Волкова Л.С., Селиверстов В.И. Хрестоматия по логопедии. Том I.. Л. С. Волкова и Заслуженный работник высшей школы рф, профессор В. И. Селиверстов. Составители проф Р. И. Лалаева

но и речевого дыхания, голосообразования и просодии. Расстройства артикуляции, обусловленные факторами, лежащими вне моторного аппарата мозга, по мнению этого автора, к дизартри-
ям не относятся.
I Еще более ограничивает содержание понятия дизартрия
Ifarard Hugot (1964). К дизартриям он относит нарушения артикуляции, обусловленные расстройствами общей моторики пирамидного, экстрапирамидного или церебеллярного характера. Расстройства специальной речевой моторики, развивающейся у человека параллельно сформированием категорий языка, автор исключает из числа дизартрических и обозначает анартрией. В советской литературе вопрос о дизартрии также мало разработан. МС. Маргулис (1926) относил к дизартрии все двигательные расстройства речи за исключением тех, которые связаны с поражением кортикальной области двигательных образов слова и которые проявляются в клинике моторной афазией и апраксией. Все дизартрии он подразделил на бульбарную и церебральную формы, при этом церебральная делилась им на кортикальную и субкортикальную. К последней МС. Маргулис относил разные варианты капсулярных, экстрапирамидных и
мозжечковых дизартрии. Л. Б. Литвак (1959) заостряет внимание на локально-диагнос­
тическом значении дизартрических расстройств речи. Под дизартрией автор понимает расстройства артикуляции, которые, однако, трактуются им нечетко в их число включаются различные нарушения темпа, ритма и интонации речи. Специфические особенности невнятного произношения звуков автором упоминаются только при избирательных поражениях двигательных че­
репно-мозговых нервов. При других формах дизартрии симптом невнятной смазанной речи остается не проанализированным. Логопеды детских учреждений используют термин дизартрия чаще всего по отношению к сложным расстройствам речи у детей с остаточными явлениями детских церебральных параличей. Такой диагноз указывает на невнятную речь детей, но мало говорит о ее патогенезе и фонетической специфике. На Западе дальнейшее развитие исследований по проблеме дизартрии шло по линии все более широкого инструментально-
фонетического изучения дизартрической речи вообще, а потоми у отдельных клинических групп больных с последующей количественной статистической обработкой полученных результатов и развертыванием специальной медико-педагогической помощи. В последующих наших работах большее место занял слуховой метод фонетического анализа дизартричной речи с качественным анализом полученных результатов на основе современных

психолингвистических и системных физиологических представлений. Изучение природы дизартрии нашло известное отражение в практике отечественной логопедии. Так, в учебнике О.В.Прав-
диной (1969) понятие дизартрии определяется уже с неврологических позиций и со ссылкой на наши работы представляются отдельные синдромы соответствующих звуковых расстройств. В работе И. И. Панченко (1972) делается серьезная попытка разобраться в патогенезе клинических проявлений дизартрии у детей с детским церебральным параличом и создать патогенетически обоснованную методику логопедической работы. Несмотря на несомненные успехи в изучении проблемы дизартрии и основанное на этих успехах совершенствование диагностической практики и реабилитационной работы с больными дизартрией, само это понятие остается еще довольно расплывчатыми мало определенным. Семиотика клинических форм дизартрии
Бульбарная дизартрия. Симптомокомплекс двигательных расстройств, развивающийся в результате очагового поражения ядер, корешков или периферических стволов IX, X или XII черепно-
мозговых нервов, относящихся к бульбарному отделу мозга, называется бульбарным параличом. Бульбарный паралич является частным случаем параличей, при которых страдает периферический двигательный нейрон. Проявления периферического паралича — атрофия, атония и арефлексия — в случае бульбар-
ного паралича обнаруживаются в мышцах, иннервируемых IX, X и X I I черепно-мозговыми нервами (языкоглоточными, блуждающими и подъязычными, те. в мышцах глотки, гортани, нёба, языка. Функционально вялые параличи этих мышц выражаются в расстройствах глотания (дисфагия или афагия) с поперхивани-
ем и закашливанием вовремя еды и питья, глухом (дисфония или афония) или гнусавом голосе, ограничении подвижности языка вовремя еды, невнятной и смазанной речи. Последний симптом называют бульбарной дизартрией. В это понятие обычно включают и дефекты артикуляции звуков, обусловленные вялыми параличами мышц губ, щеки нижней челюсти, хотя, строго говоря, иннервирующие эти мышцы лицевой (VII) и тройничный (V) нервы не относятся к бульбарным (ядра лицевого и тройничного нервов располагаются в варолиевом мосту. Вялые параличи жевательных и мимических мышц, кроме симптомов дизартрии, проявляются расстройствами жевания, невозможностью закрыть рот, гипо- или амимией.

Наиболее выраженная форма бульбарной дизартрии наблюдается при двусторонних поражениях упомянутых ядер, корешков или периферических нервов. Односторонние (безразлично левые или правые) поражения продолговатого мозга или исходящих из него черепно-мозговых нервов бульбарной группы (IX, X и, XII) тоже ведут к развитию симптомов бульбарной дизартрии, но менее тяжелых, чем при двусторонних поражениях. Комплексное неврологическое и фонетическое исследование больных бульбарной дизартрией позволяет лучше понять патогенез ее клинических проявлений. Обработка материалов нейрофонетического обследования больных показала, что вялые параличи отдельных групп мышц клинически проявляются различными нарушениями в произношении звуков, в связи с чем речь больного теряет звуковое богатство и разнообразие. Окружающие перестают понимать значения произносимых больными слов. Так, парез мышц голосовых связок ведет к тому, что голосовые связки смыкаются неполностью и неравномерно, а их колебания становятся редкими, аритмичными и недостаточной амплитуды. В силу этого голос становится недостаточно мелодичным, слабым, глухими истощающимся. Неполное смыкание голосовых связок вовремя произнесения звонких согласных приближает аэродинамические условия в гортани (соотношение величины над- и подсвязочного давления) к тому, что бывает при произнесении глухих согласных, и звонкие согласные частично или полностью оглушаются... Пытаясь воспроизвести голос, больной напрягает различные агонисты и синергисты мышц голосовых связок, в частности мышцы глотки и корня языка. Это ведет к тому, что гласные звуки приобретают несвойственные им шумовые призвуки мало определенного фарингального характера. Поэтому даже различия гласных и согласных звуков в речи больных стираются, а это очень затрудняет ее восприятие и понимание окружающими. Паралич мышц глотки и нёбной занавески приводит к тому, что все звуки речи начинают произноситься при свободном проходе выдыхаемого воздуха через носи поэтому приобретают носовой оттенок. Кроме того, утечка воздуха через нос ведет к ослаблению специфических речевых шумов, возникающих при артикуляции ротовых звуков, которые составляют большинство согласных.
Паретическое состояние мышц языка препятствует возможности создания полной преграды на пути выдыхаемой воздушной струи. Возникает как бы редукция взрывных звуков и афри-
кат в соответствующие щелевые звуки. При этом круглая форма

щели, свойственная основным русским щелевым звукам (язык в форме желоба, тоже оказывается чрезмерно сложной для паре-
тичных мышц языка, и круглощелевые русские звуки превращаются в плоскощелевые, характерные, например, для английского языка. В целом все смычные звуки (шумные и сонорные) приближаются по звучанию к соответствующим щелевым звуками, следовательно, фонематическое и артикуляторное противопоставление звуков по признаку смычный-щелевой в устной речи больных не реализуется. Сочетание трех факторов — оглушение звонких согласных, превращение смычных согласных в щелевые и упрощение круглой щели в плоскую — приводит к тому, что все разнообразие переднеязычных согласных как бы конвергирует к единому глухому плоскощелевому звуку. Заменителем всех заднеязычных звуков становится щелевой звук с малоопределенным местом образования — то заднеязычным, то верхне-, то нижнефарингальным. Аналогичным образом губные звуки разного способа образования имеют тенденцию конвергировать к единому глухому щелевому губно-губному звуку. Также как согласные конвергируют в сторону наименее дифференцированных в двигательном отношении глухих щелевых звуков, гласные конвергируют к звуку типа безударного русского а или ы со стиранием в устной речи больного противопоставленности гласных по ряду, подъему и огубленности (наибольшую индивидуальность обычно сохраняет гласный а Кроме того, гласные искажаются щелевыми призвуками заднеязычного или фарингального типа. Если у больного имеется и вялый парез мышц мягкого нёба, то все ротовые звуки приобретают неприятный гнусавый тембр развивается открытая гнусавость. В связной устной речи отмеченные изменения в звучании звуков достигают максимальной степени. Описанная общая тенденция изменения артикуляции, естественно, может иметь различные варианты в зависимости от распределения паретических явлений в мышцах голосовых связок, мягкого нёба, языка и губа также от физической сложности тех или иных звуков. Так, при равномерном поражении всех мышц преимущественно нарушаются самые дифференцированные переднеязычные звуки Но при преобладании пареза в мышцах корня языка можно наблюдать преимущественное нарушение артикуляции заднеязычных звуков. Так как артикуляция мягких звуков требует менее дифференцированной иннервации мышц языка, чем артикуляция твердых, то при бульбарной дизартрии

