Глава 20 Я прослышала, что к нам едет Кришна. Его появление можно сравнить с распусканием душистого цветка в саду. Даже не видя цветок, по запаху можно догадаться, что он расцвел. Суть цветка – его благоухание, которым он насыщает ум и сердце. Так и мне было достаточно новостей о приезде Кришны: даже не видя Его, я могла ощутить Его присутствие.
На следующий день после того неудачного купания я слегла. Пребывание в воде в течение целого часа, психическое потрясение от того, что едва не утонула, издевательства Духшасаны и затем беседа с Карной – похоже, все это подействовало на меня гнетуще. Ум страдал сильнее, чем тело. Но у кого найдется время, чтобы обратить на это внимание, и терпение, чтобы все это выслушать?
Как только я услышала о приезде Кришны, то наполовину выздоровела. Мысли закружились у меня в голове. Зачем Ему приезжать? Его сакха не здесь. С тех пор, как Арджуна ушел, Он ни разу не появлялся у нас. В чем причина такого неожиданного визита? Конечно же, Кришна прибудет с весточкой от Арджуны! Хорошей или плохой? Времени на раздумья не было – я начала готовиться к встрече с Кришной.
Майя сделала все необходимые приготовления, чтобы Кришна мог остановиться в гостинице. Там Он отдохнет. Через Майю Он послал мне весточку о том, что хотел бы встретиться со мной вечером: у Него ко мне разговор. Майя улыбалась: «Услыхав, что ты опечалена отсутствием Арджуны, Кришна тут же объявился здесь, покинув Двараку. Кто, кроме Шри Кришны, способен облегчить муки Кришны, страдающей от острой боли разлуки с Арджуной? Всему миру известно, как трогательно близки Шри Кришна и Арджуна. Арджуна никогда не вдохнет аромат цветка, не поднеся его Шри Кришне. Да что там цветок! Он посвящает Шри Кришне каждый свой вздох».
Я поняла намек Майи. Но Кришна вспомнил о Кришне с некоторым опозданием: через год Арджуна должен был вернуться. Томление разлуки уступило место светлым мечтам о возвращении мужа. Когда он вернется, я свяжу его узами такой любви, что ему и в голову не придет больше устраивать мне сцены с изгнанием в лес. Об Улупи, Читрангаде или Арье он даже и не вспомнит. Здесь, в Индрапрастхе, Арджуна будет принадлежать только Кришне, я не потерплю в нем и мысли о другой женщине.
Эти одиннадцать лет я больше думала о Кришне, чем об Арджуне, поскольку знала, что Арджуна не вернется раньше срока. Если бы со мною рядом был Кришна, это заменило бы мне присутствие Арджуны. Но я ни разу не позвала Его, опасаясь, что Арджуне Он может понадобиться больше и что Майя не передаст весточку Кришне. А теперь Кришна прибыл по Своей собственной воле! Сперва нужно узнать у Него о благополучии Арджуны…
Майя читала мои тайные мысли: «Кришна пожаловал с добрыми вестями об Арджуне. Сейчас Арджуна гостит в Двараке, а через год вернется в Индрапрастху». Новость обрадовала меня. О чем волноваться, если Арджуна в Двараке? Но спрашивается: если Арджуна в Двараке, что делает здесь Кришна? Вопреки слабости и нездоровью я отправилась на кухню стряпать для почетного гостя. Склонившись перед алтарем в свете вечерней лампы, чтобы поднести пищу Господу, я увидела рядом Кришну. Я приветственно коснулась Его подобных голубым лотосам стоп, и уже не могла подняться. Через ладони я отдавала этим стопам свое сознание, поверяла мысли, открывала ум, вручала сердце и изливала всю свою любовь. Больше у меня ничего не оставалось: ни печали, ни счастья, ни надежды, ни разочарования, ни мечтаний. Я совершенно забылась. Не знаю, как долго я пролежала бы у Его стоп, но слова Майи заставили меня подняться:
- У Арджуны и Кришны одинаковые стопы. Эта их похожесть даже Рукмини и Сатьябхаму порой сбивает с толку.
