Казахстанский институт стратегических исследований при президенте республики Казахстан
 Скачать 0.96 Mb.
| Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |
 С этим файлом связано 85 файл(ов). Среди них: Takticheskie_uslovnye_znaki_1942.pdf, Rukovodstvo_po_vedeniyu_partizanskoy_voyny.pdf, Vasil_39_ev_Vinitskij_Egipetskaya_revoljutsiya.pdf, Кочнева.docx, Lakhman_R_Kapitalisty_ponevole_M__2010.pdf, Васильев А.М. Цунами по-египетски.docx, Sherratt_-_Adorno_39_s_Positive_Dialectic_Cambrid.pdf и ещё 75 файл(а). Показать все связанные файлыIV. Вероятные сценарии развития ситуации в регионе Индией и Россией в последние годы заметно укрепились. Появились новые игроки, стратегические интересы которых требуют дальнейшего развития региона. В 2008 г. премьер-министр Индии Манмохан Сингх заявил, что Индия рассматривает этот регион как неотъемлемую часть своей орбиты. Кроме соглашений с Катаром и Оманом в сфере военного сотрудничества для обеспечения безопасности на море Индия также подписала Эр-Риядскую декларацию с Саудовской Аравией (февраль 2010 года. Двусторонние отношения переросли в стратегическое партнерство. Заключить подобное соглашение Саудовскую Аравию отчасти побудила стратегическая переоценка региональных связей и угроза стабильности, исходящая от событий в Йемене, Афганистане и Пакистане. У КНР имеется стратегическая база в Аравийском море, всего в 400 км от входа в Ормузский пролив. С ее помощью Китай сможет защищать свои жизненно важные интересы энергетической безопасности и наблюдать заморскими перевозками. Россия также начала расширять политические и экономические связи со странами Персидского залива в целом ив частности, укрепила отношения с Катаром и Саудовской Аравией – коллегами по добывающему цеху. Ливан после падения правительства Саада Харири переживает собственный кризис, вызванный противостоянием сирийского и саудовского лобби (последнее, поставив на конфронтацию с Дамаском, проиграло. Не исключено постепенное сползание в гражданскую войну, в качестве ведущей силы в которой будет выступать «Хезболла» шейха Насраллы. Роль детонатора конфликта могут, как ив гг., сыграть заключенные в лагеря палестинские беженцы (более 400 тыс.). Сирия и Ливан тесно связаны с этнической точки зрения, поэтому этноконфессиональный конфликт из одной страны неизбежно перекинется во вторую, только-только начавшую отходить от многолетней гражданской войны. Кроме того, Арабская весна 2011 года социально-политические изменения на Арабском Востоке и их международные последствия создание сирийской плотины между Ливаном и Ираном неизбежно вызовет радикализацию «Хезболлы». При этом активизация «Хезболлы» будет далеко не единственной проблемой, с которой столкнется Израиль после падения режима Асада. В Иордании бунтующая молодежь требовала отставки премьер-министра, прекращения политических репрессий, проведения реформ. Требования молодых оппозиционеров такие же, как в соседних странах – борьба с коррупцией и безработицей, принятие закона о выборах, упразднение марионеточного парламента и секретной службы. Премьер аль-Бакит был назначен на этот пост недавно. Ему-то король Абдалла II и поручил провести реформы. Но аль-Бакит уже был главой правительства в 2005–2007 гг., и оппозиция не видит в нем проводника обновления. В результате король все-таки был вынужден отправить правительство в отставку, что позволило существенно разрядить обстановку. Кувейт не оправился от последствий иракской оккупации 1990–1991 годов. Влияние Бахрейна ограничено нелояльностью шиитского большинства населения суннитской династии. Экономический кризис ослабил ОАЭ, особенно Дубай, обрушив пирамиду недвижимости, на которой в последние годы было основано его благополучие. Свое политическое влияние укрепляет лишь умеренно ваххабитский Катар, обладатель третьего в мире газового запаса. В качестве медиатора региональных конфликтов он успешно соперничает с такими гигантами арабского мира, как Египет и Саудовская Аравия. Главное оружие катарского эмира в борьбе за доминирование на межарабской политической арене – «Аль- Джазира», эффективность которой доказывает ее запрет в Египте, где телеканал в немалой мере способствовал раскачиванию лодки. Но этот инструмент может оказаться бесполезным в случае перенесения беспорядков на территорию самого Катара. При этом главным фактором нестабильности в 191 IV. Вероятные сценарии развития ситуации в регионе монархиях Персидского залива, включая Саудовскую Аравию, могут стать иностранные рабочие, в ряде стран многократно превосходящие их граждан по численности. Йемен находится в состоянии перманентной гражданской войны. Точнее, не одной, а нескольких войн, идущих одновременно. Самая ожесточенная война идет в рамках одного племенного союза хашим, к которому принадлежит и сам президент Салех. Суть конфликта проста шейх хашима