Марищук В.Л. Поведение и саморегуляция человека... В условиях стресса

64
Рис. 6. Схематичное изображение инвертированной V-кривой Иеркса-
Додсона (а) и трапециевидной кривой (б) (по В.Л. Марищуку)
Согласно закономерности, описываемой данной кривой, в соответствии с ростом эмоционального напряжения результативность выполняемой деятельности сначала возрастает, затем эмоциональная стимуляция перестает оказывать положительное воздействие («мне все равно, надоело!») и, наконец, начинаются реверсивные действия - рост эмоций определяет ухудшение деятельности, понижение показателей психических и психомоторных процессов (см. рис. 6).
В качестве примера воздействия мотивации и сильных эмоций, протекающего в виде трапециевидной кривой, может быть рассмотрен случай с олимпийским чемпионом Ф. Богдановским. Направляясь на матчевую встречу со знаменитым американским тяжелоатлетом, также олимпийским чемпионом — Т.
Коно, наш Ф. Богдановский был готов к победе, но сопровождавшие его лица проявили такое усердие, разъясняя ему долг перед Родиной, необходимость стать победителем во имя советского спорта, что он «сгорел» в эмоциональном ажиотаже и поднял вес намного ниже, чем поднимал на обычных тренировках.
О подобных же историях рассказали нам заслуженные мастера спорта СССР
Н. Акименко, А. Алябьев, К. Брыков, А. Гусев, В. Жданович, С. Суматохин и др.; мастера спорта международного класса С. Елисеев, Е. Пеньковский, А. Тыжных,
В. Худяков и др.
В. Куренцов, Е. Пеньковский писали о наличии в данной ситуации периода, когда продолжающаяся стимуляция уже не вызывала никакого ответа
(«надоело»).
Данные феномены имеют свои физиологические корреляты: в начале мотивирования и соответствующего эмоционального возбуждения, напряжения в нейродинамике наблюдаются обычные реакции по механизму «закона силы».
Затем возникает подобие «уравнительной стадии в нейродинамике» и, наконец, переход к парадоксальной стадии высшей нервной деятельности, когда ответы становятся противоположными воздействующим стимулам.
Состояние эмоциональной напряженности сопровождается обычно внешними проявлениями, физиологическими реакциями и неблагоприятными изменениями в устойчивости психических и психомоторных процессов - ухудшением деятельности (рис. 7).
Понятие эмоциональной напряженности трудно дифференцировать от понятия эмоционального стресса. Когда К.К. Платонов изучал эмоциональную напряженность летчиков, с понятием эмоционального стресса он просто еще не был достаточно знаком. В тот период мы готовили книгу «Напряженность в полете» и единство понятий эмоционального стресса и эмоциональной напряженности не могли подтвердить, так как не имели сведений о гормональных

65 реакциях у оцениваемых нами курсантов и летчиков, хотя внешние проявления, многие физиологические и психологические реакции косвенно свидетельствовали, что выраженная эмоциональная напряженность - это эмоциональный стресс.
Внешние проявления
Изменения в мимике (мимика напряженности).
Проявления скованности.
Выражение пантомимики.
Изменения в фонации и артикуляции речи.
Тремор на лице, руках и ногах.
Поведенческие реакции напряженности: суетливость, беспокойство или, наоборот, ступор и др.
Физиологические реакции
Резкое, неадекватное учащение пульса, дыхания, их ритмичности, резкое сокращение фазы выдоха.
Нарушение нормотони-ческих реакций кровяного давления.
Обильный профузный пот.
Резкое изменение диаметра зрачка.
Вазомоторные реакции на лице.
Резкое учащение перистальтики, позывы на диурез и др.
Эмоционально-сенсорные
Ухудшение восприятия зрительного, слухового, тактильного.
Ухудшение внимания: объема, распределения, переключения, концентрации.
Ухудшение "мышечного чувства".
Эмоционально-моторные
Ухудшение согласованности движений.
