Российская академия наук институт дальнего востока центр корейских исследований кв

Естественно, обладающий такими признаками вождь требует соответствующих форм обращения. В корейском языке существуют специализированные грамматические формы для обращения к лицу высшему по рангу, большая часть которых была воскрешена и употребляется в КНДР только применительно к Ким Ир Сену и Ким Чен Иру. Каждый из них имеет набор почетных титулов, слишком многочисленных, чтобы перечислять их все. Например, Ким Ир Сен – Великий Вождь, Легендарный герой-Солнце нации, Непобедимый стальной полководец, Солнце нашего народа, Маршал- отец (Папа-маршал – для детской аудитории, Величайший герой ХХ столетия, Выдающийся руководитель международного коммунистического революционного движения, Светоч объединения, Политический деятель мирового масштаба, Гений идей, теории и практики руководства. После 60- летия Ким Ир Сена из «Вождя-отца» он превратился в Нашего отца. Ким
Чен Ир – дорогой руководитель, продолжатель великого чучхэйского революционного дела, Центр партии, Солнце коммунистического будущего, великий герой человечества и Любимый Руководитель. Последний титул употреблялся, когда Ким Ир Сен был еще жив. После его смерти Ким Чен Ира стали называть Великим Руководителем, оставив звание Великого Вождя его отцу, но система именований не стоит на месте, в последние годы добавились Выдающийся государственный деятель современности и Солнце XXI века. Впрочем, такие громкие титулы характерны для дальневосточной культуры вообще. Хотя термины Солнце нации или Новая красная звезда в облаках стали употребляться уже с концах, Б. Камингс отмечает, что первый из них употреблялся в Корее и по отношению к умершему Ё Ун
Хёну
29
Внимательный анализ этой титулатуры указывает на традиционные корни культа личности. Начнем с такого выражения, как Солнце нации
(кор. инминый тхэян). Во-первых, точный перевод не Солнце нации, а Солнце народа. Во-вторых, само слово Солнце (иероглифы тхэян) означает не столько солнечный диск или даже объект, источающий свет, сколько Великий Ян, то есть Великая положительная энергия, или Великое положительное начало. Таким образом, речь идет как бы о другой семантике образа Солнца. Если перевести более точно корейское выражение обои сурён», которое обычно переводят как «Вождь-отец», то следует обратить внимание на то, что слово обои может означать родитель вообще, отражая конфуцианский характер взаимодействия правителя, подчиненных и государства как одной большой семьи во главе с правителем 28
Cumings B. Korea’s place... С. 412.
29
Cumings B. Korea’s place... С. 407.
30
Cumings B. Korea’s place... С. 408.
55

Что же до слова «сурён» (вождь, то Б. Камингс специально указывает, что «сурён» считался титулом основателя Когурё Ко Чжу Мона
31
и был выбран в качестве титула именно потому. Однако в этом значении он используется исключительно на Севере. Словари Юга наделяют это слово значением босс или главарь, причем есть ощущение, что такая трактовка появилась не так давно ив рамках контрпропаганды. Вообще же титул вождь появился в Северной Корее только в 1946 г. и далеко не сразу стал главным титулом Ким Ир Сена. До того его именовали, в основном, маршалом (вонсу) или премьером (сусан). К этим титулам добавлялся уважительный суффикс ним. Переход от маршала к вождю отражает, таким образом, определенную тенденцию сакрализации образа руководителя. Более того, дог. титул вождь был зарезервирован за Сталиным, который был вождем мирового коммунистического движения. Национальные вожди (Димитров или Мао) были руководителями («чидочжа»), и назваться вождем при живом Сталине было своеобразной формой ереси
32
Очень интересен анализ термина «чангун», который принято переводить как генерал, или полководец. Но это корейское слово обозначало нечто большее, чем просто высокое воинское звание. Точно теми же иероглифами пишется японское слово «сёгун», то есть слово это можно перевести как военный вождь или военный правитель, который выполняет не только чисто военные, но и административные функции, хотя военный аспект все- таки играет ведущую роль. Кстати, командир партизанского отряда, действующего на территории освобожденного района (а официальная биография Ким Ир Сена выставляет его именно таким типом командира) является как раз таким типом правителя. Естественно, каждый из титулов вождя употребляется в определенных ситуациях. Так, в информации в прессе о визите Ким Чен Ира в воинские части его называют невеликим руководителем, а официальным титулом главковерха. Изображение вождя встречается очень часто. По всей стране поставлены разного рода памятники, среди них 70 бронзовых статуй Ким Ир Сена, 40000 гипсовых бюстов Вождя, 250 монументов, восхваляющих достижения Ким Ир Сена, и 350 памятных зданий. Можно вспомнить и значки с портретом
Ким Ир Сена. Их существует несколько типов, каждый соответствует определенному рангу, а его потеря влечет за собой комплекс наказаний, примерно равнозначный потере партбилета членом КПСС. Портрет вождя висит в каждом доме, в каждой квартире, на каждом рабочем месте. Причем на ту стену, где висит портрет, запрещено вешать что-либо еще. На Севере хватает историй про героев, которые, рискуя
31
Cumings B. Korea’s place... С. 30.
32
Cumings, Bruce. North Korea. Another Country. New York, London, 2004, с. 125.
33
Положение с правами человека в Северной Корее. // Из доклада Корейской Международной Лиги защиты прав человека (IHRLK). журнал Карта, https://www.karta.org , № 28-29.
56

жизнью, спасали портрет вождя при пожаре в доме или с борта тонущего судна. Неумышленное повреждение портрета лишь недавно было переведено из разряда политических преступлений в общеуголовные (при условии, что отсутствие злого умысла удалось доказать. Кон Тхак Хо – бывший начальник отдела северокорейской службы безопасности г. Кэсона, один из самых известных перебежчиков хи автор наиболее шокирующих разоблачений, бежал на Юг после того, как случайно испортил портрет Ким Ир Сена и был обнаружен коллегами на месте преступления»
35
Детали иконографии разнились. На фото и картинах х гг. внешний вид Ким Ир Сена напоминал Хрущева – он носил шляпу и пальто. Вначале х он был похож на Мао и носил кепку и френч. В последние годы жизни
Ким Ир Сен перешел на костюм с галстуком, как бы подчеркивая этим готовность страны повернуться к Западу
36
Объектами поклонения служат и многочисленные стелы и статуи Ким Ир Сена. Вдень рождения вождя каждому следует положить к такой статуе букет цветов и совершить несколько поясных поклонов. Похожий принцип распространяется на музеи, где в числе экспонатов часто фигурируют вещи великого вождя, связанные стем или иным событием пистолет, которым он пользовался вовремя такой-то битвы ручка, которой он подписал историческое распоряжение и даже половник, которым Ким Чен Ир, будучи студентом, разливал суп на военных сборах. Любая новостройка посещается Великим вождем, который как бы освящаете фактом руководства на месте»
37
Но тоже самое, в урезанном сообразно статусу вождя виде, существует и на Юге, где члены той или иной корпорации обязаны демонстрировать уважение к своему руководителю не только стилем речи, но и поясными поклонами. А если проанализировать содержание почти любого торжественного мероприятия в РК, будь то литературный вечер или буддийская церемония, можно обратить внимание на ту большую роль, которую играет на нем зачитывание приветствий от вышестоящих особи организаций, как представленных на празднике, таки отсутствующих. Почти каждый присутствующий на мероприятии начальник обязательно должен отметиться выступлением, и порой выступления эти могут занимать большую часть времени мероприятия. Присутствие начальников или их благословений как бы обеспечивает мероприятию необходимую ему легитимность. Такую же роль играет подарок вождя как знак внимания за заслуги – прямой аналог с личным пожалованием подарка правителем. Например, для стариков в возрасте 70-ти и старше периодически устраиваются праздничные
34
Панин А, Альтов В. Северная Корея. Эпоха Ким Чен Ирана закате. Мс.
35
Ланьков АН. Северная Корея вчера и сегодня. МС В. Korea’s place... С. 408.
57

обеды с вручением подарков от имени Ким Чен Ира. Одариваться могут как люди, таки организации. О преемнике Ким Чен Ира и возможности дальнейших изменений политической системы КНДР Явного комплекса мероприятий, направленных на подготовку «Кима Третьего пока невидно. Это нередко объясняют тем, что Ким Чжон Нам, старший сын Ким Чен Ира, находится в немилости, причем впал в нее задолго до инцидента с ним в Японии, а другие его дети Ким Чжон Чхоль или Ким Чжон Ун еще слишком молоды и не прошли подготовку, необходимую для занятия руководящих должностей в стране. Однако отсутствие подготовки преемника можно объяснить не только отсутствием у Ким Чен Ира достойной кандидатуры из числа представителей его клана, но и возможной неуверенностью Кима в том, что возглавляемая им система надолго его переживет.
У неподготовленной аудитории может возникнуть вопрос Возможно ли, что при определенных обстоятельствах Ким Чен Ир сам уйдет в отставку. С моей точки зрения, пока этих определенных обстоятельств нет, и некоторые из них вообще возникнуть не могут. Корейская политическая традиция, включая как конфуцианский, таки социалистический ее компоненты, воспринимает добровольный уход в отставку не как благородный отказ от власти, а как окончательное признание собственной некомпетентности или даже более того – бегство с поля боя. Те, кто ставит такой вопрос, видимо, имеют ввиду возможность, при которой, получив гарантии своей безопасности и безопасности членов своего клана, Ким Чен Ир сможет инициировать процесс демократических перемен.
С нашей точки зрения, пока этот вариант маловероятен по целому ряду причин. Во-первых, я не уверен, что шкурный интерес преобладает в Ким
Чен Ире над комплексами, связанными сего ролью лидера страны и долгом по отношению к наследию отца.
Во-вторых, непонятно ни то, кто ив каком виде будет давать эти гарантии, ни то, как должен выглядеть этот документ с юридической точки зрения. В-третьих, в условиях современного состояния международного права реальной силы подобные гарантии, скорее всего, иметь не будут. Новый американский или южнокорейский президент вполне может отменить то, что обещал его предшественник. В-четвертых, клан Ким Чен Ира достаточно велики обеспечение безопасности всех его представителей может встретить ряд сложностей чисто технического характера. В-пятых, в условиях большой заидеологизированности северокорейского режима реакция на отступление лидера страны от идей кимирсенизма может быть гораздо более острой.
38
Панин А, Альтов В. С. 201.
58

Более интересен вариант, при котором Ким Чен Иру предлагают превратиться из реального руководителя страны в сакральную фигуру, являющуюся живым государственным символом (своего рода «брэндом» КНДР как династии Кимов») и потому свободную от посягательств на его трон. Такая ситуация позволит ему сохранить формальные атрибуты власти и прилагающиеся к ним привилегии, но при этом не выглядеть непосредственным виновником тех или иных ошибок власти, вина за которые будет возлагаться на решающих технические вопросы сменяемых соправителей.
Более конкретные рекомендации на эту тему предполагают расширение полномочий премьер-министра, а в перспективе – изменение конституции и превращение КНДР в республику премьерского типа. Ким Чен Ир же будет пожизненно занимать пост председателя Комитета Обороны, что позволит ему контролировать армию, оставаясь ее главковерхом, или, если влияние этого органа станет слабеть, станет вице-президентом страны (то есть заместителем покойного Ким Ир Сена.
Однако на текущий момент превращение Ким Чен Ира в аналог английской королевы или президента Израиля кажется маловероятным. Во- первых, Ким Чен Ир слишком деятелен, чтобы оставаться лишь номинальным правителем. Во-вторых, вопрос упирается в отсутствие претендента на роль соправителя (чем это отличается от выбора преемника) и вероятное противодействие старых бюрократов новому витку институциональных инноваций. Конечно, эта ситуация не аксиоматична. А. Жебин считает, что визиты
Ким Чен Ира в Россию и КНР убедили северокорейское руководство в том, что экономические преобразования и политические перемены необязательно ведут к замене прежней элиты или ее устранению, но это потребует времени, существенно изменившейся международной обстановки и и о- очень больших вложений.
Кроме того, говоря о возможном реформировании системы, мы должны помнить, что в чистом виде для реалий КНДР не подходит ни советский, ни китайский, ни тем более восточноевропейский путь. Последний предполагает наличие развитого гражданского общества и соответствующей политической культуры. Советский/российский вариант по понятным причинам подвергается в СМИ КНДР заслуженной критике, но даже китайский путь не соответствует полностью реалиям страны.
Во-первых, Китай начал проводить свои реформы в обстановке симпатии со стороны Запада, желавшего на фоне расхождений между СССР и КНР подкармливать Китай и науськивать его на Советы, превратив его из своего врага в союзника. Так был создан благоприятный климат с политической и информационной точки зрения, в рамках которого Китай смог модернизироваться. Северная же Корея продолжает существовать в политическом и информационном вакууме.
39
Жебин А. КНДР – Итоги 2003 г. и вызовы 2004 года. // Корус Forum. 2004/1-2 (№ 22), с. 35.
59