требует сохранения за кланом привилегий в ущерб другим племенным союзам. Салех же как президент старается учитывать интересы не только родного клана, но и всех остальных. Вторая гражданская война в стране идет между суннитами, составляющими 52% населения, и шиитами (46%). Шиитов поддерживает Тегеран, который оказывает антиправительственным группировкам военную и финансовую помощь. Тем самым иранцы укрепляют свои позиции на Аравийском полуострове, создавая стратегический плацдарм и обходя с юга геополитического оппонента – Саудовскую Аравию. Падение режима Салеха неизбежно ослабит суннитские группировки, которые примутся делить власть, и этим наверняка воспользуются шииты. Третий конфликт связан с вмешательством США в противостояние между суннитами и шиитами в Йемене, как они вмешались в конфликт, который сегодня в стране правительственные силы сражаются с исламистскими группировками, которые открыто заявляют о принадлежности к «Аль-Каиде». * И наконец, четвертая потенциальная гражданская война – за * Последователи Осамы бен Ладена действуют на юге страны и, по оценке экспертов, фактически контролируют 5 из 21 провинции. В свое время Али Адбалла Салех умело использовал террористическую угрозу, чтобы добиваться от США увеличения объемов помощи. Финансовыми вливаниями Вашингтон не ограничивался – периодически сообщалось о точечных ударах американских беспилотников по лидерам йеменской «Аль-Каиды». Арабская весна 2011 года социально-политические изменения на Арабском Востоке и их международные последствия отделение юга страны. Эта война пока не идет, но может начаться в любой момент. Особенно если после отставки Салеха центральная власть в Сане еще более ослабнет. Эксперты опасаются, что в результате четырех гражданских войн Йемен перестанет существовать как единое государство – превратится в некое подобие Сомали. В стратегически важном регионе, где пролегают важнейшие пути транспортировки нефти, может возникнуть вакуум власти, которым не преминут воспользоваться экстремистские группировки, действующие в исламском мире. Наблюдатели отмечают, что йеменский лидер прибегает к той же тактике, которую он использовал в 1994 году вовремя гражданской войны с сепаратистами на юге страны. Тогда Сана на всех международных площадках изъявляла готовность к переговорам, но при этом правительственные войска продолжали наступление. Салех регулярно обещает подписать мирный план, уйти в отставку, объявляет о прекращении огня, а его сторонники всеми силами пытаются подавить сопротивление оппозиции. Монархические режимы в Иордании и Марокко имеют свои глубоко укоренившиеся династические традиции, восходящие к пророку Мухаммеду. Эти страны в отличие от большинства монархий Аравийского полуострова далеко продвинулись по пути политической модернизации. Поэтому можно полагать, что устои этих режимов менее уязвимы, хотя сами верховные руководители, судя по всему, восприняли происходящее в высшей степени серьезно. Волнения в Тунисе и Египте грозят сказаться на ситуации в Алжире, вялотекущая гражданская война в котором идет с 1992 года. Президент Абдулазиз Бутефлика стар, конфликт арабов с берберами также актуален, как и десятилетия назад, а исламисты никуда не делись. Под угрозой стабильность в Марокко, на территории которого еврейские и христианские 193 IV. Вероятные сценарии развития ситуации в регионе святыни являются для «Аль-Каиды» Магриба столь же легитимными объектами атаки, как и иностранные туристы. Мавритания, где число рабов, по некоторым оценкам, достигает 800 тыс, находится в полосе военных путчей и восприимчива к любым революционным призывам. В Алжире сохраняется вероятность нового взрыва. Оружия там не меньше, чем в Ливии, а исламисты уже побеждали на демократических выборах в 1991 г. и вели кровопролитную войну против военно-бюрократического режима. Новая междоусобица грозит вовлечением в нее Марокко. Ведь проблема спорной Западной Сахары не решена, а бойцы фронта ПО- ЛИСАРИО штыков в землю не воткнули. Боевые действия могут пересечь границы стран зоны Сахеля: Мали, Чада, Нигера, а есть еще и неспокойные районы Судана. Власти Алжира укрепляют границы с Ливией, откуда, по их мнению, просачиваются боевики «Аль-Каиды» в странах исламского Магриба. Они известны как похитители европейцев, но их может привлечь и шанс отомстить за поверженных когда-то братьев по идеологии. Тогда в Алжире главной действующей силой окажутся откровенные радикалы-исламисты. Ливийская кампания, как и всякая локальная война, была весьма непрозрачна. Например, только спустя несколько недель после начала событий более или менее прояснились основные группировки внутри повстанцев. Среди них – исламисты, в том числе боевики «Аль-Каиды» и регионалисты. Эти силы первоначально шокировали своих французских покровителей антисемитскими лозунгами. Третьей силой эксперты