Мне стало стыдно, и я поднялась, втайне досадуя на Майю.
С легкой улыбкой на устах Кришна осведомился:
- Ты в порядке?
Слезы выдавали мою уязвленную гордость:
- Неужели сакха не знает?
Голос Кришны был полон расположения:
- Я заметил, что в постоянных мыслях об Арджуне ты стала худой, как тростинка.
Я нетерпеливо полюбопытствовала:
- Что с ним? Все ли хорошо?
Кришна тепло ответил:
- Думая о тебе, сакха тоже отощал. Но Я позаботился о том, чтобы он не страдал в своих лесных скитаниях. Теперь Он в Двараке. Через год он исполнит свой обет и, живой и невредимый, вернется к тебе.
Мысленно я благодарила Кришну. И все же для меня оставалось загадкой, что за нужда привела Его в Индрапрастху, вынудив расстаться с гостящим в Двараке сакхой.
Видя, как я взволнована, Кришна начал:
- Сакхи, за всеодиннадцать лет лесного изгнания Моего друга ты ни разу не позвала Меня. Так что Я пришел без приглашения. А иначе, что бы сказал сакха, узнав, что в его отсутствие Я ни разу ни навестил тебя? Ты забыла обо Мне?
Мне подумалось: «Неужели Ты пришел посмотреть на меня?»
Глядя на меня с великой нежностью, Кришна продолжал:
- Теперь на тебе лежит еще большая ответственность. Пандавы очень заняты. Кто поможет тебе здесь? Мне кажется, тебе нужна доверенная спутница, которая бы делила с тобой радости и печали, делила с тобой рутину. Как ты думаешь?
Я исполнилась благодарности:
- Ты так заботишься обо мне! Со мною Майя. Мне никто больше не нужен.
Кришна рассмеялся:
- Майя твоя служанка. Она хорошая служанка, хоть и злая. Временами с ней трудно. Я ищу тебе достойную подругу. Вот увидишь, она возьмет на себя множество твоих хлопот. Она станет твоею тенью. Ну, что скажешь?
Какой Кришна участливый! Запинаясь, я ответила:
- Кто же откажется от подруги? Чего еще желать, найдя такую спутницу? Сам видишь, подруг у меня мало. За все это время я сдружилась только с женой Карны, Ритувати, и со второй супругой гуру Дроны, Харитой. Их мужья относятся к разным лагерям, но это не мешает нашей дружбе.
Кришна с теплотой ответил:
- Кришна, в этом твое благородство. Ты умеешь располагать к себе людей. Ты связала узами дружбы даже Меня, - вот почему, оставив сакху в Двараке, Я прибыл сюда. Завтра утром Я уезжаю.
Поток неведомого доселе блаженства заполнил мое пустое сердце; в нем забил источник чистой любви. Из глаз хлынули слезы. Теперь я была в каком-то смысле свободна. Год, когда я должна была принадлежать Арджуне, стал для меня годом отречения. Я проводила ночи одна. Все в мире спало, но меня сон обходил стороной… Вот и теперь я вышла из спальни на свежий воздух. Но что это? В спальне Арджуны горит свет! Неужели он тоже здесь, вместе с сакхой? Для Арджуны, посвятившего всю свою жизнь Кришне, это не удивительно: ради Него он мог нарушить свой обет.
Глухой ночью Арджуна пришел увидеться с Кришной. Думаю, он уйдет до рассвета. Могу ли я прийти к нему в такой поздний час? Долгие годы я изнывала от жажды хотя бы мимолетной встречи с супругом, так что теперь рассуждения о том, что правильно, а что нет, потеряли всякий смысл. Он не должен видеть меня, ведь это нарушит условия его двенадцатилетнего обета воздержания. Но что за беда, если я, оставшись незамеченной, увижу его? Я никому ничего не скажу…
Тихо, на цыпочках проследовала я к спальне Арджуны по волшебной лунной дорожке. Вокруг разливалась красота, очарование, романтика. Кто-то шел мне навстречу той же волшебной лунной дорожкой. Кто же эта чаровница?
Мы столкнулись лицом к лицу.
- Майя! Что делаешь ты в спальне Арджуны глухой ночью?
Майя прыснула смехом:
- Как ты видишь повсюду Арджуну, так и я повсюду вижу Кришну! Где Он – там и я. Что здесь странного?
Все еще смеясь, Майя продолжила свой путь. Похоже, что Майя ходила к Кришне с весточкой о прибытии Арджуны или об условном времени их встречи.
Я молча стояла под окном и смотрела на лежащего в постели Арджуну. Все его стройное тело было залито лунным светом, который казался бальзамом на его голубой коже. Я прокралась поближе. Из приоткрытой двери на веранду доносилось благоухание. Казалось, все ароматы сада, собранные ночным ветерком, растекались теперь у постели Арджуны. Откуда Пхалгуни было знать, что эти долгие одиннадцать лет все цветы в саду скучали о нем?
Мне было все равно, видит ли кто-нибудь меня. Если бы не ссылка Арджуны, наша супружеская жизнь с ним должна была бы начаться, так что ничего зазорного в моем поведении не было.
Постепенно я уловила исходящий из комнаты аромат Кришны. Он затопил мое сознание; чудесная, божественная пульсация пробудила к жизни все нервные окончания… На постели Арджуны лежал Кришна, а я, перепутав Его с Арджуной, так долго простояла у Его дверей, словно какая-нибудь любовница! Что, если бы Он проснулся?
Я хотела было вернуться к себе, но тело не слушалось меня. Я снова потерпела поражение от дивной чарующей силы Кришны. Казалось, я стала с Ним одним целым, душа вырвалась из клетки тела и растаяла в любви к Кришне. Прошлое, настоящее и будущее исчезло…
Поутру птичий щебет разбудит Кришну. Пора возвращаться. Я уже повернула было назад, и в это мгновение Кришна проснулся. Сладостно, нежно Он сказал:
- Сакхи! Ты простояла здесь всю ночь! Бедняжка, ты, должно быть, устала. Я не просил тебя уйти. Признаться, с тобою рядом Я не мог уснуть, но отдохнул лучше, чем если бы выспался.
Я зажмурилась от стыда:
- Я обозналась. Я думала, это Арджуна вернулся…
Кришна рассмеялся:
- Могу ли Я оставаться в Индрапрастхе без Моего друга? В надежде, что хотя бы сон в его постели облегчит Мне разлуку с ним, я попросил Майю разместить Меня в его комнате. Конечно же, надо рассказать сакхе, что Кришна стоит под закрытыми дверьми его спальни ночи напролет. Признаться, порой Я даже ревную сакху к тебе…
Льстивые речи Кришны не произвели на меня впечатления. Я знала: умный и находчивый, Он видит людей насквозь. Всеведущий, Он привык изображать из Себя саму наивность. Желая повидаться с Арджуной, я простояла здесь ночь напролет, не чувствуя никакой боли, зачарованная Его мистической силой. Я ничего не ответила Кришне и ушла. Но, немного подумав, вернулась и мрачно произнесла:
- Будь добр, даже не упоминай имя Кришны перед сакхой – это нарушит его обет и введет его в грех. Я слышала, что разлука с Кришной ему только на пользу. Теперь он снова в гостях у Кришны-Баларамы. Кришне там нет места.
Кришна посмотрел в мои налившиеся слезами глаза:
- Эти обиженные глаза налились слезами!.. Эх, видел бы сакха! Бедняга! Какая жалость! Ну ничего, Я в подробностях обрисую сакхе все увиденное. Гнев любимой еще прекраснее, чем ее любовь. Но оценить это может лишь тот, кто любит, - боюсь, сакхе Арджуне этого не понять!..
Многозначительно глядя на меня, Кришна прыснул смехом, а я ушла с глаз долой, метнув в Него полный любовного гнева взгляд.