Ухудшение точности движений.
Нарушение соразмерности усилий, склонность к передозированию.
Эмоциональ-ассоциативные
Резкое ухудшение воспроизведения в памяти.
Временное падение логичности, критичности мышления.
Ступор в мыслительных процессах или выраженные реверсивные решения
(действия наоборот).
Рис. 7. Проявление напряженности
Затем были неоднократно получены сведения о том, что в случаях эмоциональной напряженности, оцениваемой летчиками-инструкторами в полетах, можно было обнаружить кортикостероиды в моче и эозинопению в белой крови, что полностью подтверждало наличие стресса, в нашем случае эмоционального.
Такие данные были получены, в частности, при наших исследованиях с летчиком-инструктором А.И. Беловым, который даже умудрялся брать пробу крови у своих напряженных курсантов непосредственно в учебных полетах.
По негативным проявлениям различают три формы напряженности:
1. Импульсивная (возбудимая) форма, связанная с чрезмерным возбуждением и понижением активности тормозного процесса, временным ухудшением дифференцировок. При этом преобладают ошибочные поспешные действия, проявляется суетливость.
2.
Тормозная
(«торпидная») форма обусловливается общей заторможенностью на основе развития охранительного торможения (из-за значительного понижения ресурсов нервной системы).
В книге «Напряженность в полете» мы (В.Л. Марищук) описываем такой случай. Пришлось лететь с очень напряженным курсантом. К четвертому развороту подходили с явно превышением.

66
- Надо уменьшить высоту, - сказал я ему.
- Да-да, - согласился он и ничего не сделал.
- Надо снизить, - снова сказал я. - Подошли высоко.
Он мотнул головой в знак согласия, но опять ничего не предпринимал, только начал шептать в переговорное устройство: «Ай, ай, ай, ай».
- Нажми на левую педаль, а ручку дай вправо, - приказал я. Тогда он повиновался.
В связи с вышеизложенным случаем приведем пример. В комнате пожар.
Паникующий человек ломился в закрытую дверь и затем застыл перед ней. Ему кричат извне: «Открой дверь!», - но это бесполезно. Тогда опытный человек спокойно сказал: «В дверях ключ, поверни его по часовой стрелке, слева направо». Человек был спасен!
Помню другой случай. Девушка-парашютистка выпрыгнула вместе с вытяжной фалой (бывает и такое). В напряженности ее захватил полный ступор.
Она прижала к себе запасной парашют и не давала ему раскрыться. С земли вопили десятки людей: «Раскрывай запасной!». Возможно, если бы кричали:
«Выдерни кольцо запасного парашюта!» - она, может быть, спаслась.
Тормозная форма напряженности иногда развивается вслед за возбудимой формой, как ее продолжение после перерасхода функциональных резервов.
Скажем, что если в первой форме, как правило, преобладает выброс адреналина, то во второй его уже не хватает.
3.
Генерализованная
(«гипобулическая») форма, характеризуемая непредсказуемыми, паническими действиями, стремлением не бороться с опасностью, а избежать ее любым путем. При этом вероятны аналогичные решения, беспорядочное поведение, в том числе вероятны реверсивные действия
(«действия наоборот»), поступки вопреки здравому смыслу.
Термин
«гипобулическая напряженность» взят по аналогии с гипобулическим поведением птицы, когда она мечется в клетке, бьется об ее металлические стенки. Именно в этой форме напряженности могут быть действия наоборот.
Среди внешних проявлений очень сильных эмоций особый интерес представляют изменения в мимике, проходящие по механизмам известных в клинике так называемых «рефлексов орального автоматизма» или «оральных рефлексов». Их биологический смысл на очень ранних ступенях эволюции заключается в том, чтобы побыстрее опробовать пригодность пищи. Так, например, захватив левой рукой какой-то предмет, наш далекий предок сразу же пытался, образно говоря, «попробовать его на зуб» и открывал рот, причем движение подбородком, соответственно, слева вниз (ладонь-подбородок, отсюда название рефлекса «ладонно-подбо-родочный»).
Оральные рефлексы давно рудиментированы
- заторможены соответствующими нервными механизмами в коре головного мозга (наш современник уже взглядом обычно определяет, съедобен ли данный предмет, не пробуя его на вкус).
Однако у грудного ребенка возможности работы коры головного мозга весьма ограничены, и стоит лишь очень легко провести ложечкой по внешней стороне левой или правой ладони, как соответственно слева или справа определится опускание (подергивание) вниз подбородка.

67
Подобное же явление можно обнаружить и у психически неполноценных взрослых людей (олигофренов) в стадии имбецильности, иногда при тяжелой дебильности и всегда при идиотии, т. е. при недостаточном развитии коры головного мозга.
Понятие эмоциональной напряженности трудно дифференцировать от понятия эмоционального стресса. Когда К.К. Платонов изучал эмоциональную напряженность летчиков, с понятием эмоционального стресса он просто еще не был достаточно знаком. В тот период мы готовили книгу «Напряженность в полете» и единство понятий эмоционального стресса и эмоциональной напряженности не могли подтвердить, так как не имели сведений о гормональных реакциях у оцениваемых нами курсантов и летчиков, хотя внешние проявления, многие физиологические и психологические реакции косвенно свидетельствовали, что выраженная эмоциональная напряженность - это эмоциональный стресс.
Мы также неоднократно наблюдали оживление оральных рефлексов и у вполне нормальных от рождения людей (даже с высшим образованием и в больших чинах) в состоянии горького похмелья поутру. Дело в том, что при злоупотреблении алкоголем кора головного мозга как бы слабеет в такой степени, что эти рефлексы растормаживаются.
Кроме ладонно-подбородочного рефлекса мы обратили внимание также на изученные невропатологами «хоботковый» и «сосательный» оральные рефлексы.
При «хоботковом рефлексе» при легком ударе молоточком по верхней губе
(например, у алкоголика после запоя или у олигофрена) нижняя губа вытягивается вперед, образуя с верхней как бы хоботок (см. рис. 8). «Сосательный рефлекс» заключается в том, что при легком прикосновении кисточкой к губам начинаются сосательные движения.
Рис.8. Хоботковый рефлекс 9. Проявление ладонно-подбородочного рефлекса у дискобола
Так вот, оказывается, что при очень сильных эмоциях, чрезвычайном нервно- психическом напряжении все эти рефлексы также порой растормаживаются, проявляясь, в частности, как «дистант-оральные» (воздействие не прямое, а на дистанции).
«Хоботок» при этом образуется без удара молоточком, а сосательные

68 движения губами без прикосновения щеточкой. Мы наблюдали также, как дискобол в сильном волнении обозначал «ладонно-подбородочный рефлекс», раздражая ладонь диском, а опытный летчик, при сложной операции дозаправки топливом в воздухе, сжимал левой рукой сектор двигателя и слева открывал рот, оскаливая зубы.
Однажды одному из авторов книги (В.Л. Марищуку) захотелось
сфотографировать это проявление орального рефлекса у командира корабля (а
то еще не поверят). Но, держа в руках фотоаппарат, я случайно увидел
отражение собственного лица в боковом стекле самолета. Был четко выражен
дистант-оральный хоботковый рефлекс. Я ведь тоже был в переживании,
причем, вдвойне: волнение в связи со сложной дозаправкой, а также из-за не
очень корректного своего намерения. Вдруг летчик обидится. Рассмеялся... и
бросил фотоаппарат.
Для эмоционально-сенсорных нарушений особенно характерно временное
(в период развития напряженности) ухудшение восприятия. Например, всем болельщикам футбола знакомы сцены, когда какой-то «очумевший» форвард, находясь вне игры, мчится к воротам, несмотря на свистки судьи и даже возмущенные крики с трибун. Он ничего не видит и не слышит.
В сильных эмоциях злобы или радости может резко снижаться объем внимания (при этом говорят: «ослеп от ярости» или «ослеп от радости»).
Внимание иногда становится, как говорят, «прилипчивым» и с большим трудом переключается на другой объект и т. д.
В эмоционально-моторных нарушениях особенно характерно падение координации и точности движений, соразмерности усилий. Дело в том, что в связи с общей скованностью, непроизвольным
Рис. 10. Нарушение координации движений у летчика как проявление эмоционально-моторной напряженности напряжением многих групп мышц в двигательных актах начинают участвовать как необходимые для данного движения, так и «лишние» мышцы.
Эти «лишние» мышцы мешают работающим, что ведет к искажению планируемой структуры движения. При сильной скованности непроизвольно напряжены фактически все основные группы мышц. Например, когда бежит по дистанции очень скованный человек, он не только перемещает свое тело в пространстве, но и, затрачивая большие усилия, преодолевает сопротивление собственных мышц-антагонистов, которые должны быть расслаблены в соответствующие моменты двигательного акта.

69
Эмоционально-ассоциативные
(или эмоционально-мыслительные) нарушения при развитии состояния напряженности имеют особенно важное значение и могут приводить к весьма негативным последствиям. Они характеризуются затруднением мыслительных операций (их замедлением или неадекватностью), вероятностью ошибочных решений, возможностью реверсивных действий (действия, противоречащие здравому смыслу).
Дело в том, что в нервной системе из-за чрезмерных переживаний и временных «замыканий» в связи с каким-то одним, не обязательно правильным, но эмоционально значимым мотивом, эмоционально окрашенным мнением, возникает мощный очаг возбуждения - доминанта.
Эта доминанта по биологическому закону отрицательной индукции временно гасит другие очаги возбуждения, являющиеся физиологическими субстратами других, может быть, более правильных мнений, более обоснованных мотивов, истинных знаний.
Если пользоваться психологическими терминами, то при этом возникает особая психологическая установка, через призму которой осмысливается наличная и вновь поступающая информация (а может быть, и через «кривое зеркало»).
Прошлый опыт, знания, мотивы временно погашены, и оценка ситуации
(порой и нравственных ценностей) соизмеряется только с эталоном данной установки, только с ее окраской, хотя бы и глубоко ложной. Все, что подлежит осмыслению, может видеться в ложном свете, оцениваться тенденциозно, а человеку кажется в данный момент, что он прав (ведь все остальные источники внутренней информации временно погашены).
Дело осложняется и в связи с тем, что доминанта (пока она функционирует и подкрепляется эмоциями) малоуязвима. Как отмечал замечательный русский ученый, академик А.А. Ухтомский, доминанта действует по особым законам - она усиливается независимо от того, положительные или отрицательные воздействия на нее направлены.
На языке психологии это означает, что убедительные аргументы порою отбрасываются, а ошибочные мотивы торжествуют (лишь бы они совпадали с эмоционально окрашенной установкой).
Характерно, что, когда напряженность прекращается, когда отрицательная индукция от доминирующего очага перестает оказывать свое воздействие и в сознании начинает воспроизводиться все, что было в разумном опыте, мы будто бы «прозреваем» от «отравления эмоциями» и порою не можем понять, как же проходили мимо очевидных аргументов, почему мы упрямились, почему грубили, а иногда совершали негативные поступки вопреки собственным ценностным ориентациям.
Человек переживает, ругает себя («что же я наделал!»), но бывает поздно исправлять ошибку (Отелло уже задушил Дездемону, Арбенин отравил Нину, карьерист нахамил начальнику... и т. п.). Как говорят: «Поезд ушел!» Нужно уметь управлять своими эмоциями. Нужна соответствующая психопрофилактика.
Нужно помнить, что в условиях сильных эмоций неадекватные решения вероятны.