считают ливийских берберов, претензии которых на собственную этнич- ность Каддафи не признавал. На самом деле они составляют чуть лине десятую часть всего населения и относились к числу наиболее непримиримых противников полковника. По крайней мере в двух странах государственная (панараб- ская) идеология по-прежнему отвергает полную эмансипацию Арабская весна 2011 года социально-политические изменения на Арабском Востоке и их международные последствия этнических меньшинств. Иллюстрацией может служить состояние меньшинств в Алжире и Египте, а также проблема рабства в Мавритании Сложность ситуации в Алжире состоит в том, что там существуют три враждующих полюса правительство, джихадисты и кабилы. Кабилы обвиняют режим в том, что он препятствует признанию самобытности берберов. Иранская модель теократической демократии – это скорее шиитский феномен, она вряд ли способна стать притягательным примером для арабских государств с преобладанием ислама более мягкого суннитского толка. Вместе стем противопоставление современного развития национальными религиозным традициям – гарантия неудачи. Политические реформы в большинстве мусульманских стран не будут успешными, если они осуществляются как альтернатива исламу и, следовательно, воспринимаются мусульманским сообществом в качестве угрозы религиозным ценностям. Линия на искусственную демократизацию и переориентацию традиционного мусульманского общества с целью внедрения либеральных ценностей несет опасность дестабилизации и играет на руку исламским экстремистам. На сегодняшний день никто не знает, какими будут новые режимы Ближнего Востока. летний Мохаммед Хуссейн Тантауи, возглавивший Египет после ухода Хосни Мубарака, едва ли может рассматриваться в качестве долгосрочного президента. Ключевыми фигурами в диалоге между политическими элитами Египта и Израиля со стороны Каира на протяжении многих лет были Осама эль-Баз, ближайший советник Мубарака, и глава Службы общей разведки в 1993–2011 гг. Омар Сулейман. В конце января он был назначен вице-прези- * Наряду с коптами в Египте, берберы являются старейшими жителями Северной Африки. Арабские националисты, большинство из которых являются социалистами и сторонниками авторитарных режимов, отвергают право берберов на самоопределение 195 IV. Вероятные сценарии развития ситуации в регионе дентом, но уже вдень отставки Мубарака 11 февраля 2011 го которой он же и объявил, потерял этот пост и с тех пор не появлялся на публике. Все эти люди – очень пожилые. Назначен летний инженер Эссам Абдель-Азиз Шараф, который до этого лишь однажды на протяжении полутора лет работал в правительстве в должности министра транспорта, ас декабря г. не входил в руководство страны. Наработанных контактов с ним ни у кого на Западе (равно как ив Израиле) нет, непонятно, сколько он продержится на посту, каков будет круг его полномочий и есть ли у него президентские амбиции и перспективы. Наблюдателям было сложно прогнозировать и кто именно придет к власти в Тунисе. Ио. президента Фуад Мебаза и премьер-министр Каид Эс-Себси в силу возраста не могли на это претендовать (первому – 78 лет, второму – 85). Легальные оппозиционные организации – Партия народного единства, Прогрессивная демократическая партия, «Ат-Тадждид», Демократический форум за труд и свободы и другие массовой поддержки не имели. В Тунисе было весьма вероятно существенное увеличение представительства исламистов в высших органах власти, что и показали выборы в ноябре. * Как отмечал известный советский/российский востоковед Г.Мирский, один из важнейших выводов, которые можно сделать при анализе арабской революции, таков показала свою несостоятельность концепция авторитарной стабильности, получившая распространение среди западных (и части российских) политиков. Ее суть в том, что следует поддерживать авторитарные, не подконтрольные общественности и презирающие права человека режимы, поскольку они, во-первых, лояльны по отношению к союзной сними великой державе * До 40% мест в Конституционной ассамблее Туниса получили умеренные исламисты из партии «Ан-Нахда» во главе с Абдельхамид Джласси. Арабская весна 2011 года социально-политические изменения на Арабском Востоке и их международные последствия и, во-вторых, пресекают экстремизм. В США эта концепция фактически уже при Дж. Буше-мл. заменила идею внедрения демократии в странах Востока. * В целом на Ближнем Востоке возникает своего рода замкнутый круг, когда исламисты в любом случае усиливаются если не в краткосрочной, тов средне- и долгосрочной перспективе. «Братья-мусульмане» станут влиятельной легальной силой, они не будут требовать денонсации мирного договора с Израилем и примут этот договор как политическую реальность. Ряд аналитиков опасается, что под прикрытием лозунгов о демократизации значительная часть арабских стран Персидского залива перейдет