Во-вторых, несмотря на последствия большого скачка и культурной революции, Китай обладал достаточными человеческими и природными ресурсами и по сравнению с КНДР мог залатать дыры в своей экономике самостоятельно. Катаклизмы 1995-1997 гг. подрезали ресурсы государства и его распределительные возможности.
В-третьих, на тот момент Китай уже был региональной державой, не опасающейся внешней агрессии и достаточно мощной, чтобы позволить себе некоторое ослабление структуры, неизбежное на этапе начала преобразований, когда старое разрушается, а новое еще не сформировано. Северная Корея же сейчас подбоем, и один из аргументов традиционалистов заключается как разв том, что начни страна реформы, американские империалисты и их южнокорейские пособники не дадут довести их до конца, нанеся удар именно тогда, когда страна будет к этому наименее готова. Не принимая за основу ни один из вышеперечисленных вариантов, северокорейское руководство, тем не менее, внимательно изучает опыт соседей. В России северокорейцев интересует деятельность Путина по реорганизации вертикали власти, в Китае – опыт экономического развития в сочетании с сохранением идеологической настройки
40
Выводы Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что во главе корейских государств новейшего времени стоит не власть, а человек во власти.Закониграет подчиненную роль, а на первом месте остаются требования времени в понимании лидера страны. Классического культа личности на Юге, естественно, не было, однако концентрация власти в руках Президента почти всегда была весьма велика, и там, где Основной Закон страны становился препятствием на пути укрепления этой власти, его поправляли в нужную сторону. Вплоть до правления Ким н Сама каждый новый президент РК обязательно хотя бы разменял Конституцию, и излишняя концентрация власти в его руках была лишь способом компенсировать недостаток легитимной базы. Эта тенденция в несколько ином виде продолжалась и при Ким н Саме, когда под знаменем ликвидации тоталитарного наследия был принят пакет законов, имеющих обратную силу. Взгляд на главу государства как на опору страны присутствовал не только у военных. Очень сходной позиции придерживался, например, и Ким н Сам Президент - центр страны. Если этот центр неустойчив, то политика, общество, все государство выходят из состояния равновесия»
41
Подчеркивая антипарламентаризм и концентрацию власти в руках президента, Ян Сын Чхоль обращает внимание на то, что власть в РК по- прежнему передается не от партии к партии, а внутри одной, отдельно
40
Жебин А. КНДР… С. 35.
41
Ким Док Чу. Новая Корея. Президент Ким н Сам. СПб., 1993.
60

взятой, партии. Единственным исключением был приход к власти Ким Дэ
Чжуна, во многом вызванный чрезвычайными обстоятельствами кризиса
1997 г. Тенденция подгонки структуры власти под личность правителя присутствует в КНДР, однако на Севере она была значительно меньше выражена ввиду несменяемости высшего руководства итого, что в КНДР источником власти являются не столько Закон, сколько традиции ив особенности, харизма лидера.
Безусловно, в Северной Корее существует культ личности, причем я очень рекомендую воспринимать это словосочетание не только как клише. Культ Ким Ир Сена, а затем – Ким Чен Ира действительно гораздо более близок к религиозному культу, чем культ личности Сталина, имея и свой набор мифов, и свою обрядность. Многие элементы этого культа повторяют то отношение, которое было к средневековому правителю, что, сточки зрения политолога, является вливанием старого вина в новые мехи. В традиционном дальневосточном обществе, где отсутствуют предпосылки для благоприятного переноса на местную почву демократических ценностей западного образца, введение институтов, характерных для более современного общества, приводит только к тому, что новая форма наполняется старым содержанием, и многие элементы прошлого, в том числе и традиция возвеличивания лидера, продолжают цвести пышным цветом. Однако под действием требований времени культ пытается трансформироваться. Когда Ким Чен Ир окончательно встал у рычагов власти, ион начал менять систему под себя. Это можно наблюдать по комплексу изменений 1998 га начиная с 2000 г, когда Ким Чен Ир предпринял первую попытку интегрироваться в международное сообщество, встречаясь с Путиным или Ким Дэ Чжуном, он активно пытался выйти за рамки образа конфуцианского вождя и создать свой образ лидера методами, более соответствующими международным стандартам. Заметим, что отличие КНДР от классического социализма (если принимать за классику советский вариант) подмечалось нашими учеными еще в советское время. Невзирая на коммунистическую риторику, общественный строй КНДР был гораздо более близок к традиционному обществу. В этом смысле интересно то, как пытаются замаскировать это сходство политологи РК, включая Ян Сын Чхоля. Они обращают внимание на то, что в отличие от Основного Закона КНДР, наЮге нет конституционной концентрации власти в одних руках. То, что существует де-факто, не легитимизировано де-юре и, следовательно, подразумевает возможность и демократического развития. Положение де-факто объясняется как временная мера, вызванная угрозой с Севера, или как проявление неготовности корейцев к демократии европейского типа (что можно трактовать, как то, что рано или поздно корейцы будут к ней готовы.
61