В спорте эмоционально-сенсорные нарушения при напряженности характеризуются уменьшением объема внимания, ухудшением распределения и

70 переключения внимания. Это, прежде всего, у спортсменов-игровиков. Они, образно говоря, перестают «видеть поле», теряют способность быстро переходить от нападения к защите и наоборот, некоторые спортсмены при этом плохо оценивают пространственные признаки (временно слабеет глазомер).
У гимнастов (как и у баскетболистов, волейболистов, теннисистов, ватерполистов и др.) снижается «мышечное чувство». То же бывает и у борцов, лыжников, тяжелоатлетов.
У прыгунов в воду, акробатов, парашютистов, спортсменов-летчиков ухудшается пространственная ориентировка. Боксеры начинают вести бой однообразно, не видят опасных комбинаций, легко «попадаются на финты». То же наблюдается в состоянии напряженности даже у опытных фехтовальщиков.
Вспоминается сцена, когда во время баскетбольного матча один нападающий вышел к кольцу противника. Никто не мешает. Он даже не выдержал, крикнул партнеру: «Ну, давай же пас». Однако товарищ его, мастер спорта К., ничего не видел и не слышал, он лишь пытался безуспешно пробиться через прочный заслон игроков противоположной команды. А ведь в обычном эмоциональном состоянии он прекрасно видел поле.
Мастер спорта по тяжелой атлетике М. обычно с завязанными глазами легко различал весы штанги 100, 102,5, 105 кг, а часто и разновесы по 100 г на 100- килограммовой штанге. Однажды в напряженном состоянии он стал путать различия в весе штанги на 5 и даже на 7,5 кг.
Мастера спорта по художественной гимнастике В. и П. были вполне готовы к отечественным соревнованиям, но чрезмерно «на-мотивированы» своей наставницей и обе потерпели неудачу, так как не могли достаточно точно воспринимать музыку, сопровождавшую их упражнения.
Мастер спорта по стрельбе С, испытывая подъем напряженности, почувствовал на огневом рубеже резкое ухудшение зрения. «Мушка стала двоиться, троиться», - вспоминает он. Лишь применив расслабляющие дыхательные упражнения и успокоившись, он сумел закончить стрельбу с удовлетворительным результатом.
Эмоционально-моторные нарушения у спортсменов в условиях развития напряженности связаны, прежде всего, с падением точности, согласованности движений и соразмерности усилий. Например, мастер спорта СССР, стрелок К. после информации тренера о том, что он близок к рекорду СССР, почувствовал, как покрывается потом, наплывает скованность и... «дернул» спусковой крючок.
Срыв!
Мастер спорта международного класса баскетболист Я. (рост 203 см) вышел
«в отрыве» к щиту противника и, передозировав усилия, не попал в кольцо.
Многие спринтеры, в том числе самого высокого класса, отмечали понижение скорости бега в связи с появлением скованности из-за чрезмерного волнения (ухудшения согласованности движений). Об этом же свидетельствуют многие прыгуны в высоту, гимнасты, пловцы, гребцы.
Иногда фехтовальщики, боксеры именно из-за напряженности, мышечной скованности временно теряют качество отработанных моторных навыков, удары, уколы становятся неточными, а движения неэкономными - они быстро утомляются (поскольку, передвигаясь по дорожке, рингу, воюют с собственными мышцами-антагонистами).

71
При развитии напряженности по возбудимому типу спринтеры часто делают фальстарты, роняют эстафетную палочку при передаче; прыгуны сбивают планку, даже имея запас высоты; прыгая в длину, спортсмены значительно чаще заступают линию начала прыжка; дискоболы выходят из ограничительного кольца и т. п. Движения теряют даже внешнюю красоту.
Как противоположность этому можно наблюдать своеобразный и быстрый бег иного высококлассного легкоатлета, особенно на средние дистанции.
Движения его легки и красивы. Он будто бы не бежит, а летит над беговой дорожкой.