под фактический контроль Ирана. Под лозунгами освобождения от гнета диктаторов радикальный ислам возьмет под контроль значительную часть арабских стран. Мир между Израилем и палестинцами, между Израилем и Сирией станет невозможным. Мирные соглашения с Иорданией и Египтом постепенно сойдут на нет. Исламистские, неонасеристские и неоосманские силы будут формировать облик Ближнего Востока. Таким образом, арабские государства стоят перед набором опций дальнейшего политического развития, к которым относятся) сохранение авторитарных режимов 2) турецкая модель умеренной и светской мусульманской демократии 3) иранская модель теократической демократии 4) победа исламистских режимов. ** Значительное повышение роли исламского фактора является еще одним важным вектором влияния событий в арабском мире на трансформацию глобальной международной системы. Естественно, что это непосредственно затронет государства * Мирский Г.И. Арабский мир надоело, не верим, не боимся // Международные процессы. 2011. Т. № 1. C. 101. ** См События в Северной Африке и на Ближнем Востоке // Мировая экономика и международные отношения (Москва, ИМЭМО). 2011. № 7. C. 11-25. 197 IV. Вероятные сценарии развития ситуации в регионе Евросоюза, поскольку еще больше подхлестнет миграцию с Ближнего Востока и из Северной Африки. Не исключено, что в арабском мире возникнет своего рода дихотомия традиционных авторитарных монархий и новых, по ценностям близких Западу (хотя и необязательно во всем ему дружественных) демократических режимов. Здесь, очевидно, развернется противоборство между двумя тенденциями развития – к секуляризму (с исламским лицом) и исламскому «клерикализму». Вот пока предварительные итоги событий 2011 года в контексте формирования контуров будущих политических режимов. В Тунисе планируется избрать Национальную учредительную ассамблею, которая разработает новую Конституцию. В Сирии отменено чрезвычайное положение, приняты декреты о введении многопартийности, об условиях и порядке выборов в Народный совет и местные советы, о местном самоуправлении и свободе печати. С согласия властей были проведены две конференции оппозиционных сил, в феврале 2012 года должны состояться парламентские выборы. В Саудовской Аравии оппозиция требует выборов в Консультативный совет (который сейчас назначается королем) и преобразования страны в конституционную монархию. В Бахрейне радикальные шиитские организации добиваются провозглашения республики, а умеренные – принятия новой Конституции, в соответствии с которой министры будут избираться, а не назначаться королем. В Алжире предполагается изменить законы, регулирующие избирательный процесс и деятельность политических партий. В Марокко король Мухаммед VI принял решение о разработке новой Конституции, которая будет предусматривать выдвижение премьер-министра от победившей на парламентских выборах партии вместо назначения его монархом по своему усмотрению Арабская весна 2011 года социально-политические изменения на Арабском Востоке и их международные последствия По-иному обстоит дело в Ливии, где в соответствии с подготовленной Переходным национальным советом (ПНС) декларацией предполагается в течение двухлетнего переходного периода принять Конституцию и подготовить всеобщие выборы, а целью проводимых преобразований будет, по словам председателя ПНС Мустафы Абд-аль-Джалиля, создание исламского государства». Таким образом, следствием народных выступлений станет, видимо, некоторая либерализация существующих политических систем, произойдет расширение политического представительства на плюралистической основе. Масштабы либерализации во многом будут зависеть оттого, что будут представлять собой новые конституции государств региона, и оттого, как будут организованы и каковы будут результаты парламентских и президентских выборов. Но при этом было бы преждевременно рассчитывать на превращение арабских стран, где гражданское общество только еще формируется, в демократии западного образца (что наглядно продемонстрировал пример Ирака. В данном контексте может представлять интерес мнение Б. Скоукрофта, бывшего помощника по национальной безопасности Президента США, считающего, что последние события в мире, в частности на Ближнем Востоке, – это не демократия как таковая». * Новым властям придется столкнуться с немалыми сложностями. Только прямые потери в результате восстаний достигли млрд. долларов в Египте и 2,6 млрд. евро в Тунисе. На это наслаивается угроза снижения прибылей от туризма, обеспечивающих 11% доходов АРЕ и формирующих 50% бюджета Туниса. Ливии, по словам главы ведомства поре- конструкции экономики ПНС Ахмеда Джехани, потребуется * Цит. по Подцероб А. Восстания арабов в XXI веке что дальше // Международная жизнь (МИД РФ. 2011. № 10. 199 перейти в каталог файлов | Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |