Исследование по психологии возрождения античности. художник и знаток
 Скачать 4.05 Mb.
| Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |
| (лат.). а одинокий Марс в благоприятном одиннадцатом до- ме Близнецов предвещает лишь неопасный дар крас- норечия39. Самым наглядным свидетельством неистребимой жизнестойкости этих итальянских по своему проис- хождению астрологических прогнозов является тот факт, что даже Гарцеус (Гарце)40, который наконец ис- пользует для составления своего гороскопа подлин- ный день рождения Лютера — 10 ноября 1483 года, — попросту сохраняет в нем то положение звезд, кото- рое было рассчитано Гауриком и перелицовано Рейн- гольдом и Карионом41. В пользу того, что во времена пребывания Гаурика в Виттенберге и даже позже имела хождение «смяг- ченная» редакция его гороскопа, принадлежавшая ему самому, или, что кажется еще более вероятным, один из указанных выше вариантов Кариона—Рейнгольда, говорит гороскоп Лютера, составленный итальянским астрологом Кардано. Этот ученый изменяет введен- ный Гауриком год рождения — 1484-й на — на 1483-й, а в сопроводительном тексте (посвященном самому Лютеру) подчеркивает явно недостаточную жесткость контрреформационной аргументации всех предшест- вующих гороскопов, опиравшихся на 1484 год42. Из этих соображений он перемещает соединения планет из дома Скорпиона в другие дома гороскопа, среди которых — покровительствующая религии Дева. Этот факт дает основание считать, что пропитанный ядом антилютеранский текст к гороскопу Гаурика 1552 го- да мог быть написан под нажимом контрреформации именно для последнего издания. Злопыхательский гороскоп Кардано — плод цер- ковной политики — также был известен Лютеру и, ес- тественно, был им резко осужден. В 1543 году один из сотрапезников Лютера показывал ему этот горо- скоп среди нескольких других (в том числе Цицеро- на), отпечатанных в Нюрнберге и, вероятнее всего,принадлежащих Кардано43 (см. Приложение В. III. 3), на что Лютер якобы сказал: «Мне это ничего не дает, и я ни на что не посягаю, но очень хотел бы, что- бы Вы разъяснили мне следующее положение: Исав и Иаков родились от одного отца и одной матери, в одно время и под одинаковыми звездами и обладали совершенно противоположными природой, образом и разумом. Дар (Summa), посылаемый нам Господом и являющийся делом рук Его, не должно приписывать звездам. Ах, Небеса не спрашивают нас, также как Гос- подь не спрашивает у Небес. Истинная христианская религия разоблачает и опровергает подобные сказки и басни все до одной». Итак, мы оказываемся перед следующими фактами: итальянские астрологи Гаурик и Кардано произвольно изменяли время рождения [Лютера], преследуя более или менее враждебные политические цели; во времена Лютера параллельно существовали две даты его рожде- ния и его биографы имели дело с двойной календар- ной «данностью» — исторической и мифической — и, соответственно, с двумя типами небесных покровите- лей — немецким христианским святым, св. Мартином, и парой языческих планетарных божеств — Сатурном и Юпитером44. И едва ли не самым поразительным яв- ляется то, что даже Меланхтон и его друзья поддержали перенос даты рождения Лютера на 1484 год — год ве- ликого соединения звезд, против чего с такой непри- миримостью возражал сам Лютер. Феномен столь прочного укоренения языческих астрологических практик в ближайшем окружении противостоящего им реформатора перестает быть за- гадкой, если рассматривать всякий опыт такого рода, проделанный близкими к Лютеру учеными (круга Ка- риона-Рейнгольда, с их «реформированными» горо- скопами), как очень личную и искреннюю попытку обезвредить дошедшие до Виттенберга враждебные итальянские пророчества (хотя бы с помощью произ-вольного смещения дат) и, в итоге, смягчить непре- ложность космологических законов, которыми, по мне- нию некоторых немецких астрологов, управляли ве- ликие соединения планет. Символом всепобеждающей жизнеспособности языческой культуры остается тот неоспоримый факт, что Витгенбергские астрологи, по- добно Гаурику, прочно стоящие на позднесредневеко- вой вере в звезды, были готовы во имя ее вступить на путь очевидного произвола, как относительным эле- ментом пренебрегая долгом исторической объектив- ности и подчиняя его мифологической химере. Предопределенная космическими демонами, искон- но эллинистическая, позднесредневековая концепция истории, особенно в части, касавшейся деления на эпо- хи, опиралась на соединения конкретных планет в кон- кретные отрезки времени45; так, даже появление но- вого пророка нуждалось в непременном космическом благословении: конъюнкции двух высших планет Са- турна и Юпитера. Насколько относительной была ве- ра в сатурнианскую природу Лютера (вспомним, что последний не позволял навязать себе и самого Сатур- на в качестве небесного патрона, не говоря уже о его конъюнкциях), демонстрирует одно высказывание ре- форматора, относящееся как раз ко времени пребыва- ния Гаурика в Виттенберге, то есть между 26 и 31 мая
' «Я, Мартин Лютер, родился под самыми несчастливыми звезда- ми, возможно под Сатурном» (лат). " «Со всем, что я должен был бы уметь и делать, никто никогда не управится; портной, сапожник, переплетчик — да моя жена давно бы уж меня скрутила» (ст.-нем.). ном случае еще и с юмором отвергал Лютер всякую попытку сделать из него дитя звезд. Чтобы понять, что значило в то время сопротивление вере в силу пла- нет, и в особенности в могущество Сатурна, следует прежде всего, опираясь на конкретные изображе- ния, попытаться представить себе то место в иерархии власти, которое занимали планетарные божества в ми- ровосприятии позднего Средневековья. Вера в них вы- лилась в учение, которое даже во времена Реформа- ции все еще стремилось противопоставить истори- ческим сознанию и подлинности двойную систему учета времени, опираясь на «как будто» астрологичес- кую фикцию. Учение о конъюнкциях планет как основе астрологического пророчества в немецком изобразительном искусстве. Сила Сатурна в слове и изображении. Экскурс в Италию В едином «методе» астрологии с неопровержимой убедительностью реализовались две совершенно разно- родные интеллектуальные силы, которые по логике ве- щей должны были бы противостоять друг другу (ил. 4): математика — тончайшее орудие абстрактного мыш- ления — и страх перед демонами — примитивнейшая предпосылка религиозности. И хотя астрология, с од- ной стороны, представляет Вселенную в ясном и гар- моничном виде линеарной системы и может точно и заблаговременно определять положение планет и не- подвижных звезд по отношению друг к другу и к Зем- ле, с другой стороны — при всех своих математичес- ких таблицах она обуреваема атавистическим, суевер- ным ужасом перед именами этих звезд, с которыми она обращается как с цифрами, но боится как демо- нов. На примере нескольких изображений мы попы- таемся прояснить ряд математически-линеарных и ми- фологически-изобразительных элементов мироздания  в представлении средневекового астролога. По каким законам управляли они миром и как выглядели? Планеты властвуют по отдельности или объединя- ясь друг с другом. Согласно принципу чередования, усовершенствованному, вероятно, кем-то из античных звездочетов, они по очереди управляют отдельными месяцами года вместе с соответствующими знаками Зодиака. Все эти планеты, за исключением Солнца и Луны, покровительствуют одновременно двум меся- цам. Сатурн, например, опекает декабрь вместе с Ко- зерогом и январь вместе с Водолеем. Именно Сатурн станет нашей путеводной звездой во время стран-ствия по астральным лабиринтам, ибо его божест- венная власть и во времена Реформации по-прежне- му оставалась краеугольным камнем «звездных» веро- ваний. Кроме того, каждая планета управляет в строго опре- деленном и фиксированном порядке конкретными дня- ми и часами; дни недели и сейчас еще сохраняют свои рабские колодки: суббота — Saterdag, Saturday — соглас- но своему имени, подчинена власти Сатурна. Эти не ма- тематические, а мифологические образы, как их пред- ставляла себе астрология, в высшей степени отчетливо воспроизводят иллюстрированные «планетарные ка- лендари» Средневековья. Наш безвременно ушедший друг Обер47 блестяще описал в своей книге, посвященной образам «детей планет», как сохранялась и развивалась в средневеко- вом изображении и слове античная книжная иллю- страция. На одной из страниц немецкоязычной Тю- бингенской рукописи изображен Сатурн в качестве правителя своего месяца (ил. 5). Греческое божество времени и римский демон, покровительствующий по- севу, сплавились здесь в некое чудовище крестьянско- го вида, вооруженное мотыгой, лопатой и серпом. Со- гласно земной стихии Сатурна все его подопечные обречены на тяжелые работы, связанные с земледелием: пахать, рыхлить, копать землю и обрабатывать зерно. Неказистое семейство швабских крестьян [изображен- ное здесь] не имеет на первый взгляд ничего общего ни с классической, ни с демонической древностью. Однако на подлинно античную, звездную природу об- раза Сатурна указывает уже то, что он расположен меж- ду двумя подчиненными ему знаками Зодиака — Ко- зерогом и Водолеем. Козерога мы явственно различа- ем справа, Водолей же скрывает свою аллегорическую сущность за совершенно практическим занятием: он подливает воду в кадку пекаря. При этом в левой руке он держит три игральные кости, что, как ни порази-  тельно, целиком соответствует традиции древнерим- ских сатурналий. Последняя деталь, пусть и на уровне простого эпигонства, отсылает нас к игрокам в кости, принимавшим участие в ежегодном празднестве Сатур- на. В пользу этого говорит и сохранившийся в антич- ном календаре за 354 год нашей эры образ игрока рим- ских сатурналий — аллегория месяца декабря (ил. 6): изображенный здесь персонаж расположился перед столом с игральными костями. Наглядный пример по- разительной верности античному преданию, какую можно обнаружить в кажущемся наивным в художе- ственном отношении