Эмоционально-ассоциативные нарушения при напряженности у спортсменов характеризуются чаще всего принятием ошибочных решений (при возбудимой напряженности) или же явными промедлениями (в случае тормозной ее формы).
Мастер спорта СССР по современному пятиборью Н. вспоминает, как в состоянии сильной напряженности перепутал очередность своих выходов на фехтовальные поединки, а когда товарищи напомнили ему, ответил грубостью. В итоге ему засчитали несколько поражений.
Почетный мастер спорта по художественной гимнастике В. на ответственных соревнованиях однажды в сильном волнении (которое мы классифицировали как возбудимую напряженность) перепутала начало комбинации (уже десятки раз успешно выполняемой ранее). Она была уверена, что все делает правильно, несмотря на подсказки подруг и низкие оценки судей. Лишь успокоившись, она все вспомнила, хотя никак не могла понять, почему все так получилось.
Автомобилист К., участник нескольких авторалли, рассказал, как перенасыщенный эмоциями из-за многочисленных советов и призывов «постоять за честь спортивного клуба», был «добит» угрозами неразумного начальника:
«Смотри мне! Не вздумай проиграть! А то... будешь пенять на себя! Не скоро отмоешься!»
В итоге, испытывая состояние сильной обиды и связанной с ней напряженности, К. дважды выполнил на перекрестках повороты в противоположную сторону, хотя прекрасно знал трассу, а на указания штурмана об ошибке отвечал грубостью («Я был уверен, — сказал он, — что штурман ошибается, да еще меня сбивает с толку»). Затем, когда прошли излишние эмоции, К. удивлялся своей ошибке и ложной уверенности в правоте.
Еще раз о влиянии эмоций на спортивную деятельность
Важные материалы об эмоциях в спорте содержатся в работах П.А. Рудика,
А.Ц. Пуни, А.Н. Крестовникова, Л.М. Аболина, Н.П. Богуша, Л.Д. Гиссена, Г.М.
Двали, О.В. Дашкевича, Ю.Я. Киселева, Ю.Л. Ханина, О.А. Черниковой, P.M.
Найдиффера, Б.Д. Кретти, СЕ. Изард и др.
Подробно, популярно и в прикладном аспекте спортивные эмоции описывала
О.А.
Черникова.
Интересные материалы, позволяющие по-новому интерпретировать эмоциональные реакции спортсменов, содержатся в зарубежных работах М. Арнольд, Е. Даффи, Г. Лаза-руса и др.
В рассматриваемых нами аспектах влияния эмоций на спортивную деятельность представляет интерес изложенная А.Ц. Пуни характеристика таких эмоциональных состояний, как «боевая готовность», «стартовая лихорадка»
(близкая к нашей возбудимой напряженности) и «стартовая апатия» (имеющая общие черты с тормозной напряженностью).

72
Психологическое содержание этих явлений определяется самими терминами и хорошо известно в спортивной литературе. К сожалению, недостаточное внимание уделяется при этом многочисленным промежуточным и смешанным состояниям, которые в практике физической подготовки и спорта встречаются значительно чаще, чем упомянутые выше.
Иногда акцентируется внимание на спортивном возбуждении, возникающем в связи с переживанием спортивной борьбы. Оно заключается в общем подъеме сил, повышении работоспособности в зависимости от индивидуальных психологических особенностей спортсменов.
Боевое воодушевление (или спортивное вдохновение) - это эмоциональное состояние, которое можно сопоставить с «боевой готовностью» по А.Ц. Пуни.
Боевое воодушевление переживается как состояние особого подъема сил, прилива энергии, непоколебимой уверенности в успехе, жажды активных действий.
О.А. Черникова сопоставляет это состояние с творческим вдохновением литераторов, музыкантов, художников. Надо полагать, что возникновение и динамика этого состояния также в большой мере связаны с индивидуальными психологическими особенностями спортсменов, с уровнем их эмоциональной устойчивости.