Глава 21 Харита – вторая жена Дроначарьи. По правде говоря, называть ее женой не вполне уместно. Роль Хариты в жизни Дроначарьи скорее можно выразить такими словами: подруга, спутница, служанка, сиделка, собеседница. Когда дражайшая супруга Дроны, сестра Крипачарьи – Крипи – безвременно ушла из жизни, единственному их сыну, Ашваттхаме, было всего несколько месяцев от роду. Это ради него Дроначарья женился повторно – на юной Харите. С самого начала жизни с Дроной златокожая Харита сознавала собственную роль нянечки и служанки. Искатель истины, после смерти Крипи Ачарья Дрона не нуждался в женщинах. Овдовев, теперь в каждой женщине он видел мать или всепрощающую Мать-Землю. Он остался холоден даже ко второй своей жене, Харите, которая, по сути, вела жизнь отшельницы: муж нуждался в ней только ради Ашваттхамы. Возможно, отцовские чувства ослепили гуру Дрону. Именно сын должен был отмстить за него Друпаде – бывшему другу Дроны – у которого он некогда попросил корову и был оскорблен. Похоже, единственной слабостью Дроны был его сын. Поэтому гуру Дрона не хотел детей от Хариты. Если у Дроны появятся потомки от Хариты, она станет мачехой Ашваттхамы. Возможно, именно из этих соображений гуру Дрона не стал связывать Хариту узами страсти, погрузившись в океан знания. У нее на руках осталось беспомощное дитя – сирота Ашваттхама. Утопив его в материнской любви, она считала заботу о нем первостепенным делом и смыслом своей жизни. Пример Хариты вдохновлял меня; непроизвольно склоняла я перед ней главу. Но Харита, воплощение жертвенности и великодушия, не нуждалась в моем поклонении - она хотела близкой дружбы. Восхищаясь ею, я ответила ей взаимностью и буквально влюбилась в эту благородную женщину. С тех пор, как Арджуна ушел в лес, мы много времени проводили вместе. Я черпала силу в самообладании Хариты, в ее преданности мужу, отрешенности и преданности долгу, - тем самым она вдохновляла меня неукоснительно исполнять обязанности по отношению к пятерым мужьям. Иногда она открывала мне свои сожаления по поводу того, что Дроначарья поддерживает Кауравов, но при этом ни разу и словом не обмолвилась о собственных неудовлетворенных желаниях, - казалось, будто они вообще ей чужды. Любые желания, кроме желания воспитать Ашваттхаму достойным сыном Дроны, умерли для нее. Харита была лучом света в моей жизни. Наши доверительные отношения пошли мне на пользу – я стала мыслить шире. Излишняя ранимость, гордыня, невежество, гнев ушли. Рядом с Харитой я всегда была словно малое дитя, она же неизменно оставалась полной благородства и врожденного великодушия. Как-то она сказала:
- Кришна, ты – идеальная женщина Арьяварты. У тебя стоит поучиться. Тысячелетия спустя твою отвагу, терпимость, разум, чистосердечие, преданность долгу и чувство собственного достоинства будут считать эталоном женственности. Твое целомудрие и красота покоряет всех мужчин - вот почему супруга Карны, Ритувати, втайне завидует тебе.
- Ритувати завидует мне? – с беспокойством переспросила я.
Харита невозмутимо ответила:
- Ну еще бы! Карна все еще страдает от унижения, которое потерпел, когда ты его отвергла. Оскорбленный, он не находит себе места. Вот в чем разница между Карной и Арджуной: последний смиренен, свободен от высокомерия. Он вручил себя Шри Кришне. Карна же мстителен и горд; он скорее полагается на собственную силу, нежели уповает на Бога. Слава мужчины в его силе, храбрости, героизме. С этой точки зрения Карна ни в чем не уступает Арджуне. Но он полностью пренебрегает божественным. Он присоединился к Кауравам лишь для того, чтобы отомстить Пандавам за нанесенное тобой оскорбление. А иначе, даже без помощи Кауравов Карна мог бы стать императором всего мира – исключительно благодаря своей собственной силе, доблести и отваге.