средневековом народном кален- даре. В календаре, напечатанном в Гамбурге Арндесом из Любека в 1519 году, то есть в самом начале дея- тельности Лютера, Сатурн обретает уже более отчет- ливые черты (ил. 7). Он держит в руке пожирающего время дракона в напоминание о своей бытности гре- ческим божеством Хроносом и собирается, как того требует легенда о прародителе языческих богов, про- глотить своего ребенка. Стишок, написанный под этим изображением на немецком диалекте, сообщает о том, какая безрадостная жизнь и противоречивый харак- тер достаются рожденным в декабре и январе. Кстати сказать, своей антикизирующей манерой этот Сатурн вновь обязан Италии: прототипом ему служи- ла верхнеитальянская гравюра на меди (ил. 8), оказав- шая (через Бургкмаера из Аугсбурга) существенное вли- яние не только на упомянутый календарь из Южной Германии, но и на более монументальные произведе- ния немецкого Ренессанса. Так, около 1529 года те же самые планетарные божества в человеческий рост по- являются на стенах зала ратуши в городе Люнебург, в 1526 году — на фасадах домов в Госларе, Гильдес- гейме, Брауншвейге, на «Доме Юнкера» в Гёттингене48. «Типично немецкий» или «типично итальянский» ха- рактер явления не должен отвлекать наше внимание   оттого, что под узнаваемыми чертами этих персона- жей продолжали жить ужасные демоны древности. И сила Сатурна лишь увеличилась оттого, что его имя получила планета, которая благодаря своей макси- мальной удаленности от Земли, матовому свету и мед- ленному вращению представлялась людям, пожалуй, наиболее загадочной. Он [Сатурн] ощутил на себе еще и обратное влияние своей звезды, добавившей ему тя- желовесной инертности; именно поэтому с ним свя- зывали христианский смертный грех уныния (Acedia). И Гамлет — тоже «дитя Сатурна»49. Итак, издевательское замечание Лютера 1532 года накладывается на изобразительный контекст эллинис- тической античности, приобретшей за предшествую- щие века во всех смыслах слова «простонародный»   характер. Поскольку планеты уже обладали значитель- ной властью, регулярно сменяясь в президиуме кол- лективного управления годом, то далее, наблюдая и рас- считывая их одновременное и взаимное влияние, то есть конъюнкции, было несложно превратить их в су- губо «актуальных» богов, отвечающих за каждое мгно- вение исторического времени. Подобные соединения звезд предвещали времена великих катаклизмов, кото- рые называли революциями. Согласно хорошо отла- женной системе, астрологи различали великие и вели- чайшие конъюнкции. Последние были наиболее опасны, ибо осуществлялись соединением высших планет — Сатурна, Юпитера и Марса, но, к счастью, были раз- делены большими промежутками времени. Чем боль- шее количество планет участвовало в конъюнкции, тем больший ужас вызывало это явление, даже когда пла- нета с лучшими свойствами могла оказать положи- тельное воздействие на худшую. Особенно благопри- ятное влияние приписывали, например, Юпитеру, ко- торого представляли себе кем-то вроде милосердного и мудрого духовного пастыря — полной противопо- ложности Сатурну. Определяющую роль в истолковании звездной конъ- юнкции играло и ее положение на небосклоне. Весь небесный свод был математически разделен на две- надцать частей, называемых домами. На традицион- ной схеме гороскопа этим областям влияния соответ- ствуют треугольники50 (ил. 9). Дома, как это очетливо видно на астрологическом календаре Леонгарда Рейма- на 1515 года51 (ил. 10), в свою очередь, подразделялись на различные сферы человеческого предназначения: первый дом, например, принадлежал жизни, второй — трудовой деятельности, третий — братьям, следую- щие — родителям, детям, здоровью, браку, смерти, ре- лигии, государственной власти, благотворительности, тюрьме52. Там же демонстрируется система членения Вселенной в соответствии с иерархией звезд. Фридрих фон Бецольд в своем сочинении «Астро- логическая конструкция истории в Средние века», опуб- ликованном в «Deutsche Zeitschrift fur Geschichtswis- senschaft» (VIII, 1892)53, показал нам, основываясь на блестящей научной аргументации, до какой степени существенно влияла вера в сочетания небесных све- тил (поддерживаемая при этом и христианской Цер- ковью) на интернациональную европейскую исто- рическую концепцию в Средние века. Еще до него Иоганн Фридрих в статье «Астрология и Реформация»54 сделал первую, сложную, но безусловно заслуживаю- щую признательности попытку освоить крайне раз- общенную и труднодоступную латинскую и немецкую астрологическую литературу, в которой он искал мо- тивы социальных и религиозных волнений, увенчав- шихся Реформацией и Крестьянской войной. Хелл- ман, с позволения автора продолживший это иссле- дование, составил в своей работе «В период расцвета астрометеорологии»55 проницательный и точный об- зор массовой литературы, породившей в 1524 году об-  перейти в каталог файлов | Образовательный портал Как узнать результаты егэ Стихи про летний лагерь 3агадки для детей |