Спортивное
увлечение
(игровое увлечение) спортивные психологи рассматривают в связи с его влиянием на исход соревнований. Такое увлечение может продолжаться до конца соревнований, оно помогает концентрации усилий на стремлении к успеху в данном поединке. В такой обстановке может иметь место рациональное перераспределение сил с акцентом на главную цель
(минимум на все остальное - «минимизация»).
В состоянии спортивного увлечения спортсмен не чувствует усталости, не замечает боли, он одержим лишь стремлением к победе. На наш взгляд, в спортивном увлечении, переходящем в спортивный азарт, возможны и различные проявления возбудимой напряженности временное нарушение устойчивости психологических процессов, неадекватность решений.
Спортивный азарт, переходя за оптимальные рамки, может вести к грубости и даже жестокости (только достичь цели, не считаясь ни с чем!). Когда спортсмен не считается со своим здоровьем - это плохо, но это его дело. Он часто знает, на что идет, ищет значительную социальную компенсацию. Хуже, когда он игнорирует интересы других спортсменов-соперников, наносит им травмы, идет на оскорбления. Никакими эмоциями это оправдывать нельзя, поскольку в таких ситуациях разрушается сама гуманная сущность спорта.
Спортивная «злость» возникает в связи с неудачами в соревновательной борьбе как стремление к реваншу, компенсация допущенных ошибок. Такая
«злость» характеризуется не бездеятельным переживанием неудачи, а новой мобилизацией функциональных резервов, проявлением максимума усилий в борьбе за победу.
Говорят также о спортивном соперничестве как своеобразном чувстве, порождаемом условиями спортивной борьбы и являющимся одним из стимулов к победе. Это - чувство стремления к превосходству над другими спортсменами.
Спортивное соперничество связано с оценкой своих возможностей и противника и дальнейшим их сопоставлением в определенном виде спорта и в спорте вообще.
Оно зависит от индивидуальных особенностей спортсмена, его

73 мотивационной сферы, уровня притязаний, критичности и самокритичности, соревновательного опыта. Связано это состязание и с нравственными качествами, с отношением к спортивной этике. Эти качества в немалой степени определяют поведение спортсмена в стрессе.
Среди нравственных чувств спортсмена отмечают спортивные идеалы, суть которых в осознании посвящений Родине своих устремлений к высоким достижениям, верность нравственным идеалам. Именно на такой основе строилась мотивация к олимпийским, мировым, всесоюзным рекордам у многих выдающихся спортсменов.
«Раньше думай о Родине, а потом о себе», - такими словами из известной песни ответила олимпийская чемпионка Л. Турищева на вопрос, что помогает ей в самых трудных условиях спортивной борьбы. (Жаль только, что с изменением социальной среды иногда меняются идеалы.)
Высокое чувство спортивного благородства проявляется в поступках, соответствующих нормам морали.
Спортивная честь реализовывается в достойном выполнении своего долга перед Родиной, спортивным коллективом, проявляется в заботе о его чести. Это высокое чувство связано также с общественным признанием человеческих, моральных достоинств спортсмена, его отношением к спорту как явлению, имеющему большое общественное значение.
Выделяют и спортивную гордость, связывая ее с переживанием чувства удовлетворения достигнутыми спортивными результатами. О. А. Черникова четко отделяет спортивную гордость на общественной основе от «чванства» и кичливости, личного апломба.
Завершая данную главу, скажем еще и о том, что проблема изучения стресса включает в себя несколько разделов:
1. Проникновение в сущность стресса, его разносторонняя характеристика, выявление его органической связи с эмоциями.
2. Определение негативного влияния стресса на выполняемую человеком деятельность, на устойчивость психических и психомоторных процессов, выявление возможных положительных влияний.
3. Рассмотрение и обоснование путей и специальных приемов управления стрессом, его профилактики, психореабилитации, коррекции негативных последствий.
В данной главе мы коснулись двух первых разделов, в последующих главах рассмотрим вопросы управления эмоциональным стрессом.

74

перейти в каталог файлов