оки обычно нарушаются меньше и позже твердых. Однако в случае поражения именно мышц спинки языка страдает в первую очередь артикуляция мягких звуков и среднеязычного /
Псевдобульбарная дизартрия. Поражение центральных двигательных нейронов в любом участке пирамидного пути клиничес­
ки вызывает центральный паралич, который по ряду своих признаков резко отличается от периферического. В отличие от атрофии, атонии, арефлексии, свойственных периферическим параличам, при центральных параличах наблюдается иная клиническая картина. Нет атрофии мышц с фибриллярнщми подергиваниями в них и реакцией перерождения. Нет и атонии мышц. Наоборот, сегментарные аппараты спинного мозга растормаживаются и возникает повышение тонуса мышц — их спастичность центральный паралич — это спастический паралич. Если при периферическом вялом параличе нарушаются все движения — произвольные и непроизвольные, то при центральном спастическом параличе страдают прежде всего произвольные движения, а непроизвольные могут сохраниться. Те волокна пирамидного пути, которые несут корковые импульсы к двигательным ядрам черепно-мозговых нервов, называются кортико-нуклеарными, или кортико-бульбарными. Параличи мышц, возникающие при их поражении, имеют все черты описанных центральных спастических параличей. В отличие от вялых бульбарных параличей эти параличи называют псевдобуль-
барными. Уменьшение объема и силы движений паретичных мышц языка, а также других мышечных органов речевого аппарата, естественно, проявляется в процессе речи. Голос больных бывает слабым, глухими затухающим смычные звуки часто артикулируются как щелевые, а щелевые звуки со сложной формой щели превращаются, как правило, в плоско щелевые. При этом всегда в первую очередь страдают звуки с наиболее тонкими и сложными артикуляционными укладами, произношение которых предполагает тонкую мозаику сокращенных и расслабленных мышечных пучков и групп волокон. Так, мы не наблюдали ни одного больного с двусторонним центральным парезом языка, у которого не была бы расстроена артикуляция звука р Этот звук утрачивал вибрирующий характера нередко и звонкость, и заменялся щелевым звуком с преимущественно переднеязычным местом образования. Часто изменяется и артикуляция звуков л, шк Твердый л смягчается, так как исчезает активный прогиб спинки языка вниз, а когда исчезает приподнятость краев языка и смычка приподнятого кончика языка с твердым нёбом, тол начинает звучать как плос-

кощелевой более или менее звонкий звук с довольно широкими мало определенным фокусом образования. Звуки шиж тоже смягчаются или артикулируются всей поверхностью спастического языка, что акустически мало отличается оттого, что выходит у больного в попытках артикуляции звуков р ил В артикуляции звука ц обычно подчеркивается его щелевой компонента примерно в 20% случаев звук ц просто заменяется его щелевым компонентом. В половине всех случаев произнесения звука ч тоже подчеркивается его щелевой компонента иногда ч заменяется щеДевым звуком полностью. Значительно реже. смычные звуки п п б, б к, к и другие заменяются щелевыми. Мягкие звуки устойчивее в речи больных, чем их твердые пары. Это и понятно, так как артикуляционные уклады мягких звуков ближе к нейтральной позиции языка. Они не требуют произвольного прогиба спинки языка вниз. Такие твердые звуки, как м
у
н,
р
у
Лбу ду в, Зу произносятся некоторыми больными смягченно. Таким образом, артикуляционные симптомы паретического состояния мышц, другими словами, симптомы выпадения, очень сходны при бульбарной и псевдобульбарной дизартриях. Но имеются и отличия, обусловленные разным характером пареза. Периферические вялые парезы при бульбарной дизартрии, распределяющиеся неравномерно по отдельным мышечным группам артикуляторного аппарата, проявляются в избирательных расстройствах артикуляции. В одних случаях щелевыми заменяются только губные смычные звуки, в других — только заднеязычные смычные, в третьих — переднеязычные смычные. Спастический центральный характер пареза при псевдобуль­
барной дизартрии проявляется тоже в избирательности артику­
ляторных нарушений, но совсем другого типа. Во всех случаях
псевдобульбарной дизартрии избирательно страдают наиболее сложные и дифференцированные по своим артикуляционным укладам звуки р
у
л
у
щ, х, ц
у
ч. Эта характерная для псевдобульбарной дизартрии избирательность артикуляторных расстройств сочетается сне менее характерным избирательным нарушением произвольных движений, а не движений вообще, как при бульбарной дизартрии (произвольных и непроизвольных. В некоторых случаях псевдобульбарной дизартрии расстройства произвольных движений губ, щек, языка, нижней челюсти, мягкого нёба и глотки контрастируют с возможностью сложных эмоциональных выразительных движений. Радость, горе, удовольствие, переживаемые больным, реализуются в нормальных мимических движениях.