Из этого делается вывод, что если для авторитарного Юга характерен недостаток свободы, индивидуальной автономии, политической оппозиции и т. п, то для Севера характерно их полное отсутствие. В связи с этим, если южнокорейскую систему можно назвать антилиберальной и антипарламентарной, северная просто нелиберальна и непарламентарна. Конечно, попытки противопоставить мало и вовсе нет выглядят очень демагогично, однако для Яна важно наличие хотя бы какой-то возможности альтернативного развития, и его противопоставление идет по линии есть такая возможность - нет такой возможности. Между тем к югу от 38 параллели, тенденция превращения личности руководителя в его культ распространена меньше из-за большего проникновения западной политической культуры, ноне уничтожена полностью. Вместо одного великого вождя страны существует некоторое количество вождей региональных или корпоративных. Те же закономерности проявляются в иных, более низких, эшелонах власти, но об этом мы поговорим в следующих главах, посвященных структуре корейских политических партий или особенностям традиционной административной культуры.
62

Глава третья. Административная культура и бюрократическое поведение Ни политические, ни административные особенности страны не могут быть поняты в полной мере до тех пор, пока не будет понято ее культурное прошлое и то, как оно влияет на повседневную жизнь страны.
Пэк Ван Ги Задача данной главы – выявить то, как проявляются элементы традиционной корейской ментальности или национального характера в сфере административной культуры, под которой подразумевается совокупность принципов действия командно-административной системы и норм бюрократического поведения в Корее. Эти принципы и нормы влияют как на процесс принятия решений, таки на психологический рисунок личности отдельного бюрократа или климат служебных взаимоотношений. Даже реформы задумываются и проводятся в жизнь небольшой группой бюрократической элиты, а основным двигателем перемен является пока, как ни странно, именно администрация. В современной Корее, как на Юге, таки на Севере, бюрократия, по сути, превратилась в пресловутый новый класс по M. Джиласу
1
, изучать систему ценностей которого среди российских исследователей пока не пытался никто. В корейской же науке этой теме уделялось достаточно много внимания. Среди основных ее исследователей следует выделить Ли Гю Тхэ, Ян Сын
Чхоля, Ким Хи Мина ив особенности, Пэк Ван Ги, чья работа «Korean administrative culture» произвела на меня очень глубокое впечатление. Каждый такой исследователь предлагает свою собственную классификацию основных элементов корейской административной культуры и выделяет от трех до семи ее элементов. С нашей же точки зрения,
1
Хотя южнокорейскую номенклатуру, в отличие от советской или северокорейской, никто в отдельную социальную группу не выделяет, это невыделение продиктовано скорее политическими причинами.
2
Разные специалисты по корейскому Public Administration так характеризуют основные черты корейской бюрократической традиции (административной системы
Ким Бон Сик: авторитарность, протекционизм, благоразумие (на первом месте – собственная безопасность, формализм и подверженность настроению.
Пэк Ван Ги: фатализм, семейственность, авторитарность, персонализм (эмоциональный гуманизм, ритуализация и антиматериализм.
Чо Сок Чжун: семейственность, отношения между чиновниками и гражданами, построенные на авторитете, сильная подверженность эмоциям при принятии решений, идеи честной бедности, материальные искушения, чувство закона и статуса личности внутри организации.
Ким Ман Ги: семейственность, авторитарность, ритуализация, формализм, чувство закона и ощущение своего места в иерархии.
Ким Хи Мини авторы книги «Korean Public Administration. Managing the uneven development»: Подчинение авторитетам (даже протест имеет определенную ритуализированную форму, будь то меморандум чиновника или студенческая демонстрация иерархический взгляд на жизнь коллективность точнее, ориентация не на себя пассивность (точнее, неучастие централизация администрации ориентация на традиции и на прошлое ориентация на ритуал (внешнюю форму верность/лояльность по отношению к отдельной личности и определенный идеализм в вопросах принятия решений. Ян Сын Чхоль: политическая коррупция как система торговли одолжениями, ритуализация, непредсказуемость как отсутствие логичной программы действий, пассивное участие масс в выработке
63