Вместо того, чтобы вызвать гнев и ненависть, слова Хариты преисполнили меня симпатией и почтением к Карне. Жаждать мести за нанесенное оскорбление – кому из смертных не знакомо это чувство?
Сердце гуру Дроны переполняла глубокая любовь к Арджуне. Добровольная ссылка Арджуны в лес причиняла Харите боль. Как-то с глубоким чувством она сказала:
- Из-за интриг Кауравов Арджуна провел детство и отрочество в лесу. И вот опять он удалился в лес – на сей раз чтобы исполнить свой обет! Кришна, не позволяй же своей любви к нему иссякнуть! Если твоя любовь угаснет, он не станет разыгрывать потребность в любви, как это делает Бхима. Он воспримет это как знак: необходимо держаться на расстоянии. Он подвизается в садхане и хранит молчание ради твоей любви. В течение этих двенадцати лет Арджуна не будет занят ничем иным.
Глубоко тронутая словами Хариты, я дала себе слово: когда Арджуна вернется, я заброшу учебу, попрощаюсь с рассудком, забуду об общественном мнении – я оставлю все и посвящу свою жизнь служению ему. Я скажу: «Ты завоевал меня. Прими же меня – я твоя. Делай со мною что пожелаешь. Теперь я буду исполнять твои желания. Следуя за тобой, я не стану заботиться о благочестии, не испугает меня и порок. Ты покорил меня. О Пхалгуни, ты мне дороже всех…»
Пхалгуни возвращался. После двенадцатилетнего молчания и подвижничества он возвращался с надеждой обрести безраздельную любовь Драупади. Его жена Улупи, царевна нагов, осталась в царстве Паталы, Читрангада – в Манипуре, Арья – в Калинге. Оставив их всех, Пхалгуни возвращался домой. К кому он возвращался? Оставив своих прекрасных жен мучиться болью разлуки, к кому же возвращался мой супруг? Ко мне, ко мне одной…
Пхалгуни был героем. Да будь у него хоть девяносто девять жен, я бы не ревновала ни к одной! Как можно упрекать Пхалгуни и дуться на него? Для Пхалгуни я была Кришной, царицей Индрапрастхи. Индрапрастха не была моей соперницей. Я была героиней Индрапрастхи, супругой Пандавов – я была Кришной.
Ожидание, особенно ожидание любимого – какое же это счастье! Я украсила покои Пхалгуни, его сад, библиотеку, гостиную, комнату для молитв, зал для увеселений, украсила целый дворец – куда бы ни упал его взгляд, везде должна быть красота! Потом я привела в порядок себя, нарядившись в соответствии с его вкусом и предпочтениями. На кухне были готовы его любимые яства. Но, даже нарядившись, я осталась недовольной. Меня вывела из себя Майя. Бог весть, что за характер у нее! Она распорядилась, чтобы Пхалгуни встретили в новом, только что отстроенном дворце. Одну из комнат этого здания она украсила как брачные покои. Ужели Пхалгуни гость? Почему я должна встречать его в этом новом дворце? Все выглядело так, как если бы это была наша первая с ним встреча. Я чувствовала себя незамужней девушкой, невестой. Сколь же велико блаженство единения после разлуки! И возможно ли вообще вкусить это блаженство, не изведав горечи расставания?!
Все царство готовилось к торжеству. Были приглашены цари и царевичи некоторых других государств. Наблюдая, какие атрибуты готовят к празднику, я не могла избавиться от ощущения, что это приготовления к нашей с Пхалгуни свадьбе. Пусть эти двенадцать лет не сделали меня моложе – ну и что с того? Барабанный бой возвещал, что Пхалгуни уже вступил в пределы царства. Сердце мое танцевало, стуча в такт барабанам.
перейти в каталог файлов
| Образовательный портал
Как узнать результаты егэ
Стихи про летний лагерь
3агадки для детей |