечатлениями об английском рабочем классе передал Марксу убеждение свое личное, что революция в Англии абсолютно неизбежна. А Маркс видел, что она назревает во Франции, что­то будет ив Германии. И они, друг друга поддерживая, друг друга эмоционально что ли подогревая, создали полную иллюзию неизбежности европейской революции. Сидели очень долго, понимание углублялось и углублялось, прекрасное французское вино в этом участвовало, ноне играло решающей роли, и те отношения, которые между ними сложились, вызывают уважение, к Эн­
гельсу особенное. Почему На долгие годы, нате примерно 50 лето которых вы совершенно правильно сказали — ведь это срок, между прочим, — Энгельс был силой поддерживающей, он добровольно взял на себя эту роль…
А. ВЕНЕДИКТОВ. Они переехали в Брюссель, вместе проводили очень много времени. Они увидели, что там коммунистическая линия начинает развиваться, и наконец они начинают работать над Манифестом коммунистической партии. Н. БАСОВСКАЯ. Думаю, что лучшие и самые яркие страницы этого документа, обязательно написанные Энгельсом, это глава Буржуазия. Дело в том, что так ярко о двух ликах буржуазии как класса, ее

прекрасным, привлекающими мерзким, отталкивающим, который он прекрасно увидел в Англии, так нигде никогда больше не было написано. Это художественный кусок, а поскольку Энгельс никогда не переставал быть человеком художественным, я опять здесь приписываю, ну, акцент, авторство ему. Дело в том, что в те же е гг., помышляя о революции, написав труд об ужасном положении рабочих, он это выражает ив художественных формах тоже. Например, он перевел с английского на немецкий стихотворение Эдуарда Мида, известное в Англии, из Бирмингема, о ненависти рабочих к фабрике и машинам. Вот кусочек перевода — уже в переводе на русский, неплохом — Есть на свете король, не из сказки король — тот румян, добродушен и стар. Этот золи суров, губит белых рабов, беспощадный король этот — Пар. Против паровой машины. Хоть рука у тирана всего лишь одна, но владеет он силой такой, что сметает народы, крушит племена раскаленной железной рукой. Ну итак далее, дальше он его сравнивает с Молохом, который пожирает людей… Он ухитрялся оставаться романтиком, одновременно со зреющим в нем коммунистом. Но он никогда тупым­то коммунистом не был. И смею утверждать, что умер романтиком — доказательства приведу. Итак, приближается революция. А. ВЕНЕДИКТОВ. Февраль го г. во Франции, а не в Бельгии. Франция становится… она становится, как бы сказать, отрезанной от других стран Европы, да, просто бойкот. И они переезжают в Германию, ожидая германской революции. Н. БАСОВСКАЯ. Веря в нее несокрушимо. Тем более что… французский рабочий класс показал свою силу. Они пишут в немецких газетах, в этой самой Новой Рейнской газете»… Переименовали ее. Эти юноши своими публикациями просто, действительно, приближают революцию. Иона началась — й г. Но она идет неудачно… гораздо в более мягких формах, тут много либеральных течений, есть соглашательство — немецкая буржуазия разумно хочет договориться с правительством, это страна без